Мой противник сделал ложный выпад, я парировал, отведя его клинок вправо, и немедленно контратаковал коротким уколом. Он отступил на мгновение, уходя с линии атаки, и тут же контратаковал серией рубящих атак. Первый удар справа налево — я парировал, подставив клинок под углом. Второй удар слева направо — пропустил над собой, припав на колено. Третья атака, вертикальная сверху, была заблокирована над головой. Звон металла о металл от скрестившихся клинков ударил по ушам.

Использовав момент соприкосновения мечей, провёл скользящий удар по лезвию его клинка к руке, вынуждая противника быстро разрывать дистанцию. Отличная возможность, которой грех было не воспользоваться. Я рванул вперёд, делая глубокий выпад с прямым уколом прямо в центр корпуса оппонента.

Жаль, но противник легко разгадал и предугадал мои действия, ловко уходя в сторону и тут же попытавшись достать меня простым ударом сверху вниз, заставив использовать один из приёмов, выученных на войне в родном мире — полуповорот.

Поворот на левой ноге, уход с линии атаки, и одновременно с этим очень быстрый рубящий удар по запястью. Рукоять меча ударила по руке, говоря, что я попал — обычный человек в этот момент лишился бы руки. Но не созданный мной тренировочный манекен.

— Ху-у-ух, — выдохнул я, разглядывая застывшую впереди человекоподобную фигуру. — Этот манекен получился куда лучше…

Рядом тут же появился Ва’йан, скептически осматривая немного гротескную фигуру тренировочного голема. Мы находились на небольшой поляне, в одном из лесов близ города Тверди.

Местность была довольно безлюдна, а с моими сигнальными печатями я мог легко контролировать подходы к облюбованной поляне в радиусе почти полукилометра. Более чем достаточно, чтобы быть уверенным в том, что никто не застанет меня за практикой рунической магии.

Последние недели я предпочитал выезжать сюда для своих тренировок, практики магии и экспериментов в артефакторике. Всяко лучше, чем заниматься чем-то подобным в городе, где всюду были чужие уши и глаза. Особенно у благородных домов.

— Может и получился этот образец лучше, но вот работает он у тебя не больше двух минут, — между тем ответил Ва’йан. — И это при том, что ты слил на него весь резерв за день. Как-то оно слабо, не думаешь?

Да, слабо — это не то слово, отвратительный результат энергоэффективности — вот как бы я охарактеризовал это сам. Так или иначе, пока это моё лучшее творение. И сейчас остаётся заниматься только оптимизацией потребления энергии и расположения печатей. Работы там не на один день, мягко говоря.

За год бы справиться, но начало положено, и это уже хорошо. Тем более, что даже двух минут спарринга с собственной тенью уже очень хорошо, давненько я так вот не практиковался в сражениях на мечах. А навык надо бы быстрее возвращать, подгоняя новое тело под привычные возможности, что-то мне подсказывает, что это очень скоро пригодится.

Я волей-неволей вспомнил далеко не самый простой разговор на приёме Великого дома Арзов, произошедший несколько недель назад. Несмотря на мой категорический отказ на разговор с домом Тахи на официальном приёме другого дома, они всё равно выловили нас с отцом под конец банкета, когда мы уже собирались уходить. И попытались надавить, чтобы выяснить судьбу Александра, даже несмотря на то, что я прямо сказал им о том, что ничего не знаю под усилением печати внушения. Это было странно.

В том смысле, что действовали они слишком уж напористо для тех, кто являлся всего лишь гостем на чужом приёме, и я подозреваю, происходило это не без молчаливого разрешения Арзов. Последним было очень выгодно вмешаться в самый острый момент, когда отец уже явно начал злиться. Несмотря ни на что, Тахи оставался таким же малым домом, как и мы, и требовать что-либо у нас никак не мог.

