Я владела огнем, поэтому, как только завладела телом, у «нее» наконец-то проявились сверхъестественные способности. Способность создавать огонь… моя способность. Остальной мир просто решил, что ее магия наконец-то проявилась. Но я-то знала лучше. Теперь все считали ее… меня… самой могущественной ведьмой из всех, кто когда-либо жил на свете, и настоящей Золушкой.

Я взъерошила волосы. Впервые за все время моего существования у меня появились имя, семья, пророчество и цель. У меня даже было светлое будущее. До этого у меня не было никакой личности.

Однажды я просто открыла глаза, окруженная дымом и пламенем, душа, запертая в мире живых, растерянная и одинокая. Как чистый лист. Уже тогда я могла разжигать костры силой мысли. Мне не нужно было есть, и я не могла ни к кому прикоснуться. А мне отчаянно хотелось это сделать.

Не имея ни малейшего представления о том, кто я такая, я следовала за оракулами и писарями, ожидая, когда меня увидят, чтобы получить хоть какую-то лакомую информацию. Когда я обнаружила, что могу вселяться в их тела, я стала выбирать хозяев в зависимости от своих потребностей и их текущих обстоятельств, переселяясь из одного в другого каждые несколько месяцев без их ведома. Они потеряли немного времени, а я приобрела богатый опыт.

Впервые я получила удовольствие от того, что другие люди воспринимали как должное. Физические ощущения. Вкусная еда. Свадьба. Секс. Быть увиденной, услышанной и обожаемой. Я читала книги, чтобы узнать о себе, и вскоре обнаружила, что являюсь фантомом, созданным огнем и смертью дракона.

Сегодня я надеялась получить новый опыт… убийство. Самого Крейвена. Я никогда не встречала его, но он убил членов моего нового ковена и угрожал новой семье. За это он умрет в мучениях, и вся Энчантия скажет мне спасибо.

Ранее я подслушала, как слуги шептались об этом могучем короле птицоидов, о том, что он одинаково может убить как друга, так и врага, и что если сказать ему неправду, он отрежет тебе язык. Если украсть у него, отрубит тебе руки. Если убежать от него, отрубит тебе ноги топором.

Теперь у этого мужчины были большие проблемы с моими новыми родителями.

По мере того как число ведьм и колдунов в нашем ковене росло, жить на поляне становилось тесно. Не зная, что еще предпринять, Великий Лорд Титус… наш король… отдал приказ расселиться на территории Крейвена. Совсем немного. Самую малость. Едва заметно.

Крейвен очень обиделся и начал действовать, чтобы показать повелителю колдунов ошибочность его пути. Вчера Титус сдался: его магия не могла сравниться с ужасом небес.

Через несколько минут должен прибыть Крейвен, чтобы потребовать от каждого из нас извинений и клятвы верности.

Я не стану делать ни то, ни другое.

Я крепче сжала кинжал, который планировала вонзить в его гнилое сердце. Скоро он все поймет. Я могла бы стать ему прекрасной союзницей. Вместо этого он сделал меня страшным врагом.

— Что бы он ни захотел, Леонора, дай ему это. Пожалуйста. — Титус встал справа от меня и похлопал меня по свободной руке. Он дрожал. — Иначе Крейвен убьет нас всех.

И Великий Лорд, отец, на место которого я претендовала, и Ковенесса Гексель, мать, которую я всегда жаждала, облачились в свои самые роскошные наряды. Она блистала диадемой из черных кристаллов и высокой заостренной верхушкой в сочетании с облегающим черным платьем. На Титусе был черный плащ из шкуры пантеры и черная туника длиной до щиколоток, подпоясанная на талии кожаным поясом.

Я выбрала платье, на котором были вышиты кроваво-красные розы.

Мы стояли в фойе нашего дома… самой большой хижины в деревне… и ждали прибытия короля Крейвена.

— Подчиниться тирану? — я покачала головой. — Нет. — я не позволю ему отнять у меня единственный дом и семью, которые я когда-либо знала.

Титус вздохнул, как будто я обрекла всех нас на гибель. Я вселилась в его дочь уже несколько месяцев назад, но он все еще сетовал на мою «дерзость».

Внезапно отец напрягся и прошептал:

— Он здесь.

— Как… — мои уши дернулись, и я услышала шум крыльев. Ах. Затем раздались громовые шаги.

