Перед тем как я улетел за принцессой, мама отозвала меня в сторону и сказала:

— Завоюй Диор и забудь Эшли. Стань королем, который нужен нашему народу. В этот раз будь лучше и сделай правильный выбор, иначе ты потеряешь все, чего так упорно добивался.

Горечь ее слов не ослабла. Она ясно дала понять: птицоиды никогда не примут Эшли. Никогда не увидят в ней невинную девушку, одержимую фантомом. Они будут видеть в ней только нашего злейшего врага. Огненную ведьму, ответственную за наши худшие годы в истории.

Если я останусь с Эшли, мои собственные люди отвергнут меня. Но хотел ли я быть королем без нее? Я уже жил такой жизнью. Дважды. И не хотел делать это снова.

Я хотел, чтобы судьба выбрала мне пару. Мою версию «долго и счастливо».

Сможет ли Эшли избавиться от незваного гостя?

Можно ли ее спасти?

Смогу ли я когда-нибудь отказаться от нее?

При этой мысли кровь прилила к моим мышцам, а тело приготовилось к войне.

Что я должен сделать, чтобы ее удержать?

Вопросы, так много вопросов. Прежде чем найти ответы, я должен был пережить эту мучительную трапезу. «Тебе нужно всего лишь очаровать девушку, помнишь?»

Зубы Диор застучали, и этот звук был признаком неудачи, и я вздохнул. Чем выше мы летели, тем холоднее становилось… именно поэтому я попросил ее надеть теплое пальто. Вместо этого она выбрала хлипкий клочок шелка. Как птицоид, я выделял больше тепла, чем смертные. Мне не нужно было пальто, поэтому мне нечего было ей предложить.

Как только мы приземлились, я внес ее в дом, где уже полыхал огонь, согревая воздух.

— О, какая прелесть, — воскликнула она.

Да, так оно и было. С потолка свисали мерцающие огоньки, имитирующие звезды. Стол… я заскрежетал зубами. Должно быть, слуги услышали слово «свидание» и решили, что я хочу максимально интимной обстановки. «Стол» состоял из сложенных рядом подушек, между которыми лежало одеяло, а по центру были расставлены блюда с едой. Никаких тарелок. Никаких серебряных приборов. Мы должны были кормить друг друга.

Я помог Диор устроиться на подушке, изображая из себя джентльмена, а затем незаметно подтолкнул свою подушку, чтобы она оказалась на несколько дюймов дальше от ее. Я должен был обедать с Эшли. Должен был кормить ее с рук.

— Что бы я ни сделала, чтобы разозлить тебя, мне очень жаль, — воскликнула Диор.

— Это я должен перед тобой извиниться, — пробормотал я, покачав головой. — Ты не сделала ничего плохого. Просто мои мысли… в другом месте.

— Понимаю. — ее плечи поникли. — Ты хотел быть здесь с кем-то другим, да?

Мне следовало отрицать это, но не мог. Хотя единственное обещание, которое мы с Эшли дали друг другу, касалось воспитания наших драконов, флирт с ее сестрой казался мне предательством по отношению к ней.

— Ты права, — признал я, не собираясь извиняться. Мне было не жаль, но я почувствовал облегчение. Возможно, моя честность ее переубедит. — Твоя сводная сестра связала меня по рукам и ногам.

— Я так и думала, — ответила она, кивнув. — И я понимаю. Понимаю. Она красива и умна. Но сейчас она обручена с магом. По словам короля, она слишком слаба, чтобы произвести на свет наследника.

У меня дернулся глаз, когда я жестом попросил Диор поесть. Она выбрала себе еду из множества фруктов, орехов и различных кусков жареного мяса.

Девушка не сказала ничего ложного, но мне очень хотелось наброситься на нее за то, что она пренебрежительно отозвалась об Эшли.

— Эта помолвка закончится со следующей битвой. И есть разные виды силы, так же как и другие способы создать семью. — о таких способах я узнал из первых рук, когда Рот и Фарра взяли меня к себе ребенком.

— Но разве ты не ненавидишь Эшли? — спросила Диор, нахмурившись.

— Я чувствую к ней много чего, но ненависть не входит в их число. — больше нет.

— Значит, ты не заинтересован в том, чтобы жениться на мне?

