Даже не добавляет «господин». Похоже, сильно злится. И не на меня.

— Она совершила побег и теперь будет нести за это ответственность, — голос Дариана будто бы чужой.

— Господин, — вдруг вмешивается Тир. — Давайте сначала разберемся. Возможно, дело в новой служанке, а не в нашей госпоже.

Меня вдруг окатывает теплом. Они все знают, кто я, видят меня лишенной свободы, но называют госпожой.

— Верно, — отвечает Дариан. — Кэйри с ней спелась, возможно, наняла сама, подделав документы. Она заслужила мой гнев, а сейчас он падет и на вас! С дороги!

— Ну уж нет! Мы не позволим, — гремит наша гениальная шеф-повариха, хозяйка кухни. — Так нельзя. Сами присмотрим за госпожой Кэйри. Цепи с нее надо снять! Не верю, что она вас предала. Никто в этом доме не верит!

— Вот именно, — кричит Жанин. — Сначала разберитесь! А пока дайте проводить Кэйри в ее покои. Зачаруете дверь и довольно будет.

— Я согласен, господин Дариан, — снова влезает Тир.

Начинается гвалт. Все говорят наперебой.

— Это мое дело! — рычит демон. — Ушли с дороги, пока я не в ярости!

Наступает тишина.

Дариан может быть страшным. Сейчас страшно даже мне, столько угрозы было в его голосе.

Слуги расступаются. Вижу, что мы спускаемся по ступеням вниз.

Дариан ставит меня на ноги.

— Терпение, Кэйри, — говорит он.

Запирает дверь и уходит прочь.

Оглядываюсь по сторонам. Темно и мрачно. Стены — голый камень.

Слышу удаляющиеся шаги, и меня все сильнее накрывает шок. Забрал мои сокровища, заковал в цепи и запер в темнице! Кто именно сейчас обманут? Наши враги или я?

— Вендра, — я подхожу к ней.

Мы укрылись в одном из домов ее прабабки. Это жуткая хибара в крайне плохом районе. Постоянно слышны какие-то крики. Всплесками доходит странная, подозрительная магия. Я уверен, со всех сторон творится что-то противозаконное. Из комнаты мы не выходим, защита тут непроницаема, но никаких удобств нет. Вся обстановка — кровать, стул и стол.

Рыжая ведьма лежит на кровати, скучает. Удивительно. Она убила Тариму и ей совершенно плевать. Никогда до этого я не видел такого безразличия к человеческой жизни. Ни грамма сожалений.

— Ты как? — спрашиваю я.

— Отстань, Номдар. Отвратительно — как еще. Сидим тут как узники.

— Я про смерть Таримы. Хочешь об этом поговорить?

— Не о чем разговаривать. Она была наемницей. Рано или поздно, ее кто-нибудь да убил бы. Что из этого делать драму?

Меня холод пробирает от ее тона.

— Вендра, ты убила человека, это накладывает отпечаток. Я знаю, как сложно подобное пережить, особенно в первый раз.

Она поворачивается ко мне и смотрит в глаза.

— Заткнись! Мне не надо твоего сочувствия. И я сама разберусь с тем, что у меня в голове. Если станет легче — то признаюсь: это не первый раз. Исходя из опыта могу четко тебя заверить — переживу без каких-либо проблем. Успокоился?

— Да уж.

Хочу ей много интересного сказать, но замираю. Не в первый раз. Знал, что она жестока, но не знал, на сколько. Да уж, лучше было бы Григору не умирать. Его она хотя бы побаивалась.

Пришло сообщение. Другая связь нам не доступна, боимся, что Дариан отследит, если заподозрит в похищении. Поэтому пользуемся сложной и неудобной цепочкой.

— Вендра, — пораженно говорю я. — Дариан приволок Кэйри в цепях. Силой! Дом Логвина кипит — слуги в шоке. Он наказывает ее за побег. Утверждает, что она наняла служанку, чтобы бежать!

— О боги! Дай сюда! — Вендра выхватывает у меня из рук прозрачную пластину. — Серьезно… Поверил, что рабыня бежала. Шикарно! Да, в доме же слышали ее плач и крики раньше. Он издевался над ней, а она его боялась. Изумительно. Им не поговорить и не довериться друг другу. Смешно, правда? Кэйри так его любит, но не знает об этом. Отворот заставляет ее отталкивать того, кого она хотела бы прижать к сердцу.

Вендра хохочет, вызывая у меня внутренний протест неимоверной силы.

