Я смотрю со стороны на это. Вижу, как начинается ритуал, как Дариан обращается для слияния и улыбается мне нежно и счастливо.

— Не надо, — шепчу я другой себе, которая стоит перед ним растерянная и пустая.

Ни капли любви, ни единой эмоции на лице.

— Не делай этого, — кричу я ей. — Это неправильно!

Но та Кэйри меня совершенно не слышит. Она молча стоит с испуганным видом. Смотрит, как Дариан начинает ритуал слияния. До свадьбы, без всякой гарантии. Она, то есть я, даже не пытается сказать «нет». Просто бьет.

Мне самой больно, потому что отсюда я вижу больше, чем раньше. Я замечаю, как горят крылья, как дрожит тело Дариана от невыносимой боли.

Я тоже стояла перед ним на коленях, и моя боль была крайне сильна, но у него рука не поднялась лишить меня магии. А потом он как мог заглаживал вину.

Нет, Дариан не вел себя как хозяин. Был иной раз резок по-мужски, требовал подчинения, но не рабского, а женского.

За то, что я наблюдаю сейчас, за жуткую картину прошлого он имел право меня просто уничтожить.

Я вижу, как та Кэйри уходит в дом, а Дариан едва справляясь с болью открывает портал и исчезает. Мне кажется, что это демонстрация запредельной мощи — сделать подобную магию без крыльев.

Видение не рассеивается. Я вижу его в саду. Еле идет, вид такой, что кажется, каждый шаг будет последним.

Я знаю, зачем он пришел, ведь если бы я изменила решение, то этим спасла бы его. Вернула силу и здоровье. Но это я знаю теперь. Тогда понятия не имела, что творю. Прошел год, а мне кажется, что вечность. Я совсем себя не понимаю.

Дариан ищет меня и наталкивается взглядом на сплетенные в акте любви тела.

Мое платье, мои украшения, мои волосы. Лица не видно. Руки Номдара по телу, стоны и неприличные звуки соития. В этот момент лицо Дариана похоже на мертвое. Ничего не выражает. Он поднимает руку, чтобы поразить насмерть, но роняет ее, не опускаясь до убийства.

Просто разворачивается и бредет прочь.

А я знаю, почему они там. Они были уверены, что Дариан предпримет попытку уговорить меня все исправить. Они знали о ритуале демонов достаточно, и все продумали. Я все это время жила рядом с ужасными тварями.

Я задыхаюсь. Не могу больше смотреть и не могу остановиться. Розы полыхают персиковым цветом. До меня доносится их сладкий аромат, наполняет схлопнувшиеся легкие, и все. Он словно яд, а я определенно умираю. Потому что без воздуха жить нельзя.

На меня льется вода. Не знаю сколько, но похоже, что много. Дариан что-то кричит, потом вдыхает в меня воздух. Мне мало, но это дает время.

Глаза болят, руки и ноги бессильно колотят по кровати.

— Кэйри! — его крик достал бы до дна самой глубокой бездны.

Еще один вдох, давит на грудь, заставляет воздух выйти и снова вдыхает.

— Кэйри, дыши, — отчаянно требует он. — Дыши!

Я не могу. Пытаюсь, но тело не слушается. Меня несет как будто бы быстрым течением.

Дариан исчезает, а затем появляется буквально через мгновение с каким-то человеком, одетым для сна.

— Прошу, Луциан, помоги ей. Умоляю.

— Да что с тобой не так, Дариан? В этот раз что случилось?

— Я не при чем, — голос моего любимого доносится издалека.

На край моей постели садится незнакомый мужчина с короткой стрижкой и пронзительными серыми глазами. Холодные льдинки.

Смутно припоминаю этот взгляд. Точно! Мамин врач. Мне резко становится хуже.

Перепугано вцепляюсь в руку Дариана.

— Что с ней, Луциан? — трясет его мой мужчина.

— Дыхание давно такое? — спрашивает его врач, накрывая мое лицо магией и накачивая импровизированную маску воздухом.

— Как проснулась. Я не смог помочь и пошел за тобой. Минута. Две?

Легкие тут же наполняются, и я на мгновение расслабляюсь, но тут же становится очень плохо. Мечусь по кровати, не контролирую себя.

— Подержи ее, — требует Луциан.

