Я захожу в кабинет. Сумка стоит на полу. Открываю портал. В пределах дома это для меня легко.

— Кэйри, — зову я, просовывая туда руку.

Она подбегает, и я затягиваю ее внутрь.

Наручники все еще на ней.

Я был в ярости, когда нашел ее в цепях после похищения. Злился на Номдара за подобное, но, когда сам так поступил, не могу не признать, что это очаровывает.

Кэйри моя. И сейчас я это чувствую очень остро. Пронзительно. Смотрю на нее жадно и хищно — не сдержать эмоций. Привлекаю к себе. Прижимается к груди, чувствую, как быстро и тревожно колотится сердце.

Провожу по талии пальцами, замираю от ощущения. Целую, удерживая цепь.

С ней так нельзя.

Надо срочно успокоить и утешить. Ипостась ворочается в жажде обнять мою птичку крыльями.

Чуть прихожу в себя, вижу, что боится и не понимает, по какой причине я ее не освобождаю.

— Почему не сняла сама?

Стукаю по браслетам пальцами. Цепи спадают и лицо моей любимой перестает быть напряженным.

— Дариан, я испугалась… Даже не стала проверять, подумала, что не снимутся… Я поверила, что ты будешь держать меня силой…

Прижимаю ее к груди, обнимаю, заставляю расслабиться в объятиях. До конца этого дня у нас еще немало потрясений.

— Ну как ты могла такое подумать, моя маленькая?

Даю ей столько ласки, сколько нужно, чтобы успокоить. Жду, пока глаза не приобретут нормальное выражение.

— Может быть приляжешь? — спрашиваю ее тихо, чтобы не нарушать установившееся равновесие.

— Нет, все хорошо. Правда. Не теряй из-за меня времени, — отвечает Кэйри.

Киваю. Она права.

— Хорошо. Давай пороемся в твоих документах.

Раскрываю сумку. Все лежит вперемешку. Кэйри собиралась в спешке, боялась, нервничала и это видно в том, как брошены дорогие сердцу украшения, документы, какая-то мелочовка.

Натыкаюсь на фигурку кота. Белый в голубых цветочках. Игрушка.

— Мама дарила, — всхлипывает Кэйри.

У меня дыхание перехватывает от нежности и грусти. Обнимаю одной рукой. Сердце колотится как птичка. Сую игрушку ей в руки, прижимает к груди и сдерживает слезы.

— Я все для тебя сделаю, моя девочка, — шепчу ей в волосы. — Обещаю. Все, что в моих силах.

— Дариан, — произносит она и голос садится.

Не могу от нее оторваться, но время не ждет. Одной рукой держу и глажу, а другой извлекаю документы. Магией сортирую драгоценности и бумаги.

Чувствую сильный фон.

— Кэйри, ты это видишь?

— Что? — спрашивает она. — Ты что-то нашел? Чувствую, но не четко.

Я отпускаю ее. Бледная такая.

— Подать еду, чай и бутылку вина — рявкаю в амулет.

Приносят почти мгновенно.

Забираю сам, чтобы Кэйри не видели. Ставлю поднос на стол.

— Поешь, пока я разбираюсь.

Кэйри откусывает кусочек и тут же плюет его.

— Боги! Дариан!

— Яд? — спохватываюсь я.

— Какой яд? — она вдруг хохочет. — Соль. Ее здесь, наверное, килограмм. Милана лютует.

Пробую сам. Да, и горько, и солоно. Мои же работники устроили мне подлянку. Весь дом на стороне Кэйри. Готовы за нее в огонь и воду. И накормить меня никто не собирается.

— Месть за тебя, — подмигиваю я Кэйри. — Хорошо, не отравили. Могли ведь из вредности. У меня же иммунитет к ядам — все слуги знают это, а у тебя нет.

Но все же испытываю некоторые сомнения. Могли и притравить слегка. Поэтому пробую еду поочередно. Котлетки оказываются вполне съедобными, как и кусочки булки, политой соусом. Наливаю Кэйри вино.

Чай заварен как минимум с полынью, вода на вкус как уксус.

Бутылка была запечатана — по этой причине оно нетронуто.

— Перекуси хоть немного. И подкрепи силы. Тебя все в этом доме любят, — хохочу я. — Позаботились, чтобы мне пришлось несладко.

Кэйри сморит на меня и тоже смеется. Впервые за весь день. Ее смех ломает напряжение. Пью с ней вино, а потом возвращаюсь к делу.

