— Щиты на максимум! Перенаправить энергию в верхнюю полусферу!

Взрывы. Меня тряхнуло. Сильно. В кабине посыпались искры.

[Щит: 60%. Броня плеча повреждена. Нарушена герметичность.]

— Терпимо.

Винтокрылы заходили на второй круг, поливая меня из автопушек. Пули барабанили по броне как град, сбивая краску и датчики. Один из сенсоров погас, и часть моего обзора справа исчезла, сменившись белым шумом.

— Ах вы, назойливые мухи... — прошипел я, чувствуя, как нейроинтерфейс вгрызается в мозг фантомной болью от «ранения» машины.

Я не мог попасть в них из рельсотрона — они были слишком маневренными, а перезарядка занимала время. Мне нужно было что-то другое. Я посмотрел на землю. Вокруг валялись обломки каменных статуй, куски фонтана, остатки ворот. Я наклонился. Гидравлика застонала, но выполнила команду. Моя левая рука, та, что с манипулятором, сомкнулась на куске гранитной колонны весом с полтонны.

— Лови! Я развернул корпус, используя инерцию сорокатонной машины, и швырнул колонну в ближайший винтокрыл. Это было примитивно. Это было грубо. Но это сработало. Пилот вертолета ожидал магии или ракеты. Он выпустил тепловые ловушки. Но тепловые ловушки не работают против летящего куска гранита.

Камень врезался в винт. Лопасти разлетелись шрапнелью. Машина потеряла управление, закрутилась волчком и рухнула прямо на один из отступающих БТРов. Грохот взрыва перекрыл шум боя.

Второй винтокрыл резко отвернул, уходя вверх, в облака. Сбежал.

— Минус воздух, — констатировал я.

Но радоваться было рано. Посреди горящего поля, среди трупов и искореженного металла, осталась одна фигура. Архимаг. Он стоял неподвижно, подняв посох. Вокруг него бушевал вихрь из пыли и огня. Пули моих дроидов бессильно отскакивали от его магического барьера. Он смотрел на меня. И в его глазах не было страха. Только холодная ярость профессионала, который нашел достойную цель.

— Ну давай, волшебник, — я повернул корпус к нему. — Покажи мне фокус.

Архимаг Клана Шуваловых был не просто стариком в халате. Это был боевой маг класса «Земля-Огонь». Он ударил посохом о землю. Почва под ногами моего Титана вздыбилась. Асфальт и грунт превратились в зыбучий песок, который мгновенно затвердел, сковывая ноги робота по колено.

— Каменный Капкан! — прогремел его голос, усиленный магией. — Ты всего лишь кукла в консервной банке, мальчишка! Я сомну тебя!

Я попытался сделать шаг.

[Внимание! Блокировка ходовой части. Нагрузка на сервоприводы: 120%. Критический риск поломки.]

Машина ревела, пытаясь вырваться, но камень держал намертво. Я стал стационарной мишенью.

Архимаг начал читать следующее заклинание. Над его головой формировался огромный, пульсирующий шар из магмы и камня. «Метеор». Заклинание 7-го круга. Если эта штука упадет мне на голову, никакой мифрил не спасет. Меня просто сплющит вместе с кабиной.

— Макс! — кричала Тая в эфире. — Уходи! Он сейчас ударит!

— Не могу! Я приклеен!

— Стреляй в него!

— Щит! У него зеркальный щит! Рельсотрон срикошетит и разнесет усадьбу!

Мне нужно было сбить его концентрацию. Я попытался поднять руку с пушкой, но Архимаг сделал жест левой рукой, и из земли вырвались каменные шипы, опутавшие корпус Титана. Один из шипов пробил гидравлику на плече. Масло брызнуло черной струей. Боль ударила меня в плечо — настоящая, жгучая боль, переданная через интерфейс. Я закричал в кабине, стискивая зубы до крошева.

— Сдавайся, Воронцов! — гремел маг. Шар над его головой вырос до размеров дома. — Отдай ключи от Домена, и я подарю тебе быструю смерть!

Я дышал тяжело, хватая ртом воздух. Мозг лихорадочно искал выход. Магия Земли. Он управляет плотностью и гравитацией. Но он стоит на земле. Он заземлен. А я... я подключен к самому мощному генератору в этом регионе.

— Страж! — мысленно заорал я. — Перенаправить всю энергию «Гефеста»! Не на щиты! На корпус!

[Внимание! Это убьет электронику! Риск удара пилота!]

— Делай! Включи Тесла-эмиттеры на полную! Преврати меня в катушку молний!

