На сцене сейчас происходит что-то странное: несколько демонических балерин в воздушных, рваных, бордово-черных пачках, исполняют медленный, текучий танец под аккомпанемент арфы, звуки которой удивительным образом вплетаются в основной электронный ритм. Зрелище одновременно красивое и жуткое.

Бельфегор указывает на один из лучших столиков, прямо у перил. Там, на бархатном диване развалился Мальфас — его массивная фигура с костными наростами на лице выглядит чужеродно среди утонченной обстановки. В руке он сжимает бокал с чем-то ядовито-зеленым.

— Наконец-то, — Его голос, низкий и хриплый напоминает скрежет камней. — Я уж думал, тебя, Морт, затянуло в рабочую рутину.

Он даже не смотрит в мою сторону. Для него я — пустое место, не стоящее внимания.

— Теперь наша компания в сборе! — восклицает Бельфегор, приветствуя его за руку. — Ну как, Мальфас, уже начал без нас?

Мальфас хрипло смеется, и мне кажется, что этот звук заставляет дрогнуть бокалы на соседних столиках.

— Ты знаешь меня. Я не люблю ждать, — цедит он.

— Да, особенно когда дело касается выпивки, — кивает Бельфегор, садясь рядом с ним. Мы с Мортом усаживаемся на диван напротив.

— Танатос сегодня опять нудел про соблюдение протоколов, — продолжает Мальфас с таким видом, словно бы только и пришел сюда, чтобы поговорить на эту тему. — Будто мы не знаем, как делать свою работу.

— О, гляжу ваш босс опять в своем репертуаре? — со смешком интересуется Бельфегор, явно стараясь склонить серьезную тему к веселью. — Что на этот раз — не те цифры в отчетах или души неправильно отсортированы?

— Он требует усилить контроль за соблюдением сроков ухода, — ничуть не веселея говорит Мальфас, глядя прямо на Морта. — Слишком много душ стало просачиваться вне графика.

— Пусть тогда расширит штат, — отвечает Морт. — Или найдет уже себе преемника, как давно собирался. Любой Жнец первого ранга подойдет. Должен же кто-то, наконец, разгрести весь бардак в Департаменте.

— Уж не ты ли метишь на его место, когда с помощью протекции Лилит получишь повышение до первого ранга? Думаешь, ты сможешь навести порядок? — спрашивает Мальфас с ядовитой ухмылкой. — А я-то полагал, что у тебя с этим уже возникли некоторые… сложности.

Тут я замечаю как взгляд Мальфаса неуловимо, на долю секунды перемещается в сторону Бельфегора, словно пытаясь этим что-то передать.

— Так, может, ты выдвинешь свою кандидатуру, а, друг? — холодно усмехается Морт. — Конечно, в истории еще не было случаев, чтобы демон руководил Департаментом, но, раз уж тебя уже взяли ответственным за безопасность в нашем отделе, то, может, сделают исключение вновь.

Рядом материализуется официантка. Высокая, с идеальной фигурой, облаченная в облегающее черное платье с головокружительным декольте. Ее кожа неестественно бледная, глаза горят алым огнем, а за спиной виднеются сложенные кожистые крылья. Суккуб, без сомнения. Она улыбается нам, обнажая чуть заостренные клыки.

— Друзья, мы же собрались не для рабочих разборок, — Бельфегор даже не смотрит в меню, которое она протягивает. — Вельсиль! Три «Поцелуя суккуба» и... что ты там обычно пьешь, Мальфас? Кровь невинных?

— Сегодня — абсент с полынью, — отвечает демон, отряхивая невидимые пылинки с рукава. — К счастью, в Изнанке она еще не запрещена.

Суккуб кивает и бесшумно исчезает.

— Обожаю их коктейли, — говорит Бельфегор, подмигивая мне. — После них мир кажется… ярче. Хоть ты и мертвая, а румянец точно появится!

Он снова смеется своей шутке. Морт лишь кривит губы, а Мальфас фыркает, явно считая всю эту ситуацию ниже своего достоинства.

— Некоторые предпочитают сохранять ясность рассудка, Бельфегор, — замечает Морт, разглядывая танцующих внизу. — Находят Изнанку достаточно занимательной и без помощи сомнительных эликсиров.

— Скука! — отмахивается демон. — Иногда просто необходимо добавить немного огня!