Дариан обхватывает меня руками, сковывает магией. Судороги продолжаются. В глазах темнота. Больно, мне кажется, что повредятся суставы.

Луциан что-то вводит мне в шею.

— Крепче! — кричит он. — Жди действия лекарства!

Тело обмякает и растекается. Не могу пошевелиться.

— Очень слабая. Сама не дышит, — резюмирует врач. — Все плохо, Дариан. Я накачиваю ее воздухом, но сердце едва бьется. Пульс около шестидесяти и падает.

— Сделай что-нибудь! — кричит Дариан. — Ты же лучший! Спаси ее!

Луциан морщится, вводит еще какой-то раствор.

Чувствую слабость, волнами накатывает темнота.

— Кэйри, любимая, держись, — шепчет мой демон.

— Я чуть поднял давление. Дариан, дело плохо. Кэйри едва реагирует на препараты. Открой портал в мой кабинет. Мне нужны еще инструменты и зелья.

Я всхлипываю. Понимаю, что все очень плохо. Я даже открытый портал толком не воспринимаю. Обычно такая сильная магия ощущается.

Луциан снует туда-сюда. У меня в шее трубка, в сгибе локтя еще одна. Надо мной висит капельница с раствором. Врач взмахивает рукой и возникает стенд — на нем видны показатели, какие-то волны, знаки и символы. По очереди вспыхивают очертания органов. Видимо, моих.

— Все отлично работает, Кэйри физически здорова! Но динамика все равно паршивая, — резюмирует он. — В чем же дело? Кэйри, можешь сжать мне пальцы? — врач сует мне ладонь.

Пытаюсь, но тело меня совсем не слушается.

— Плохо…

— Что происходит? — кричит Дариан.

— Она в крайне тяжелом состоянии. Я не уверен, что могу помочь.

— Нет! — отвечает Дариан. — Продолжай! Делай что-нибудь! Ты же сказал, что лучше тебя никто не лечит! Делай! Делай или я разорву тебя на части!

— Я понимаю твои чувства… — грустно отвечает Луциан. — Надо найти причину. Давай проявим ее потоки силы. Может быть, ошейник сделал свое черное дело.

Дариан тянется к нему.

— Не трогай ничего пока я не скажу, — останавливает его врач. — Сейчас надо быть очень осторожными.

На мне лежат кристаллы. Голоса становятся глуше. Я вижу, как сияние охватывает грудь, добирается до горла.

— Хорошо, потоки видны. Начать анализ, — Луциан обращается к своим устройствам, затем достает прозрачные камни и выкладывает на мне еще один узор. — Это не магический конфликт, Дариан, хотя моя позиция неизменна. С другой стороны… Какой вы уровень поставили? Хмм… Ну допустим, «вещь» Кэйри не вредит, — он указывает на мой ошейник. — Порог действительно очень высокий, за пределами возможностей девушки.

Дариан кивает.

Какой-то из амулетов издает неприятный сигнал.

— Дерьмо, — сплевывает Луциан, проходя по потокам силы каким-то странным инструментом.

— Что сейчас? — кричит Дариан.

— Не отвлекай. Пробую кое-что исправить. Видишь, как изменены потоки? Если приведу их в норму, будет шанс.

— Почему пищало?

— Сердце едва бьется, — качает головой врач. — Я стимулирую его магией. Иначе бы оно уже стояло, а Кэйри потеряла бы сознание, что допустить нельзя. Оттуда я ее не вытащу.

— Стояло? — переспрашивает Дариан. — Как это… Что ты хочешь сказать?

— Что Кэйри жива, потому что я за нее дышу и я сокращаю сердце, — глухо отвечает Луциан. — Это не может продолжаться долго. Если не приведу ее в норму, то…

Дариан хватается за мою руку. Не могу ответить ему даже движением пальцев. Темнота окружает меня, но голос моего любимого не позволяет провалиться в нее.

— Я не потеряю тебя, моя любовь. Кэйри, слушай мой голос. Не уходи… — просит он. — Я люблю тебя, моя нежная. Люблю и не допущу, чтобы с тобой что-то случилось. Смотри на меня.

Поднимаю на него глаза. Все плывет и растворяется. Мне так плохо, что я едва различаю его черты. Боль поднимается из глубины живота, течет по венам. Никогда раньше я не думала, что умирать настолько ужасно. Хоть бы отключиться.

— Дариан, — хрипло говорю я.