[Принято. Разряд.]

В подземелье взвыли турбины. Поток энергии, который питал щиты и пушку, был перенаправлен в обшивку меха. Титан перестал быть просто машиной. Он стал гигантским электродом. Миллионы вольт.

— Получи, сука! — я ударил обеими металлическими кулаками по камню, который сковывал мои ноги.

КРАК! Разряд чудовищной силы ушел в землю. Синие молнии разбежались от меня во все стороны, выжигая траву, плавя песок, превращая грунт в стекло. Ударная волна электричества достигла Архимага за долю секунды. Земля — лучший проводник, чем воздух. Его каменная броня, его связь с почвой сыграли против него. Ток ударил его снизу, через ноги.

Магический щит лопнул с треском рвущейся ткани. Архимаг дернулся, его волосы встали дыбом, посох вылетел из рук. Заклинание «Метеор» потеряло стабильность. Огненный шар над его головой задрожал и начал распадаться.

— Нет... — прохрипел маг.

— Да! — я рванул ногами. Ослабевший, раскрошенный разрядом камень рассыпался. Я был свободен. Но «Метеор» падал. Прямо на нас обоих. У меня была секунда.

Я не стал убегать. Я активировал ускорители прыжка. Титан рванул вперед, в таранный удар. Я врезался в ошеломленного мага плечом, на котором висел рельсотрон. Удар сорока тонн на скорости 60 км/ч. Архимага отшбросило как тряпичную куклу. Он пролетел метров пятьдесят и врезался в борт горящего БТРа.

А «Метеор» рухнул туда, где я стоял секунду назад. Взрыв. Ударная волна догнала меня, ударила в спину. Титан упал на колени, пропахав носом землю. Системы взвыли.

[Критический перегрев! Отказ гироскопов! Потеря связи с левой ногой!]

Я лежал в кабине, оглушенный, с кровью, текущей из носа. Интерфейс сыпал красными ошибками. Я попытался встать. Мех дернулся и завалился на бок.

— Вставай... — шептал я. — Вставай, железная скотина...

Сквозь мутный визор я увидел Архимага. Он был жив. Живучий гад. Его мантия дымилась, одна рука висела плетью, но он поднимался. Вокруг него собиралась тьма. Он готовил последнее, самоубийственное заклинание. «Разлом Бездны». Он хотел забрать меня с собой. Мой рельсотрон был разряжен. «Крот» валялся где-то в грязи. У меня не было оружия. Или было?

Я посмотрел на свою правую руку. Манипулятор был разбит, но приводы работали. Я посмотрел на дымящийся остов танка «Медведь» рядом со мной. Башня оторвана, но ствол... длинный, нарезной ствол 152-мм пушки торчал из обломков как копье.

— Страж, — прохрипел я. — Овердрайв на правую руку. Всю энергию, что осталась.

[Подтверждаю. Последний резерв.]

Титан со скрипом, с воем перегруженных сервоприводов поднялся на одно колено. Я схватил ствол танковой пушки. Рывок. Скрежет раздираемого металла. Я вырвал ствол вместе с куском башни. Это была дубина. Стальная дубина весом в три тонны.

Архимаг закончил формулу. Черная дыра начала открываться перед ним.

— УМРИ! — заорал он.

— Пошел ты! — ответил я. И метнул свое копье. Я вложил в этот бросок всю мощность гидравлики, всю ненависть, всю боль от нейроинтерфейса.

Стальной лом просвистел в воздухе. Он вошел в грудь мага, пробив остатки щита, пробив тело, и пригвоздил его к борту БТРа. Черная дыра схлопнулась с громким хлопком, так и не родившись.

Архимаг дернулся и затих. Тишина. Только треск огня и гудение моих умирающих систем.

Бой закончился. Остатки пехоты Шуваловых, увидев смерть своего лидера и уничтожение техники, бросили оружие и побежали. Дроиды Таи и она сама гнали их до самого леса, но не стреляли в спину. Пусть бегут. Пусть расскажут.

Я сидел в кабине Титана. Машина лежала на боку, наполовину зарывшись в воронку от взрыва. Внутри было темно. Аварийное освещение мигало тусклым красным. Дышать было трудно. Система вентиляции сдохла, воздух пах гарью и кровью. Моей кровью.

Нейроинтерфейс, который давал мне силу бога, теперь убивал меня. Откат. Это было похоже на то, как если бы из тебя выдергивали нервы по одному. Мозг горел. Тело била крупная дрожь.