Скрипнули петли, и дверь в хижину распахнулась. Тут же появился он. Крейвен Разрушитель вошел в хижину так, словно она принадлежала ему, с двумя вооруженными людьми по бокам. Я сразу поняла, что это он. Ни от одного мужчины не исходило такой ярости.

Я отметила, что у него была не традиционная красота. Ему даже больше шло, его черты лица были смелыми и привлекательными. А все остальное… Привет. Он был высок и мускулист. Имел темные волосы и смуглую кожу, темные глаза и полные губы. Щетина покрывала сильную челюсть. Крылья у него были большие и синие.

Мое сердце бешено заколотилось… но почему? Я никогда не чувствовала ничего столь мощного. Будто появилось чувство связи. Как будто я принадлежала ему.

Будто он был моим. Предназначенным для меня и только для меня.

Я растерялась. Я удивилась. Ощутила восторг.

Он посмотрел на меня, но тут же отвел взгляд. В тот момент, когда я сжала кулаки, Крейвен снова перевел взгляд на меня.

— Ты, — вздохнул он, наклоняясь ко мне. Подошел ближе.

— Я? — спросила я, мое дыхание внезапно сбилось. От него пахло дождем. — Ты меня знаешь? — «так же как какая-то часть меня, кажется, знает тебя?»

— Я… нет. Но ты мне снилась. — больше он ничего не сказал, оставив меня в замешательстве.

— И что было в этих снах? — спросила я.

Один уголок его рта приподнялся.

— Самое лучшее.

Эта ухмылка… У меня затряслись колени. Я и представить себе не могла такую связь. Он тоже испытал это.

Наверное, я не стану его убивать. Оставлю его у себя на некоторое время.

— Назови свое имя, красавица. Полагаю, ты леди Леонора, дочь великого лорда Титуса, правителя волшебного народа?

Я прикрыла глаза и растворилась в нем. Даже его голос, низкий и грубый, как дым, притягивал меня.

Я облизнула губы, внезапно занервничав, как школьница.

— Да. — затем…

Крейвен изучал мое лицо, как будто запоминал карту сокровищ. Смотрел так же, как другие мужчины смотрят на своих любимых жен. Или любовниц.

Так, как я хотела, чтобы на меня смотрели всю оставшуюся вечность.

Когда он протянул руку, чтобы пропустить прядь моих рыжих волос между пальцами, мое сердце забилось быстрее.

— Ваше Величество… — начал Титус.

— Молчать, — рявкнул Крейвен, не отрывая от меня взгляда.

Это притяжение… Я не могла им насытиться. Но его нужно было приручить.

— Думаю, что ты — та, кого я искал, леди Леонора. — нежно и ласково Крейвен провел двумя костяшками пальцев по моей скуле. По коже побежали мурашки. Заметив это, он едва заметно улыбнулся, прикрыв глаза. — Я позволю тебе и дальше править своим народом, — сказал он моему отцу, по-прежнему не отводя от меня взгляда. — Я даже позволю твоему народу остаться у подножия моей горы. Но девушка пойдет со мной.

* * *

Вдалеке раздались радостные возгласы, и я проснулась, как от укуса животного. Задыхаясь, резко вскочила, волоча за собой одеяло. Дезориентированная… Где я? Почему…

Остатки сна витали на краю сознания, напоминая о том, чему я стала свидетелем. Разве когда-нибудь сон казался таким реальным? Я почти поверила, что была там.

Я застонала. Я не пережила одно из воспоминаний Леоноры, и все тут. Потому что не была ее реинкарнацией. Я не была убийцей.

«Одержимая… укрепи барьер… фантом…»

Я сглотнула. Нет, я не была реинкарнацией. Но могла быть одержимой.

Раздались новые аплодисменты, заглушившие мой безумный смех.

Пытаясь отдышаться, я осмотрелась. Сквозь маленькие отверстия в шатре пробивался яркий утренний солнечный свет. Я лежала в шатре Саксона, на кровати, одна, и, боже, обнаженная.

Последнее, что я помню, это как вошла в ванну, а потом… что? Что!

Неужели я потеряла сознание? Неужели Саксон отнес меня в постель и позволил спать всю ночь в его кровати? Голой? Упоминала ли я о том, что на мне была только шкура и паника?