— Я… нет. — и снова я не стал извиняться. Я не был обязан ей своей привязанностью и не мог заставить себя ее желать. — Я говорю тебе это не для того, чтобы обидеть. Я считаю тебя прекрасной девушкой и знаю, что однажды ты сделаешь кого-то очень счастливым. Но этот кто-то не я.

— Я… Я понимаю, — ответила она, удивив меня.

Прежде чем я успел ответить, меня охватило плохое предчувствие. Без всякой причины. Я нахмурился и огляделся. Неужели я почувствовал приближающееся нападение?

Предчувствие усилилось, задевая мои нервные окончания. Я встал, выглянув в окно. Никто не приближался.

— Я не могу злиться на тебя за то, что ты честно рассказал о своих чувствах, а не оставил меня в неведении, — сказала мне Диор. — По моему опыту, смелость — редкое качество среди королевских особ.

— Среди всех людей.

Принцесса слегка улыбнулась.

— Кстати, мне не нравилось говорить гадости об Эшли, и я знаю, что тебе неприятно их слышать. Я просто должна быть уверена, что она нужна тебе по правильным причинам, а не для того, чтобы ее наказать.

Я вздрогнул.

— Она рассказала тебе о наказаниях? — что еще она рассказала?

— Нет, она очень скрытная. Но я слышала дворцовые сплетни.

Я пристыжено опустил голову. Люди говорили о моем ужасном обращении с Эшли. Это было не меньше, чем я заслуживал. Я обвинил ее в ужасном поступке, которого она на самом деле не совершала. Обидел невиновного человека. Не существует достаточно сурового наказания.

— Эшли повезло, что у нее такой преданный поклонник, — сказала Диор. — Ты ни за что не позволишь убить себя на турнире, особенно если это означает, что Майло женится на ней.

— Он никогда к ней не прикоснется.

— Должен же быть способ получить то же, что и маг, и вместо этого жениться на Эшли.

Мне пришла в голову идея, как решить проблему со свиданиями.

— Помоги мне выжить в этом турнире. Проголосуй за меня. Когда я выиграю, выберу Эшли. Король не сможет мне помешать. — потому что он больше не будет владеть троном. Но осмелюсь ли я жениться на ней? — Тогда я познакомлю тебя со своим другом Викандером. Он могущественный принц фейри и…

— Я знаю, кто такой Викандер, — поспешно сказала она, ее щеки покраснели.

Она была неравнодушна к неисправимому фейри? Все были неравнодушны.

Мое плохое предчувствие достигло пика. Мне казалось, что в любой момент я могу истечь кровью. В груди было так тесно, что легкие не могли нормально дышать. Я никогда не испытывал ничего подобного, как будто… как будто только что разрушилось какое-то заклинание. Но единственное заклинание, которое было во мне…

Заклинание слежения, связывающее меня с Эшли.

Я вскочил на ноги и попытался определить ее местоположение. Но… ничего не почувствовал. Неужели что-то случилось?

— Мне жаль, но нужно идти. Сейчас же. Кажется, с Эшли что-то не так.

Я не дал Диор возможности что-то спросить у меня. Прижав ее к себе, я выскочил из дома и взлетел. Десятиминутное путешествие заняло целую вечность. Во дворце я поставил бледную Диор перед входом и улетел, не сказав ни слова.

Куда лететь, куда лететь? Как раз в тот момент, когда я обнаружил, что кусочек заклинания слежения зарыт глубоко в моей голове и позволяет определить возможное местонахождение Эшли, надо мной разбилось стекло. Драконы закружились в небе. Я поспешил к ним. Они тоже почувствовали, что с их матерью что-то не так?

Я полетел первым. Позади меня драконы кричали от страха и ярости. Люди увидят их, но меня это уже не волновало. Мне нужно было добраться до Эшли. Все остальное не имело значения. Если я потеряю ее…

Я не мог ее потерять.

Я не мог потерять ее через две недели. Даже меньше, чем за две недели. Не мог. Все, что я сказал Диор, было правдой. Я выиграю этот турнир и выберу Эшли.

С остальным мы разберемся сами.

Я пронесся мимо лагеря, ведя драконов по крутому склону горы. Мы были близко. Ищем… ищем… Две женщины склонились над третьей.

Что я видел? Этого не могло… не могло быть… меня накрыло понимание, и отрицать это было невозможно. Из меня вырвался животный звук.