- Мамочка, когда ты приедешь! – на экране грустное личико сына, он тянет ко мне ручку.

Так хочется схватить его и прижать к себе.

- Костенька, мама уже скоро! Лечу к тебе! Я уже в аэропорту!

- Я приду тебя встречать! – отвечает по-деловому. – Соскучился, - и личико озаряется его невероятной улыбкой с двумя симметричными ямочками на щечках.

- А как я соскучилась! Люблю тебя, Костик, - посылаю ему воздушный поцелуй.

Ему на днях будет четыре. Пока жду рейса, смотрю в окно и невольно вспоминаю, как практически без средств к существованию сбегала из родного города. Как смотрела в окно поезда, а в ушах стояли слова человека, которого я любила больше жизни:

- Ты будешь всем обеспечена. Я позабочусь о тебе. Ведь я же тебя создал и приручил, - муж надменно вздернул подбородок.

Смотрел на меня, как на букашку, которую жалко раздавить.

Но ведь я тогда ею и была. Привыкла зависеть от него, жить только им.

А потом его измена выбила у меня почву из-под ног. Мир перевернулся, и я не знала, как жить в новых реалиях.

Как вообще существовать без него.

- Я не прощу измены, - голос предательски дрожал, а сердце сгорало в адском огне. – Забудь меня. Не ищи.

Я говорила, и тогда сама еще не понимала, как выживу, как справлюсь.

- Не смеши меня, - усмехнулся. – Кто ты без меня? Никто.

Он хотел держать меня на привязи.

Я сбежала в никуда, унося с собой нашего сына под сердцем.

Сидела в поезде и пыталась убедить себя, что впереди у меня свет. Все будет хорошо, я обязательно справлюсь. А на середине дороги у меня отошли воды.

Преждевременные роды с осложнениями, еще один удар судьбы. Тогда в поезде нашли врача, правда кардиолога. Она не смотрела мне в глаза, не верила, что ребенок выживет.

А я верила. Знала, что мой малыш просто не может меня оставить после всего.

Скорая забрала меня из поезда на станции. Меня привезли в больничку в маленьком городке. Но тогда случилось чудо, я попала в руки к потрясающему врачу. Он спас меня и Костика. Когда никто не давал шансов. И тогда я поверила, что в этой жизни возможно все.

От мыслей меня отвлекают звонки по работе. Лететь я должна была завтра. Но постаралась уладить все дела и вылетела раньше. Разлука с сыном дается мне очень сложно.

Хоть Турция встретила ласковым солнцем, приветливыми людьми, но без Кости для меня все блекло. Хочу домой.

Заканчиваю разговор и снова смотрю в окно. Я позволила себе раствориться в человеке. Это была моя ошибка. Сейчас бы он меня вряд ли узнал.

Все изменилось. У меня новая жизни. У меня сын и я счастлива.

Объявляют посадку на мой рейс. Сбрасываю шелуху воспоминаний. Они всегда накатывают перед днем рождения сына.

Но сейчас мне надо сосредоточиться на другом. Над грандиозным событием, которое еще больше изменит мою жизнь.

Захожу в самолет одной из первых. Занимаю место у окна. Прикрываю глаза. Дни выдались плодотворными и сложными. Еще немного и я обниму своего сыночка. Прижму к себе.

Именно ради него я смогла. Он дал мне силы не только справиться, но и сделать невозможное.

Нос улавливает знакомый запах. Я его не слышала столько лет… Не может быть…

Рядом со мной на сиденье кто-то садится. Запах усиливается.

Распахиваю глаза, поворачиваю голову и встречаюсь взглядом со своим прошлым.

- Анфиса? – на меня удивленно смотрит бывший муж, часто моргает.

Вот уж поистине, бойтесь своих мыслей…

Они материализуются в самый неожиданный момент.

Вот и встретились…

- Добрый день! – здороваюсь отстраненно, как с едва знакомым человеком.

Кем он по факту и является. За пять лет совместной жизни я так его и не узнала. А потом вся подноготная разом обрушилась, и без маски добропорядочного семьянина он оказался обычным предателем.

- Тебя не узнать! Ты так изменилась! – жадно пожирает меня глазами.

