— Рад, что ты это осознаёшь… какой тогда будет следующий шаг? — фамильяр запрыгнул на стол с терминалом и уставился на меня.

— Ну, самое логичное сейчас — форсировать встречу с генерал-губернатором. Он увидел достаточно в клинике. Теперь осталось закрепить это разговором.

— Что, если он откажет нам и не поверит?

— Это неприятный момент, — со вздохом признал я. — Придётся ставить уже на руководство Лаборантума Артефакторума и выходить на них с чем-то грандиозным. Типа высших артефактов.

— Ты же не умеешь их создавать, — удивился кот.

— Не правда, умею, просто времени и сил на это уйдёт уйма, но другого варианта у нас всё равно тогда не будет. Если с генерал-губернатором я смогу ещё какое-то время поводить их за нос и не открывать личность Антона Марета, то вот с Лаборантумом эта шутка уже не пройдёт. А значит, риски будут выше. Искренне надеюсь, что старик прислушается к нам.

— И когда планируешь поговорить с ним, раз форсировать собрался?

— Сегодня.

— Ась? — кот от неожиданности чуть не свалился со стола. — Он же так днями и ночами сидит в клинике, роя там всё чуть ли не собственным носом.

— Тогда поговорим с ним там, — ответил я. — Да, я знаю, что опять заставляю тебя отправляться туда, но ничего не поделаешь. Если сегодня старик не появится у себя в гостинице, придётся нам самим прийти за ним.

— Проклятье, я уже ненавижу эту больницу, — чуть ли не застонал Ва’йан, что в облике кота выглядело настолько смешно, что мне не удалось сдержать усмешки. — И нечего ржать над этим!

Нам повезло. Именно сегодня генерал-губернатор, наконец, решил посетить свои апартаменты, которые он занимал. Их, к слову, смог обнаружить именно Ва’йан, подслушав ещё в самом начале разговор двух подчинённых старика, упоминавших некий отель и то, что генерал-губернатор отправляет из него в больницу всю корреспонденцию. Удачно получилось. Словно бы влияние моего пути Изменённого, хах.

«Готов, Леон?» — голос фамильяра в моей голове отлично слышался несмотря на то, что по договорённости с ним я сейчас находился чуть ли не в половине квартала от него, и это говорило лучше всего о росте силы моего источника.

«Да, начинаем», — коротко ответил я товарищу, после чего тот начал стремительно подниматься прямо по стене гостиницы. Нашей целью был этаж, где, судя по количеству охраны, и находился генерал-губернатор.

Никанор Зинтон с наслаждением расслабил плечи, откидываясь на спинку кресла и прикрывая глаза. Наконец, самые тяжёлые дни оказались позади. Он, вместе со своими людьми и оперативно прибывшими в Твердь специалистами Императора, смогли разобрать основной пласт того, что фанатикам не удалось уничтожить, и даже этого хватило с запасом, чтобы основательно запятнать репутацию всей церкви. К сожалению, всё ещё недостаточно, чтобы забрать у неё большую часть привилегий.

Аргументы Епископа, управляющего церковью богов-близнецов, были очевидны. Они ничего не знали. Это еретики. Все будут наказаны. Виновные переданы на руки людям Императора. Клятвы перед сильнейшими Изменёнными лишь подтверждали его слова. Ещё и полная открытость следователям.

С поддержкой множества сильных людей из благородных домов, влиятельных торговцев, общественников и даже представителей Лаборантума Артефакторума у церкви богов-близнецов получилось сильно уменьшить ущерб, в том числе и репутации. И это безмерно раздражало Зинтона.

Несмотря на все собранные факты, правитель смог лишь серьёзно ослабить корпус Инквизиторов на территории Империи, отменив большую часть их привилегий. Теперь эти фанатики могли развернуться только в колодце, а их численность серьёзно урезалась, по крайней мере, официально. Небольшая победа, которую получилось вырвать лишь благодаря серьёзной ошибке фанатиков.

— Господин, — его отвлек от мыслей лёгкий стук в дверь и появление в кабинете помощницы. — Я проверила Марета.

— А, заходи, Елена, как раз тебя ждал, — старик кивнул на стул, что был пристроен напротив его стола. — Итак, какое у тебя сложилось мнение о нём?

