Перевернувшись на живот, я лицом уткнулась в подушку. Черт, о чем я думаю?

Или же лучше так, чем вспоминать тот разговор, который я сама начала? Уже сейчас я сожалела о нем. Это ведь был не разговор, а просто поток нытья с моей стороны. Дарио и так увидел в семье Леоне то, что для меня являлось стыдным.

В дверь постучали и я, приподнявшись на одном локте, быстро повернула голову вправо.

Кто это?

— Госпожа, мы принесли ужин, — из-за двери приглушенно донесся мягкий женский голос.

Ужин? С чего это мне принесли ужин?

Может, они что-то перепутали?

Я слезла с кровати и пошла к двери. Когда открыла ее, в комнату вошли две горничные. Одну из них, кажется, я раньше видела.

— Вы, наверное, что-то перепутали, — сказала, смотря на два подноса с едой, которые девушки поставили на столик.

— Нет. Это приказ сеньора Де Луки, — одна из девушек осторожно сняла тарелки с подноса. Вторая занималась горячим чайником и заварником.

После того, как горничные ушли, я села на край кресла и посмотрела на стол. На нем было столько еды, что, наверное, на пять человек хватило бы. Запеченное мясо, салат, ризотто, картошка в сырном соусе. Из сладкого — яблочный пирог и тарт. Горячий чай.

И это все для меня?

Некоторое время я сидела неподвижно. Смотря на тарелки. Думая о том, что все-таки произошла ошибка или горничные перестарались.

Но, в итоге, голод дал о себе знать. Сильно, из-за чего я притянула к себе запеченное мясо. Затем и ризотто.

Зажмуриваясь от удовольствия. Это точно был мой самый вкусный ужин в жизни.

Я не смогла съесть все, но все же я справилась с куда большим количеством еды, чем ожидала. Возможно, я даже переела, но, черт, как же мне было хорошо.

Вновь валясь на кровати, я все думала о том, насколько много значит вкусная еда. Поела досыта и жизнь стала лучше.

Лениво потянувшись, я взяла подушку и обняла ее.

Оказывается, от нее пахло одеколоном Де Луки.

Я сделала глубокий вдох, а затем резко отбросила подушку от себя. Господи, что я делаю? Еще немного и начну нюхать рубашки Дарио?

Но все же запах у одеколона Де Луки приятный. Нахмурившись, я приподнялась на локтях и взглядом окинула спальню Дарио, пытаясь найти пузырек из-под одеколона. Хотела понять, что это за марка.

Одеколон я не увидела, но в голове возникла крайне паршивая мысль — может, осмотреть комнату Дарио?

Я тут же безжалостно уничтожила ее. Хоть и понимала, что, в таком случае, возможно, смогла бы лучше понять Де Луку. К сожалению, на более видных местах не имелось каких-нибудь его личных вещей. Или вообще хоть чего-нибудь, что могло рассказать о нем.

Лишь позже, когда я вновь принялась за учебу, поняла, что забыла пенал. А это паршиво. Мне нужна ручка.

Некоторое время сомневаясь. Причем, очень сильно сомневаясь, я решила заглянуть в прикроватную тумбочку. Лишь одним глазком. Быстро. А вдруг я там найду ручку?

Умом я понимала — это всего лишь предлог. Мне просто было интересно, что Де Лука там держит, но все-таки, чтобы совесть и понимание плохих последствий меня не так сильно сжирало, я решила прикрыться благой целью. Или прикинуться дурочкой. Возможно, и то и другое.

Садясь на корточки, я осторожно, отодвинула верхний ящик.

Там лежали презервативы. Много. Даже слишком.

— Потаскун, — тихо буркнула, закрывая ящик. Возможно, сильнее и громче, чем следовало.

Почему-то стало неприятно.

Сколько девушек было в его спальне? Скольких Дарио так же, как и меня, оставлял тут, на своей кровати?

Я поднялась на ноги и начала отдергивать одежду, помня, что совсем недавно он помял ее на мне.

Я оглянулась. Наверное, следовало прекратить свои «поиски ручки», но я решила заглянуть еще и в письменный стол. Там ведь должно быть то, чем можно писать. Или же там какие-нибудь документы. Жутко секретные. Увижу их и позже за это меня утопят в реке.

Я подошла к столу и так же осторожно отодвинула единственный имеющийся там ящик.

Первое, что увидела — пистолет. Он там не просто лежал. Скорее небрежно валялся как что-то несущественное.

