«Поднапрягись».

Отсылаю и невидящим взглядом смотрю в потолок.

Или это все чушь? Это все не может быть правдой?

В какой-то отчаянной попытке, пробиваю по знакомым контакты еще одного специалиста. С моим они никак не связаны. Прошу проверить инфу.

Но внутри меня, уже есть четкий ответ.

Приходит Ната с пакетами в руках.

- Максюш, я тут немного прошвырнулась по магазинам. Тааакой комплектик белья прикупила, - она смеется, что-то тараторит.

А я мне видится кровь на ней. Она вся в ней. Видение настолько реалистичное, что меня в холодный пот кидает.

Ната… она же не могла… Она же меня любит. Она так страдала…

Да. Страдала и на этом фоне возненавидела сестру. А потом пошло-поехало.

Кроме вещей, которые касаются меня, еще прислали список тех, с кем она водилась и имела контакты. И там фамилии… криминальных отбросов. Тех, с кем по своей воле нормальный бизнесмен дел иметь не будет.

Что она проворачивала? В чем еще замешана? У нее наверняка такие связи.

- Максюш, ты меня слышишь?

- А да, Нат. Сорри, голова сегодня чугунная.

- Так я тебя сейчас быстро вылечу, - грациозно ко мне подкрадывается.

- Лечи…

Да, пусть все будет так же. Пусть она ни о чем не догадывается. Мне надо все четко знать… А потом… не знаю. Пока я с жадностью набрасываюсь на нее. Хочу забыться в постели, в слиянии тел, в той страсти, которая между нами реальна. Только в ней нет лжи…

Немного позже и другой источник подтверждает мне эту жуткую инфу.

А я продолжаю жить с Натой и делать вид, что ни о чем не догадываюсь. Заодно выспрашиваю ее о планах. Она ведь не собирается оставлять Анфису в покое. И она это подтверждает.

Только сейчас, зная правду, я вижу, как от одного упоминания об Анфисе, глаза Наты вспыхивают кровожадным блеском. Она ее ненавидит люто, нечеловечески.

И тут я понимаю, что Ната не успокоится, пока бьется сердце Анфисы. Никогда.

Не знаю, что меня ведет снова к больнице. Хочу увидеть Акима.

Зачем?

Сам не понимаю.

И тут замечаю машину Анфисы.

Иду к ней… она открывает дверь, смотрю ей в глаза. Меня накрывает стыдом… отвожу взгляд, заикаюсь, теряюсь. Сам себя не узнаю. Но понимаю, что хочу с ней поговорить… Мне это необходимо.

- Мне плевать, что ты там узнал, - говорит с неприязнью. – Просто уйди с дороги.

- Анфиса, нам реально надо поговорить! – на рефлексах хватаю ее за руку.

Она смотрит на мои пыльцы так, словно это мерзкие червяки.

- Не смей ко мне прикасаться!

Да, я понимаю, что во многом был не прав. Но такое ее отношение задевает. Я же пришел с миром.

Нам давно пора все выяснить и разобраться. Мы же были мужем и женой, и все у нас было не так плохо.

Да фейерверков не было, но жили мы дружно, в уважении, и я думал даже любовь была. И ее я никогда не обижал. А операции, смена облика… так разве стала она выглядеть хуже?

Она ведь не изменила форму носа. Не перекрасила волосы, хотя могла, времени и финансов у нее хватало. Но нет, она осталась в том образе, который я ей подобрал.

Так может, не все так плохо? И стоит поискать положительные моменты, чем делать из меня врага.

- Анфиса, я знаю, что ты не причастна к схемам трудового рабства. Ты там реально была жертвой, - выпаливаю, чтобы хоть как-то ее задержать и вывести на разговор.

Хочу помириться. Ведь у нас сын.

А Ната? Что с ней?

Пока нет у меня ответов на этот вопрос. Очень надеюсь, что разговор с Анфисой поможет расставить все по полочкам в моей голове.