— Крайне странный молодой Изменённый, — тут же ответила ему девушка. — И, пожалуй, один из самых загадочных артефакторов, с которыми я когда-либо имела дело.

— Вот даже как? — старик удивлённо вскинул брови и сложил руки лодочкой. — Подробнее.

— Первое, что касается пути Изменённого. По собранным свидетельствам он должен был получить отвар «Повелителя пламени», некоторые продемонстрированные им способности говорят об этом.

— Однако, у тебя есть сомнения, — понял её с полуслова шеф.

— Да, для новичков, только ступивших на этот и похожие пути, обычное дело, спонтанно проявлять свои силы. Непроизвольные вспышки света, лёгкие огненные всполохи, понижение температуры, ну, вы и сами знаете как это. А тут ничего подобного я не заметила. Пускай общение и было не такое долгое, но сами понимаете…

— Высокий контроль, что для молодого Измененного почти гениальность, либо мы чего-то не знаем, и его путь проявляет себя как-то иначе, не так явно, — кивнул старик.

— С артефакторикой всё ещё сложнее, — продолжила Елена. — Он новичок. Это видно по тому, как он работает с изделиями. Совершаются очень типичные механические ошибки, характерные для новичков. Подделать такое сложно, нужно идеально контролировать своё тело.

— Но…? — нетерпеливо спросил старик.

— Но те изделия, которые он создаёт… при всей их невыразительной и слабой конструкции они получаются в полтора, а то и два раза более эффективными. И они неповторимы.

— В каком смысле? — удивлённо моргнул генерал-губернатор.

— Я не смогла повторить их, сколько бы ни пыталась.

— Мастер-артефактор не смогла повторить изделие новичка? А что насчёт других артефакторов из отделения Лаборантума в Тверди.

— Тот же результат. В местной штаб-квартире есть пара экспертов, чьё мастерство выше моего. У них те же результаты. Мы не можем повторить его изделия. Даже разобрав их на составляющие, повторяя все решения Марета, результат один.

— Почему я об этом узнаю только сейчас? Глава Лаборантума в курсе, что у него под боком появилось такое чудо?

— Мастера отделения отправили отчёты об этом ещё несколько недель назад, как только стало очевидно, что им не по силам повторить изделия Марета. Но вот дошло ли донесение непосредственно до самого главы — неизвестно.

— Свяжись с ним. Уточни детали. Нужно понять, какие у них планы на Марета, передай, что он так же в нашей разработке. Не стоит мешаться друг у друга под ногами.

— Да, господин.

— Теперь я хочу услышать от тебя мнение, с кем или чем таким мы столкнулись? И давай сначала, кто же такой Антон Марет?

— Странности в поведении Марета начались после его спуска в «колодец» и смерти всей его группы, в том числе и относительно сильного Изменённого Александра Тахи из местного малого благородного дома Тахи. До этого он не показывал ничего выдающегося и был обычным человеком. Его отец собирал деньги, явно для ингредиентов на отвар. Всё поменялось после того рейда. Вся группа, кроме самого Марета, исчезла, а он сам вернулся с солидным запасом тацита. Арзов его проверили с ног до головы, одержимости или подмены не было. Посмертного слепка тоже. Оракулы утверждают, что на его ауре в момент возвращения ощущались лишь лёгкие эманации смерти.

— То есть группу он не убивал?

— Не сам, точно. Возможно, ему кто-то помог, а сам Марет лишь находился рядом. Но, я думаю, дело обстояло немного не так, моя гипотеза состоит в том, что отряд столкнулся с какой-то опасностью, а сам Марет выжил лишь благодаря своей слабости — его могли проигнорировать в первые минуты столкновения, и это позволило наследнику сбежать от верной смерти.

— Бросил своих товарищей? — старик нахмурился.

— Вот тут ещё одна странность. Они с другом, не имея никаких сил, получили место в отряде Александра Тахи. Довольно сильный отряд Изменённых, который работал на втором ярусе уже далеко не первый раз. И, судя по всему, они очень любили брать с собой безродных из гильдии Искателей, у которых не было сил Изменённых. Контракт носильщиков. При этом смертность этих самых носильщиков была почти стопроцентной. Если не в первом, то во втором или третьем рейде они умирали.