- Узнал же, - безразлично пожимаю плечами и отворачиваюсь к окну.

Вот ведь повороты судьбы, моя помощница в последний момент искала мне билет, потому как я решила ехать на день раньше, а остаток дел оставила дорабатывать ее и юриста. И надо же ей было найти билет именно рядом с Максимом.

- И кто спонсор этого всего? – едко интересуется.

- Мне не интересна твоя пустая болтовня, - отвечаю даже не оглянувшись.

Конечно, я могу попросить поменяться с кем-то местом и не терпеть его весь полет. Но это значит показать слабость. Это снова же докажет, что он еще что-то значит в моей жизни.

А это не так.

Потому я продолжаю смотреть в окно. Самолет идет на взлет.

Не люблю летать. Всегда боялась. Но раньше, я визжала, прижималась к мужу, в поисках его защиты. Теперь я давно научилась справляться со своими страхами.

- Помнишь, когда мы летели на море, ты всю дорогу дрожала, и шептала, как ты меня любишь. Чтобы если что, успеть мне рассказать о своих чувствах, - раздается его тихое над моим ухом.

Да, мне тогда хотелось, чтобы если вдруг упадем, то последние слова были о нашей любви. Чтобы и там на небесах мы были вместе.

Какой же наивной я была.

- Нет, не помню. Отодвинься от меня.

- Холодная, - фыркает.

- Спасибо.

Для меня это комплимент. Мой холод – моя защита.

Теплота у меня только к сыну. На этом все.

Мы взлетаем. Он молчит, но я кожей чувствую, как не сводит с меня взгляда.

Меня это не должно трогать. Как и не стоит задавать себе вопросы, как сложилась его жизнь. Счастлив ли он? Остался ли с той…

Нет. Стоп. Хватит.

- Анфис, столько времени прошло, неужели мы просто пообщаться не можем, - не выдерживает и снова нарушает молчание.

Медленно поворачиваю голову. Смотрю на темные волосы, они теперь усыпаны ниточками серебра. Ему всего тридцать пять. Рановато. Много новых морщинок у уголков глаз. И взгляд иной, более степенный, в нем пропал лучистый задор, который когда-то так меня манил. На нем костюм, раньше он их терпеть не мог, одевал только в крайних случаях. Он как-то больше стал, плечи шире, видно, что зал посещает регулярно.

- Нет, - встречаюсь со взглядом его изумрудных глаз.

А раньше они мне более яркими казались.

Любовь, она все преображает. Хорошо смотреть на мир без розовых очков.

- А я недооценил тебя! – на губах едкая ухмылка, а глаза продолжают меня изучать.

Он до сих пор не верит в то, какую меня видит перед собой.

Хотя я даже цвет волос не сменила, но тут дело в другом, в том, что внутри.

- Я переоценила тебя, когда-то, - снова отворачиваюсь.

Мне сложно на него долго смотреть. Это порождает ненужные воспоминания той меня, с которой я давно распрощалась. И той жизни, что у нас была.

Он ерзает на своем месте, кожей чувствую, как хочет продолжить разговор, и старается сдержаться.

А я поглядываю на часы, скорее бы приземлиться. Разойтись по разным сторонам и больше его не видеть.

Я всегда знала, что наша встреча произойдет. Но именно сейчас не готова. Когда мне надо быть максимально собранной. Ведь сейчас так много стоит на кону. А он еще летит в мой город.

Зачем?

- Анфиса, - снова наклоняется ко мне, слишком близко, ощущаю его горячее дыхание. – А что было тогда настоящим?

- Ты нарушаешь мое личное пространство. Отодвинься, - голос звучит отстраненно.

Ему не удастся втянуть меня в разговоры о прошлом. Я навсегда закрыла эту дверь.

- Нечего сказать. Естественно, - отодвигается и откидывается на спинку сиденья. – Не так просто сразу оправдать ложь длиною больше пяти лет. Хорошо ты мозги мне пудрила, а сейчас, судя по всему, пошла дальше.

Я могу многое сказать. Как он подарил мне обручальное кольцо своей бывшей. Как была беременна, как ждала его в слезах, пока он развлекался со своей любовницей. Как он врал мне в глаза, что любит, а потом улетал с ней резвиться на побережье моря.