Вид пистолета испугал, но почему-то эмоционально отпечатался во мне не настолько сильно, как вид горы презервативов.

Я нахмурилась и уже хотела закрыть ящик, как увидела браслет. Явно женский. Недорогой, но утонченный и изящный. И хранился он очень бережно.

Кому он принадлежит? Кто настолько дорог Де Луке, что он хранит у себя напоминание об этой девушке?

Почему-то я сильно стиснула зубы. Шумно выдохнула и хотела захлопнуть шкафчик, но все же что-то внутри боролось со мной. Хотело взять и рассмотреть этот браслет поближе. Но он лежал слишком близко к пистолету. Можно даже сказать, что под ним, а я, зная свою удачу, не была уверена, что не прострелю себе зад, если хотя бы просто прикоснусь к нему.

В итоге, я осторожно закрыла шкафчик. Но почему-то этот браслет мне жутко не нравился. Интуитивно он вызывал во мне то, что скручивало нервны. Словно веяло чем-то плохим.

Немного позже я еще обошла комнату. Заглянула в шкаф. Там было много рубашек и брюк, но так же на полках я заметила джинсы, кофты, толстовки. Дарио в них ходит в университет? Пальцами прикасаясь к одной из кофт, я мысленно задалась вопросом — интересно, какой Де Лука на учебе?

Я могла бы еще более тщательно осмотреть комнату Дарио. Может, нашла бы что-нибудь интересное, но решила этого не делать.

Лишь, проходя по комнате, отметила то, что кое-какой мебели тут не хватало. Помнится, в прошлый раз она была поломана. По щепкам разбросана по комнате. Возможно, ее вынесли, но еще не заменили.

Я осторожно выглянула в коридор. Увидев горничную, попросила у нее ручку. Когда же мне ее принесли, села за учебу. За тетрадями и учебниками просидела почти до двух ночи, после чего решила, что пора спать.

Порывшись в своей сумке, поняла, что забыла пижаму. Черт. Спать одетой? В джинсах?

Слишком долго сомневаясь, я в итоге подошла к шкафу и достала одну из футболок Дарио. Надеюсь, он не будет против.

Взяв свою зубную щетку, я пошла в ванную. Приняла душ, переоделась, приготовилась ко сну и умостилась на кровати Де Луки, накрывая себя одеялом.

Сказать, что мне было непривычно, значит, ничего не сказать. Еще и от подушки все так же исходил запах Дарио.

Я думала, что не засну, но в итоге, наверное, прошедший день был слишком тяжелым. Я быстро провалилась в темноту.

Я проснулась от того, что кожи коснулся прохладный воздух. Кто-то стянул с меня одеяло.

Обычно, когда меня что-то будит — это вызывает панику. В доме Леоне я никогда не могла расслабиться. Однажды, вовсе была ситуация, при которой друзья Марко пробрались в мою комнату, когда я уже спала.

Из-за этого я сейчас сильно дернулась. Широко раскрыла глаза и, напрягаясь каждой частичкой тела, приготовилась изо всех сил защищаться, но в полумраке над собой увидела Де Луку.

— И чего ты так дергаешься? — Дарио отбросил одеяло на край кровати.

Все еще было темно и комнату освещал только тусклый свет фонарей расположенных в саду. Слишком мало, чтобы что-либо отчетливо рассмотреть, но я поняла, что волосы у Де Луки мокрые. Возможно, он только что вышел из душа. Торс обнаженный. Кажется, сейчас на Дарио лишь домашние штаны.

— Ты меня испугал, — мой голос все еще был сонным. Я ладонью потерла лицо и, поняв, что мне не угрожает опасность, опять упала на подушку.

Хотя… С каких это пор я перестала Де Луку расценивать, как опасность?

— Значит, сейчас хорошо «извинюсь» за это, — Дарио поддел мои ноги под коленками и рывком подтянул к себе. Нависая сверху. Одной рукой опираясь о матрас рядом с моей головой, а второй сжимая бедро. Наклоняясь. Губами набрасываясь на шею короткими, жестокими поцелуями.

Я не знаю, что со мной происходило. Может, это потому, что я еще до конца не проснулась и тело было слишком расслабленным после сна, но ощущения огнем вспыхнули на коже. Заставляя меня прогнуться. Ногтями впиться в плечи Дарио. Ощутить напряжение и сталь его тела, которые почему-то будоражили настолько, насколько казалось невозможно. Как нити из тока.