Я осмотрела остальную часть поля. Так много перьев, и так мало времени. Но для реинкарнации Крейвена Разрушителя Саксон точно не знал, как правильно наказывать.

Собирать перья, когда они порхают, как снежинки? Ужас! Что он скажет мне делать дальше? Заставит искать горшочек с золотом на конце радуги?

Почему он танцевал со мной? Почему так крепко обнимал, словно не мог смириться с разлукой? Почему смотрел на меня с тоской? Почему позволил мне утешить его после визита сестры? Почему мне так хотелось стать к нему ближе… глубже… поцеловать? Поцелуй. Мой первый. С Саксоном.

Только один ответ имел смысл. Его характер был таким же буквальным, как и мой, а не символическим. Саксон Скайлер был моим сказочным принцем, и сегодня он нашел свою Золушку. Мою уверенность невозможно было поколебать. Больше нет.

Нам было суждено обрести счастье.

Если бы я поняла это вчера, то не увидела бы возможности для этого. Сегодня он приказал мне оставаться во дворце в течение шести дней, чтобы защитить от своей матери. Он заботился о моем благополучии.

Мне нравилась его забота. Очень. Но я содрогалась при мысли о том, что мне придется сидеть дома. Проведя годы в заточении в кровати, затем в дереве… впервые вкусив свободу на празднике, я ненавидела мысль о том, чтобы сидеть взаперти во дворце. Дайте мне свежий воздух, лунный и звездный свет, кострища и просторы.

Резкая боль пронзила мою голову, вызвав шипение. Я схватилась за виски, но боль уже начала стихать.

В глубине сознания мне показалось, что я слышу радостное мурлыканье женщины, как будто она тоже впервые ощущает свежий воздух и открытое пространство.

Что за… Кончики моих пальцев начало жечь, и я замахала руками, пытаясь их охладить. Но они продолжали нагреваться, пока…

На кончиках моих ногтей вспыхнуло настоящее пламя, уничтожив перья, которые я держала в руках. Я втянула воздух и уставилась на обугленные останки, не в силах заставить свой мозг работать. Но, но…

Пепел разлетелся по песку. Ахнув, я повернулась, чтобы затушить перья ногами. Наконец, мой мозг снова заработал, мысли выстроились в ряд. Я призвала огонь? Использовала магию? Использовала… магию Леоноры?

Напряжение пронзило меня, ледяное и острое, как лезвие. Дрожа, я подняла руки, чтобы рассмотреть пальцы при более ярком луче факела. Может быть, это мазок сажи? Я бросила взгляд на землю, куда упали кусочки пепла. Песчинки превратились в жидкость, а затем затвердели в гладкое, холодное стекло.

Меня накрыло осознание, изменив саму структуру моего существования. Я воспользовалась магической способностью Леоноры. Я была ее реинкарнацией или одержима ее фантомом. Но в любом случае…

«Обречена».

Раздался невеселый смех. Внезапно я поняла, почему мама так часто брала меня к отцу Майло. Зелье создавало барьер. Мистический барьер, который я могла бы воссоздать, если бы Майло не сжег дневники мага.

Еще одна боль в голове.

— Ну разве это не здорово? Барьер настолько истончился, что мы можем говорить.

Женский самодовольный голос прошептал в моем сознании. Шокирующе, да. Но что действительно поразило? Мысленное вторжение не показалось мне странным, а скорее удивительно знакомым, как будто говорящий был здесь всегда и только ждал удобного момента, чтобы преподнести мне сюрприз.

— Леонора? — прошептала я.

— Единственная и неповторимая. И как прекрасно чувствовать себя услышанной. Столько раз я хотела, нет, ощущала необходимость пожаловаться на твое поведение. Ты разрушаешь мою жизнь.

Ее жизнь? Ее?

Если она сказала что-то еще, я это пропустила. В голове возникали образы, перед глазами вспыхивали цвета. Затем воспоминание о прошлом поглотило меня целиком…

* * *

Я лежала в постели с Крейвеном, обнаженная, если не считать кольца, которое он подарил мне в знак нашей большой любви. Я лежала на нем, его теплое дыхание обдувало мою макушку, когда я выводила круги на его сердце.

Сердце, которое он отдал мне.

