— Есть какой-то универсальный способ научиться этому?

— Нет и быть не может, тут тебе придётся разбираться уже самому. У каждого пути свой уникальный способ воплощения способностей. К сожалению, от деда нам не досталось никаких записей по этому пути. Уже чудо, что рецепты отваров для большей части ступеней сохранились.

— Жаль, это бы сильно облегчило задачу.

Отец понимающе кивнул. Когда ты первопроходец и нет опоры на опыт других людей, постигать всё куда сложнее. Да и сам перебор был той ещё задачей. У отца заняло несколько минут, чтобы объяснить его принципы. Если вкратце, то я должен был последовательно использовать разные способы активации, пытаясь анализировать свои чувства и ощущения.

Например, провоцировать сильные эмоции, которые могут оказаться спусковым крючком для запуска способности. Или необычные ощущения, типа сильного жара или холода.

Таких вариантов было множество, ну а дальше, когда становится понятно, что является активатором способности, начинается её тренировка и освоение, чтобы запускать просто одним лишь мысленным приказом.

Обычно это всё делается на высоких ступенях, когда количество способностей у каждого пути становилось так много, что большинство из них превращалось в полноценные секреты Изменённых. Благородные дома и даже отдельные Изменённые постоянно охотились за этими знаниями, щедро оплачивая любые сведения о них, и не только…

Ва’йан ждал меня в комнате, разлёгшись на кровати. Похоже, он даже и не просыпался с того момента, как я покинул дом. Фамильяр натурально превратился в настоящего ленивого кошака и даже не думал что-то менять. Его явно всё устраивало.

Зато стоило мне только переступить порог комнаты, как он тут же встрепенулся и, сладко потянувшись, поинтересовался, как прошли день и встреча.

— Не сказать, что я не удивлён, — резюмировал он, услышав краткий пересказ моего разговора с Тенью закона. — Ты же и сам знаешь, насколько в этом мире слабо лекарское дело. Кто тут есть? Изменённые, управляющие самой жизнью? Ты, кажется, говорил, что они, как целители, очень слабы. Руническая магия твоего мира в несколько раз лучше и эффективнее, а с учётом того, что божественное исцеление богов-близнецов ещё лучше…

— Да, это понятно, — я вздохнул. — Всё так же, как это было дома… здоровье и жизнь — это то, ради чего люди будут готовы сделать всё, что угодно. Бедняки уже боготворят культ близнецов, во власти наверняка хватает сочувствующих и тех, кого культисты купили за здоровье для них или для их близких.

— Ага, помнишь того странного типа, которого мы нашли в Гариде? Ну, тот, который с помощью церкви увеличил себе…

— Я помню, хватит, — перебил шутника.

— Итак, что теперь? — с любопытством спросил Ва’йан.

— Самое скучное, что может быть — тренировки, артефакторика и попытка разобраться с «Повелителем удачи». И надо бы себе оружие нормальное заказать ещё, вместо этого меча. Точнее, заготовку хорошую, а уж зачарование я на него повешу лучшее из возможных. Сегодня, весь оставшийся день, собираюсь заняться увлекательным делом — перебирать варианты активации способности пути Изменённого.

— Ну, удачи, а я спать.

— Кто бы сомневался.

Что же, надежд, что смогу разобраться со всем вот так нахрапом, у меня, конечно, не было. Как и советовал отец, просто занялся обычным перебором, примерно вспомнив, при каких обстоятельствах у меня в прошлый раз запускалась способность. Но ближе к ночи, случилось неожиданное, я таки активировал свою новую силу!

А ларчик-то открывался просто. Ключом оказалось ощущение чужого скрытного взгляда. Я бы и сам это не понял, если бы не Ва’йан, которому захотелось понаблюдать за мной, притворяясь спящим. Правда, дошло до нас далеко не сразу. Пришлось ещё некоторое время методом проб и ошибок разбираться, что же запускает способность, а потом ещё думать, как её активировать уже без чужих взглядов.