Вельсиль возвращается так же быстро и бесшумно, как исчезла. На подносе ярко светятся заказанные напитки. Ядовито-зеленый, кислотно-синий, пронзительно-лазурный, насыщенно-фиолетовый — все оттенки Изнанки в высоких бокалах. Они переливаются и мерцают изнутри собственным неоновым светом. Все разбирают свои, и мой — фиолетовый. Выглядит гипнотически красиво, но беру я его с разумной опаской.

Бельфегор тут же делает большой глоток с явным удовольствием. Морт лишь подносит бокал к губам, но совершает ли он глоток или просто имитирует, понять невозможно.

Я отпиваю осторожно. Вкус моментально взрывается на языке — сладкий, экзотически-фруктовый, с легкой пряной ноткой и странным, едва уловимым привкусом. Почти мгновенно я чувствую эффект. Голову обволакивает легкой, приятной дымкой. Тепло волной расходится по телу, делая цвета вокруг насыщеннее, а музыку — проникающей под самую кожу. Словно барьеры между мной и этим местом начинают подтаивать. Приятное, но тревожное чувство.

Морт замечает мою реакцию — легкий румянец, которого Бельфегор так жаждал, наверняка все же проступил на коже. Он чуть качает головой, и его взгляд на мгновение теряет свою обычную насмешливость. Жнец наклоняется ко мне.

— Осторожнее, Айви, — говорит он вкрадчиво. — Главный ингредиент «Поцелуя суккуба» — это их слюна. Она больше, чем просто пьянит. Нашептывает желания, размывает волю, делает тебя податливой для чужого влияния. Легкой добычей для тех, кто знает, как этим пользоваться.

— Ерунда! — весело восклицает Бельфегор, явно уловивший суть предупреждения Морта своим демоническим чутьем. — Это всего лишь капля эссенции удовольствия! Лучший способ расслабиться и по-настоящему почувствовать атмосферу «Асфоделя»! Не будь такой занудой, Морт! А ты, Айви, просто наслаждайся моментом! Позволь себе немного… раствориться. Хуже точно не будет!

Он подмигивает, и его глаза блестят, будто обещая запретные наслаждения. Я смотрю на свой сияющий фиолетовый коктейль. Он все еще манит, но теперь эта притягательность кажется ловушкой. Искушением, за которое, как и за все в Изнанке, придется заплатить. Предупреждение Морта и нахальное веселье Бельфегора создают странный диссонанс в моей голове, который только усиливается действием коктейля.

Мир вокруг начинает слегка покачиваться, неоновые огни расплываются в мягкие пятна, а гулкий бит музыки проникает, кажется, в самую суть моего мертвого естества. Пытаюсь сфокусировать взгляд на фиолетовом сиянии в бокале, борясь с накатывающей волной легкой эйфории и внезапным, совершенно неуместным желанием рассмеяться. Я пьяна, это уж точно. Видимо, слюна суккуба — штука посильнее любого земного алкоголя.

Пока я сражаюсь с собственными ощущениями, боковым зрением замечаю движение. Морт, игнорируя собственные предостережения, поднимает свой лазурный бокал и одним плавным, почти небрежным движением осушает его до дна. Пустой бокал со стуком опускается на столик из черного стекла. Я ошарашенно перевожу на него взгляд. Зачем? Он же только что говорил об опасности!

Но прежде чем я успеваю обдумать его поступок, замечаю еще кое-что. Бельфегор наклоняется к Мальфасу и что-то тихо ему говорит. Их шепот тонет в музыке. Мальфас кивает, и его пальцы сжимают бокал неестественно сильно, будто он хочет его раздавить. Затем они встают почти одновременно — слишком синхронно для случайности — и растворяются в полумраке клуба, оставив стойкое ощущение, что я только что пропустила что-то важное.

Когда я на доли секунды прихожу в себя, то замечаю, что рядом с Мортом, на подлокотнике дивана сидит какая-то девушка. Она невероятно симпатичная — с копной волос, переливающихся всеми оттенками заката, от нежно-розового до глубокого индиго, и одетая во что-то легкое, воздушное, напоминающее сотканный из тумана шелк.

Незнакомка совсем не соблюдает личные границы — ее плечо касается плеча Морта, она легко смеется, наклонившись к его уху, и что-то шепчет, хихикая. Самое поразительное — Морт не отодвигается. Не испепеляет ее ледяным взглядом. Он улыбается. И нет, это не его обычная саркастическая усмешка. А настоящая, легкая улыбка, смягчающая резкие черты.