Детектив, которому я доверяю, он откапал на нее столько. Люди, с которыми я общался, все подтверждали ее темное прошлое, связь с бандитами. Они не могли все дружно врать. Просто не могли.

Тогда я решил, что хватит с меня предательств. Решил начать жизнь с чистого листа. Но Наташа ведь осталась?

Хоть после ухода Анфисы, не то, что моя любовь прошла. Ната как женщина перестала для меня существовать. Вся моя одержимость к ней, от которой я страдал столько лет, улетучилась быстро. Словно и не было ее.

Вроде бы излечился. Избавился. Надо радоваться… Но пришла тоска… пришло осознание, как мне дорога Анфиса.

Я пытался строить отношения с другими женщинами. Знакомился, ходил на свидания, ездил в отпуск. И все не то, пустота рядом с ними только усиливалась. Они были суррогатом, не правильные, не такие… Мне с ними было тесно, душно.

Лучше одному, чем с нелюбимой.

А любимая… почему все так?

Поднимаюсь на ноги. Иду к выходу. Тут больше мне нечего делать.

Мельком бросаю взгляд на сцену, сразу перед глазами картинка, как Анфиса блистала в алом платье. Как бы она этого не добилась, но все же она молодец.

В груди расползается непонятная гордость, приправленная сожалениями. Анфиса… по каким головам ты пошла? Сколько мужиков? И всех их ты используешь? Или твое сердце принадлежит кому-то?

Словно ответ на мой вопрос в зале появляется Аким.

Он… всегда он…

Хочется начистить ему рожу. Только это ничего не изменит.

Иначе надо действовать.

Потому я просто обхожу его. Не о чем нам сейчас с ним говорить.

О том, что он предатель, так это понятно. Слова тут не помогут, нужны действия.

Вот! Я должен остаться, чтобы отомстить ему! За то, что влез в мою семью, за то, что спал с моей женой, за сына, которого я так ждал!

А Анфиса… как бы я ни любил, ее я тоже выведу на чистую воду.

Достаю телефон и вызываю такси. В этот момент около меня останавливается машина Наты. Она открывает передо мной дверь.

- Я думал, ты уже уехала, после того скандала, - плюхаюсь на переднее сиденье.

- Тебя ждала. Мда, не думала, что ты меня даже не защитишь, - сжимает руль до побелевших костяшек.

- Я не понимаю, какого ты устроила это представление? Чего ты добилась? – фыркаю.

Я тогда реально едва со стыда не сгорел. Надо же все по уму делать. Хотя потом сам едва не выплюнул тонну нелицеприятных фактов про свою жену. Но вовремя сдержался. Переиграл все. Хотя наедине с Анфисой все равно сорвался.

- Нервы. Макс. Увидеть ее… - выруливает на дорогу. – Еще потом и Аким… его я не ожидала… Он же, не должен быть здесь. Ты видел его довольную рожу?

- Откуда ты знаешь, где должен, где нет? – смотрю на нее подозрительно. – Ты в принципе его знала шапочно и сто лет не видела. Так какого он тебя так выбесил? О чем вы говорили, когда тебя вывел охранник, а Аким за тобой пошел?

- Макс, я знаю, что он с тобой сделал! Как предал! – взмахивает рукой.

- Так тебе же это на руку. После твоего возвращения, мой брак явно тебе был как кость в горле, - внимательно слежу за ней.

Она смотрит на дорогу, преувеличенно сосредоточенно. Губы плотно сомкнуты. Глаза прищурены.

- Максюш, я желала тебе счастья. И прежде, чем прийти к тебе в дом, ты в курсе, я подготовилась. Я все о ней пробила. Если бы у вас все было в шоколаде, я бы не лезла.

- Врешь.

- Правда! – восклицает слишком громко.

- А Аким? Чем он так тебя вывел? Он меня предал, ты его едва знала. Или нет? – продолжаю допытываться.

- Так по твоим же рассказал я знаю какой он человек. И бесит, что у них все так классно. Еще и он тут может сильно помешать твоим планам. Это тоже меня расстроило. Ты спрашивал, о чем я говорила? Так вот! – поднимает вверх указательный палец, - Я пробивала, кто он, чем тут дышит. Или ты забыл изначально зачем приехал? Напомню, не за ней!

- Не забыл.

- А после сегодняшнего вечера, очень похоже на то.

- Нат, напомню тебе, что именно ты меня притащила на этот сабантуй! Я вообще идти не хотел.