Мы были парой уже несколько месяцев, но так часто ссорились. Мы не могли договориться о самых незначительных вещах. Но это была не моя вина. Я готовила его к тому, чтобы он был таким, как мне нужно… преданным своему удовольствию.

Подготовка к чему бы то ни было требует упорного труда и самоотдачи. Это просто факт. Однако конечный результат того стоил.

Теперь я должна была направить свои усилия на то, чтобы научить его ставить мои потребности выше потребностей его семьи. Сегодня я слышала, как его ужасная мать советовала ему жениться на эльфийской принцессе и оставить меня в качестве своей любовницы.

Поэтому, конечно, его мать должна была умереть к закату. Любой, кто угрожал моему счастью, терял право на дыхание. Я планировала выйти замуж за Крейвена. Только я. Я была его судьбой, была создана для него, и никому другому не позволено им обладать.

Моя сказка гарантировала, что он будет моим навсегда.

Я бы взяла его имя и прилагающийся к нему титул. Королева Леонора. Я бы родила ему детей. То, что он заставлял меня чувствовать… именно этого я так жаждала. Я не могла жить без него и не собиралась пытаться.

Пока он играл с прядью моих рыжих волос, я расслабилась, прижавшись к нему. Он никогда бы не поступил так, как просила его мать, и не изгнал бы меня. Он женится на мне… ничего другого быть не может.

— Крейвен, — вздохнула я.

— Да, Нора.

Мне нравилось прозвище, которое Крейвен мне дал. Но… его голос звучал напряженно?

— Ты любишь меня?

— Ты же знаешь, что да.

«Видите. Мой». Я подняла голову, встретив его сонный взгляд.

— Почему ты не предложил мне церемониальный брачный браслет? — как только он заснет, я приготовлю для него сюрприз. Я нашла драконье яйцо, которым планировала с ним поделиться. — Разве ты не хочешь скрепить наши узы?

— Хочу, — сказал он, напряженным голосом, — но иногда то, что мы хотим, не то, что нам нужно. С нами что-то не так, ведьма, и я не знаю, как это исправить.

При слове «хочу» я усмехнулась. Затем до меня дошли его следующие слова, и холод проник в мое тело.

— Ты сам себе противоречишь. Будь яснее.

Он приложил ладонь к переносице, прижав большой палец к одному глазу, а указательный — к другому.

— Время, проведенное с тобой, — это одновременно наслаждение и мучение. Напряжение… оно калечит меня во многих отношениях. Я не могу так жить, чувствуя, что меня разрывает изнутри. Война всегда была моей жизнью. В этих стенах я хочу покоя. Но ты не можешь мне его дать.

Что!

— Но я могу. Просто дай мне шанс стать той, кто тебе нужен, Крейвен. Ты должен дать мне шанс. — он не мог меня бросить. Мне суждено стать его.

— Спокойствие не в твоей природе. Поэтому… утром я отправлю тебя домой. Твой народ может продолжать жить у подножия моей горы.

Ужас, страх и ярость столкнулись, запустив внутри меня цепную реакцию. Моя спина напряглась. Руки начали гореть. Лед стал течь по венам.

Крейвен собирался последовать совету матери и изгнать меня. Собирался жениться и на принцессе?

Я зарычала как дракон, и магия огня грозила вылиться в искру. С трудом сдерживаясь, я выплюнула в него проклятие, а затем взмахнула кулаком. Он поймал мое запястье, его пальцы были как кандалы, и мы уставились друг на друга, оба тяжело дыша.

Он думал, что это остановит меня? Я выпустила пламя там, где Крейвен касался меня. Он зашипел, когда на его коже образовывались волдыри. Но не отпустил.

— Мы не расстанемся. Слышишь меня? — я не хочу терять это чувство принадлежности.

— Мы расстанемся. — уверенность в его голосе… — Однако, зная, как отчаянно я жажду тебя, уверен, что не смогу удержаться вдали надолго.

Ох. Ооо. Он не планировал избавляться от меня навсегда. Просто хотел преследовать. Значит, это была сексуальная игра?

— Поэтому я женюсь на другой, — объявил Крейвен. — И останусь верен своей жене. Моя клятва защищать ее не допустит меньшего.