— Номдар, ну что ты застыл? Все отлично складывается.

Пытаюсь не выдать отвращение. Прячу эмоции за новой порцией сведений:

— Да, на нас не пали подозрения. И еще, смотри сводку — смерть Таримы признана несчастным случаем.

— Невероятное везение, — говорит она. — Но что, если Дариан попробует что-то устроить? Я пока боюсь идти домой.

— Проверим, — говорю я. — Сегодня прием у Риенна Малдена. Сын правителя. Будет толпа приглашенных, множество людей. Если Дариан попытается что-то устроить или будет искать способ нас поймать, то придет туда. Но у него будут сложности — толпа знати, особняк важной персоны — не разгуляться с порталами и крыльями. Не устроить аномалию. Значит, в случае проблем, мы легко уйдем. А дальше решим. Если обойдется — будем жить как жили, если нет, то ты должна знать, что я начал вывод капитала. Заберем, сколько можем, а остальное обналичим через твою прабабку, она знает нужного человека.

— Уйдем, но он последует за нами, — задумчиво произносит рыжуля.

— И попадет в ловушку. Привлеку всех своих людей. Всю личную охрану и наемников, каких успеем собрать, — пожимаю плечами я.

— Звучит неплохо. Я тоже подготовлюсь, чтобы Дариан в случае преследования точно прошел один. Есть парочка идей. Пусть попробует сунуться за нами и вмиг его ощипаем, а потом убьем. Только сегодня на приеме, раз уж идем, объявим о помолвке, — говорит Вендра. — Я не останусь при тебе любовницей без гроша. Мне плевать, любишь ты меня или боишься. Чувства не при чем. Мне нужны гарантии, что состояние Григора будет и моим тоже.

— А что там с беременностью? — интересуюсь я.

— Ничего. Номдар, я просто хотела кольцо Кэйри. Я же не идиотка — беременеть от любовника.

Меньше всего на свете я хочу, чтобы она стала мне женой. Однако выбора у меня нет. Особенно с того момента, как я узнал о Далире. Такая сообщница не помогает бесплатно. И не отпустит меня с деньгами бывшего мужа Вендры.

Ну да ничего. Я готов с рыжулей договориться иначе. Потом, когда все уладится с Дарианом. Что если я предложу деньги? Больше, чем Вендра получит как жена. И особняк Кэйри пусть тоже забирает. На меня давят его стены. Да пусть берет все! С моей должностью я окуплю расходы легче, чем если на всю жизнь буду связан с этой жуткой женщиной.

— Хорошо, — щедро приправляя голос нежность, отвечаю я. — Только без кольца. Сама видишь, взять его сейчас негде. А заказать не решусь — выдадим себя раньше времени.

— Перечисли вот эту сумму сюда, — Вендра касается прозрачной пластинки моего устройства. — Кольцо и одежду для приема доставят нам через час. Мы там, где за деньги можно получить любые услуги, Номдар. И я этом воспользуюсь.

Улыбаюсь ей. Как только все кончится, предложу ей столько, сколько захочет. Хоть все. У меня прожилки от нее трясутся.

Я лучше на Аларе женюсь и буду пытать ее каждый день, вызывая ту самую реакцию и безумие в глазах. Да. Это будет идеально.

— Как там интересно Кэйри? — мечтательно смотрит в потолок рыжуля. — Хотела бы я хоть одним глазком взглянуть на нее, закованную в цепи. Как думаешь, Дариан будет ее бить?

— Не знаю. Он не похож на того, кто бьет женщин.

— Но она же рабыня. Ее можно. Даже нужно. Ее нужно сломать. Уверена, что он жесток с ней. Не поверил ни единому слову. Только подумай, Номдар, как он может с ней обойтись. Бросит в темницу, а потом сорвет с нее плетью одежду и будет брать как животное, пока у Кэйри не сломается воля, и она в самом деле не станет его зверюшкой.

У Вендры такой мечтательный взгляд, что оторопь берет. Ей доставляет удовольствие мысль, что над Кэйри будут издеваться.

Даже мне — нет. Мне жаль ее. Она была бы мне достойной и послушной женой. А я обошелся с ней жестоко.

Это больше не мое дело. Дариан сам решит, что ему делать с беглой рабыней. И правильно тут только одно: рабыню надо держать крепко, не позволять ей лишнего. И, конечно, наказывать. Иных отношений с ней быть не может. Как бы демон не издевался, он в своем праве.