Фон сильный. Амулет, который его излучает, достаю сразу. Выглядит как слиток золота, но действительно разбирается на две части, как я и предполагал. Поэтому у них получилось не оставить следов устройства на месте преступления.

Есть нужный остаток магии, которую мы с Марисом нашли в горах. Есть отпечатки Номдара и Вендры. Я должен известить своего друга. Улики готовы. Всего лишь надо показать их судье, и я получу полную власть над мерзкой парочкой. Тем более, что у меня пытались похитить Кэйри. Эти доказательства уже переданы.

Связываюсь с Марисом напрямую.

— Амулет у меня.

— Можешь выкинуть через портал? — интересуется он. — Я как раз с судьей Эврером.

— Ты же собирался развлекаться за мой счет? — удивляюсь я.

— Нашли мобиль и тело похитительницы Кэйри. Тарима Голлин. Слетела с обрыва. Не справилась с управлением.

— Я знал, что она мертва, — говорю глухо. — Причина смерти другая.

Получил сигнал, как только сердце остановилось.

— Какая, Дариан? Скажи, что тебе известно.

— Ее скорее всего допрашивали магией и сработала защита.

— Твоя, так?

— Не обессудь. Я был в своем праве. За похищение моей женщины мог расправиться на месте, но не стал, помиловал. Они хотели заставить ее говорить. И думаю, что жертва умоляла этого не делать, — отвечаю ему. — Ясно кто стоит за ее смертью. Вендра! Как я понял, нанимала она, значит клятва откровения могла принадлежать только ей.

— Согласен. Скажу экспертам выяснить, кто ее допрашивал и с кем она была связана обязательствами. Думаю, что получим дополнительный пункт к обвинению. Обязательства с такой личностью уже повод для расследования деятельности — известная наемница, преступница и убийца. Но ей сочинили качественную легенду, чтобы устроить в твой дом. Я бы ничего не заподозрил. Все идеально сделано. Документы подлинные.

— Не удивительно, с учетом того, как поднялся Номдар после смерти Григора. Мне нужно постановление прямо сегодня.

— Хоть сейчас, господин Логвин, — это голос судьи.

— Прекрасно, — я открываю мини окно — на это сил достаточно, передаю улики. — Как только будет готов документ, известите. Местоположение Номдара выяснили?

— Нет, — отвечает Марис. — Но я знаю, где он будет вечером. В доме Риенна Малдена сегодня прием. Они подтвердили приглашение только что. Уж не знаю, что их побудило на такую смелость. Высокопоставленное лицо, но его известят, и преступники будут выданы тебе.

— Брать их во время приема — большая проблема, — замечаю я. — На это и расчет — посмотреть, будет ли с моей стороны шаг. Все же куча сильных магов, множество гостей с женами, одни только крупные шишки. Если что-то пойдет не так, то наша парочка сбежит и заляжет на дно. Сам понимаешь, что я не буду класть лицом в пол жену правителя и разить на поражение через тело любовницы генерала.

— Тебе окажут серьезное содействие. Возможно, уведут Номдара и Вендру подальше от гостей, — обещает Марис.

— Хорошо. Я буду. Подготовь людей. Своих я тоже беру, — бросаю я и заканчиваю связь.

Кэйри смотрит на меня очень внимательно. Вижу ее тревогу.

— Можно я пойду с тобой? — несмело спрашивает она.

— Нет, любовь моя. Я схожу с тобой на все возможные приемы, но позже. Когда опасность минует. Думаю, что наша уловка сработала и, по мнению Номдара и твоей мачехи, ты сейчас, истерзанная мной, сидишь в цепях в темнице. Если еще жива, конечно. Так что пока это не только вопрос твоей безопасности, но и важный конспирационный момент.

Кэйри соглашается.

— Ты бы так поступил, если бы я сбежала?

Вижу, как опускает глаза.

— Нет, — сухо говорю я. — Хочешь — проверь. Сбеги от меня как-нибудь.

Кэйри хихикает, а я ее целую.

— Мое сердце не выдержит разлуки. Ты будешь знать, что мне плохо и сама вернешься, — улыбаюсь я.

Она встает на цыпочки и целует меня.

— Ты прав. Я бы вернулась.

Роюсь в сумке дальше.

— Кэйри, а это что? — интересуюсь я, извлекая кольцо.

— Это папин подарок. Очень дорогая мне вещь. Он подарил его мне перед совершеннолетием. Изумруды и желтые бриллианты. Я его носила, не снимая какое-то время.