Опять же, тут всё оказалось проще, чем думалось изначально. Просто нужно было мысленно воспроизвести нужное ощущение, и всё готово. Ну а с практикой даже надобность в воспроизведении тех чувств отпадала. По крайней мере, так утверждал отец, да и я нашёл нужную информацию в витанете. Просто мысленное усилие, и вот у тебя уже всё получается.

Что же касается загадочных нитей… отчасти, мне удалось в них разобраться. И это переворачивало все мои представления о том, что такое пути Изменения и каким образом что-то такое могло существовать в реальности.

Вспомнился тот странный сон, после принятия отвара… я уверен, что-то существо было создателем и основателем пути «Повелителя удачи» и оно же было ответственно за его силу. Божество? Сомневаюсь, по крайней мере, Скульптор не был похож на тех же богов-близнецов, от него ощущалось лишь любопытство. Ни презрения, ни желания сожрать. Всё, конечно, может быть, но я сомневался, что загадочный Скульптор был из числа этих ублюдков.

Что же касается моей новой силы, полученной от отвара, то она оказалась напрямую связана с удачей. Мы с проснувшимся Ва’йаном потратили всю ночь на то, чтобы выяснить подробности.

Запуская силу, я видел множество тонких нитей, исходящих от людей, предметов или существ. И чем толще была нить, тем выше была вероятность события, которое она символизировала.

Цвет показывал исход лично для меня. Золото — удачный исход, серый — обычный (их больше всего), тёмный цвет — опасность или неудача для меня. Сами нити существовали всего несколько секунд, а затем пропадали, сильно выматывая меня своим появлением.

Я мог потянуть за какую-то нить и тем самым увеличить вероятность срабатывания какого-то события или наоборот, ослабить, тем самым уменьшив вероятность неудачи. Каждую из нитей можно было мысленно «просмотреть», заглянув на на пару мгновений вперёд, но это давало такую отдачу от способности, что я буквально терял сознание на несколько минут. Впрочем, хватало и того, что я мог, по сути, манипулировать вероятностью. Со временем, конечно, моя выносливость должна была увеличиться, а с поднятием ступени, я уверен, ещё и временные рамки могли расшириться, но даже сейчас это было очень сильно.

Особенно, когда я, потянув одну из серых нитей, спровоцировал падение ходящего туда-сюда Ва’йана. В другой раз, потянув за золотую нить, я умудрился попасть небольшим бумажным шариком аккурат в маленькую вазочку, в нескольких шагах от себя.

В общем, как я понял, все эти создаваемые нити были возможностями. Способность помогала находить моменты, где удача уже существовала как эта самая возможность, и моё дело оставалось только воплотить нужную нить в реальность своей силой. И… это противоречило всему, что я знал о двух мирах до этого. Ни у меня дома, ни здесь такого быть не могло, потому что противоречило здравому смыслу и всему, что мне было известно о природе магии, но это было. И я теперь тому был прямым доказательством.

— Знаешь, Леон… — вдруг подал голос Ва’йан, после всех наших экспериментов. — Что-то тот Скульптор, с которым ты говорил в своём бредовом сне, сейчас меня пугает больше, чем боги-близнецы.

Настя внутренне вздохнула, наблюдая за тем, как работает один из лучших людей Императора. Она ожидала, пока генерал-губернатор Зинтон закончит принимать одного из своих людей, присев рядом с дверью в его кабинет. Никанор Михайлович вот уже больше двух месяцев находился в Тверди, проводя какое-то расследование и при этом старательно не афишируя присутствие тут.

Несмотря на то, что сам Зинтон был крайне заметной фигурой в Империи, его частые отлучки по поручениям Императора стали традиционными. Всё благодаря собранной им команде, большую часть которой не знал никто, даже сам Император. Сильные Изменённые, бойцы поддержки, члены всевозможных гильдий и объединений, юристы и чиновники. Кого там только по слухам не было. И раз уж Зинтон оказался здесь, в Тверди, значит, сам правитель обратил внимание на это место.

Наконец, дверь кабинета открылась, выпуская девушку небольшого роста и комплекции, правда Настя нисколько не обманулась её видом — очень сильная Изменённая, неизвестного пути развития. Девушка мельком глянула на неё и, вежливо поприветствовав, направилась прочь.