Арзов появились как раз, когда градус напряжения поднялся до самого пика. Один из первых старейшин Великого дома вмешался в разговор и мягко, но настойчиво напомнил представителям дома Тахи, что официальное расследование пока ещё не закончено и торопиться кого-либо обвинять не стоит. Как и пытаться устраивать беспорядки на их собственном приёме, это может стать большой ошибкой для любого благородного дома, независимо от их происхождения. Тахи извинились перед хозяевами и ушли, так больше и не сказав нам ничего.

А старейшина Арзов принялся обхаживать отца, напоминая, что личная сила любого дома строится на силе их членов и Великий дом готов принять их под своё крыло, обеспечив полную защиту от таких вот нападок в том числе.

Уже после, отец очень подробно расспросил меня о том, что произошло в «колодце» с командиром группы и был явно очень недоволен тем риском, с которым я столкнулся. Он даже высказал желание прямо запретить мне впредь спуски в «колодец», по крайней мере до того, пока я не стану изменённым. Пришлось очень постараться, чтобы убедить его так не делать, напирая на то, что настоящий наследник не может прятаться от опасности, а я больше не собираюсь так рисковать, спускаясь дальше первого яруса.

С горем пополам получилось убедить его. Тогда же попросил не торопиться с покупкой формулы изменённого других путей — уж очень меня заинтересовал «Повелитель удачи». Особенно после некоторых пояснений отца, который, пускай и знал о пути только общие моменты, но и этого было достаточно.

Да, на первых ступенях многие бы назвали его даже слабым, чего не скажешь о высоких, где Изменённый получал возможность управлять вероятностными линиями мира и реальности, не без ограничений, но всё равно… В общем, это явно был мой выбор. Выходить против божественных пожирателей лучше, имея за спиной именно такой путь.

Собственно, после приёма Арзов я полностью погрузился в изучение артефакторики, попутно вспоминая всё, что мне было известно о ней ещё со времён ученичества в академии.

Помимо этого, не забывал и о регулярных тренировках, возвращая себе навыки владения мечом и с помощью руники продолжал улучшать и усиливать свои татуировки. Что же до развития источника, то им занимался исключительно по утрам и перед сном, сильно уменьшив время, уделяемое этому делу.

К сожалению, как ни крути, но путь развития магической силы станет для меня очень долгим при любых раскладах. Пять лет я потрачу только на то, чтобы добраться до следующего магического уровня, а возможно, и все четыре, не столь уж и большая разница. При этом время у меня будет сжираться такой практикой почти всё без остатка. И такого я уже никак не мог себе позволить.

Что же до артефакторики и рунических плетений, которые я старался подогнать под реалии этого мира, то тут всё было более чем неплохо.

Например, вот големостроение, практически не освоенное местными мстерам направление, мне давалось на удивление легко. Этот тренировочный манекен — прямое тому подтверждение.

Я всё ещё не связывался с Лаборантум артефакторум, но уже подготовил сразу несколько образцов чуть улучшенных местных артефактов на продажу. Два защитных амулета и зачарованный нож — все плетения были мной скопированы почти без изменений, единственное, что слегка подправил и оптимизировал их, что позволило улучшить изделия почти в два раза.

Повторить мою разработку… в теории у местных может получиться, но время они на это убьют уйму, да и разбираться в том, что я там накрутил им придётся, как минимум, несколько лет. Так что я рассчитывал на плодотворное сотрудничество с этой организацией, предлагая им свои услуги.

И, к слову, как следует разузнав о лучших артефакторах Империи, я ещё больше захотел получить их к себе в союзники. Во-первых, это была хоть и государственная, но совершенно независимая от всех благородных домов организация, и подчинялась она исключительно самому Императору.

Во-вторых, по своему влиянию, знаниям и богатствам они не уступали Великим домам, а иногда и превосходили их. Вплоть до того, что у Лаборантум артефакторум даже имелся собственный путь развития, который они охраняли очень тщательно.