- Очень об этом жалею, - нервно отбрасывает белокурые пряди с лица. – Я ж не могла знать, что она Аврора… до сих пор содрогаюсь, - вздрагивает всем телом. – Я ее тряпки носила. Гонялась за ними. Покупала. Вот за это мне стыдно.

- Так шмотки же хорошие, сама сказала, - не удерживаюсь от подкола.

- Да. Но я не верю, что это она. У нее в прошлом есть опыт, как заставлять людей батрачить на себя. Уверена. Это придумывает кто-то талантливый за копейки, а она пользуется результатами труда. Она всегда такой была, - Ната паркуется у моего отеля.

Выходит громко хлопнув дверью машины.

Медлю. Закрываю глаза. Вдох. Выдох. И так несколько раз.

Покидаю ее авто. А в душе заноза, и она не дает покоя, давит на рану, гноится.

Заходим с Натой ко мне в номер. Она тут же делает заказ.

- Надо поужинать, - говорит мне. – После сегодняшних приключений, надо как-то настроение себе поднимать.

- Я вообще не понимаю, какого ты со мной в номер пошла. Сама сказала, вечер был сложный. Я хочу один побыть, - скидываю с себя пиджак.

Ненавижу их. Жуть как сковывает. Хорошо хоть галстук не надел, дышать итак нечем.

Мне с Натой надо еще поговорить. Но сегодня не хочу. Тошно.

Надо обдумать все в одиночестве.

Так какого я ее не остановил? Позволил в номер зайти?

Совсем встреча с Анфисой из колеи выбила.

- Сложный и нам надо обсудить одно важное дело, - Ната усаживается на мою постель, упирается руками сзади, выгибается, демонстрируя все изгибы тела, - Косточки бы размять, тело в машине затекло, - томно облизывает губы.

- О чем поговорить? – вообще не реагирую на нее.

Она давно для меня утратила привлекательность как женщина. Чтобы она ни сделала, на нее у меня ничего не откликается.

- Надо уезжать, Макс.

- Чего?

- Аким тут занимается строительством элитных коттеджей. У него тут все схвачено. И он не даст тебе тут развернуться, - хмурится.

- Я тебя отправил, чтобы ты все разузнала. И эту инфу ты услышала только сейчас от него? – выгибаю бровь. – Ната, чем ты все это время тут занималась?

- Его имя не фигурировало. Я не знала реально. И вроде были выходы, я тебе о них писала, скидывала инфу.

- А он так просто тебе сейчас все выложил? Тебе? Бабе, которую он едва знает?

- В порыве спора. Я тебя защищала. Он сказал, чтобы мы убирались с его территории. О тебе он как раз все знает. Он угрожал, - закусывает нижнюю губу.

- А ты, из тех, кого так легко запугать? – хмыкаю.

- Я не хочу, чтобы ты снова все потерял. Максюш, оно не стоит того. Давай уедем. Есть много других мест, где можно развернуться. Оставь их… пусть… делают, что хотят… - она начинает заикаться, бледнее. – Тебе будет лучше, нам… надо уезжать, прямо завтра.

Я на коже ощущаю ее противный, липкий страх.

- Ты боишься.

- Да. За нас. Он силен… Не надо ввязываться. Будь умнее. Прошу, - всхлипывает.

- Нет.

- Почему? Из-за нее?

- Нат, как ты не раскопала про него все, я этого не пойму? Находясь тут столько месяцев? Я чую подвох. Пахнет гнилью.

- Нет подвоха. Честно, - встает с постели, подходит ко мне, опускается на колени. – Если бы я знала, я бы никогда не позвала тебя сюда. Никогда… поверь, - в глазах боль сожалений. - Позволь… я сделаю… ты забудешься… - тянет ко мне руки.

Движения хаотичные, суетливые. В них ни намека на страсть, все пропитано диким страхом. Ни разу не видел ее в таком состоянии.

При всех ее недостатках, трусихой ее назвать точно никогда не мог.

Она явно очень многое недоговаривает.

Но на сегодня достаточно. Беру ее под мышки. Поднимаю. Дальше тащу к двери.

- На сегодня разговоров достаточно. Я отдыхать. Вручаю ей в руки ее вещи и выпроваживаю за дверь.

Фух. Так лучше.

Без нее дышится легче.

Но нет, если они думали, что могут запугать. Нет. Я не успокоюсь пока все не узнаю. И начну я не с Акима. Начну с ребенка. Я должен на сто процентов знать, кто его отец.