- Вау! - она всплескивает руками. – Вот так открытие! После этих слов я должна броситься тебе на шею с поздравлениями о твоем прозрении.

- Ни к чему этот вшивый сарказм, - морщусь. – Я говорю, что в прошлом и тебя и меня надули. Я тоже не причастен к тем схемам.

- Даже если так. Это уже ничего не меняет. Ты сейчас, в данный момент совершил вещи куда более гадкие, - она продолжает идти к больнице.

Обгоняю ее и преграждаю дорогу.

- Это какие? Неужели ты думаешь, я как-то причастен к тому, что произошло с Акимом?

- Макс, ты появился и начались проблемы. Если не ты лично, то твоя Ната. А вы в связке, вы реально одно целое. Мерзопакостное существо, которое гадит везде, где появляется, - выплевывает мне эти слова в лицо.

- Я знаю, что Ната тебя ненавидит. И ты могла задуматься о причинах. Именно, потому что ее мать была беременна тобой, ее выкинули, - сам не понимаю, как так получается, что я начинаю защищать Нату.

Я же вроде с другими намерениями пришел. Но Анфиса провоцирует меня, выводит на неправильные эмоции. Она виновата, но даже сейчас, я принимаю сторону той, которая явно не права.

- И естественно, я это понимала в утробе матери! Максим, ты лучше не открывай свой рот. Из него льется полнейшая ересь.

- Я просто прошу понять, что у нее были причины так себя вести. Ты хоть представляешь, как это ребенку, от которого отказываются! Да, ты тоже была в детском доме, но ты туда попала не потому, что от тебя отказались! Почувствуй разницу!

- Почувствуй разницу, что женщина, которую ты с пеной у рта защищаешь, хотела убить твоего сына.

- Нет!

- Да, Максим. И ты это знаешь. Если бы не Аким, то… дальше сам догадайся.

Ее слова больно задевают глубоко внутри, где все сопротивляется этой правде.

Но если она причастна к гибели отца Акима, его сестры то… Но чем ей мог помешать мой сын?

Связью с Анфисой, тем что мы все равно так или иначе будем пересекаться из-за ребенка.

Этот вывод в корне мне не нравится. Я не хочу верить.

- Анфиса, поэтому я тут. Нам надо спокойно во всем разобраться.

- Мне не о чем с тобой говорить. Разбирайся сам как хочешь, - намеревается подняться по ступеням. Но я снова преграждаю ей дорогу.

- Анфис, с тобой недавно француз встречался. Не ведись на его сказки. Это все ловушка. Тебя туда заманивают, чтобы обобрать. Там сложная схема, но если ты подпишешь, у тебя заберут твое имя, -выпаливаю.

Чувствую себя двояко, с одной стороны, я предаю Нату и мне от этого паршиво, с другой, я не могу поступить иначе. Анфиса должна знать.

- И еще, те проблемы с помещением, там тоже не все чисто. Я помогу тебе уладить. И я знаю, тебе нужны деньги на Акима. Я могу кое-что подкинуть. Только не тратить их на того убийцу Ивана. Скоро ты меня еще поблагодаришь, что я избавил тебя от него.

- Засунь свои деньги, сам знаешь в какое место, - в ее глазах нет ненависти, хуже, там презрение, будто я настолько недостойный человек, что ей мерзко принять от меня любую помощь.

А я ведь от всего сердца, предавая Нату…

Слил ей важную инфу. И ни грамма благодарности.

- Я никогда не хочу тебя больше видеть. И держи свою Нату на коротком поводке. А лучше исчезните оба, растворитесь, - она обходит меня и поднимается по ступеням, скрывается за дверями больницы.

Отвратительное послевкусие. Разговора не получилось. Хоть я надеялся, что мы сможем говорить как адекватные люди.

Ната… она развела нас с Анфисой. Но она это делала, потому что любила меня. Больной любовью, но и у меня к ней чувства больные…

Но кто еще ради меня на такое пойдет? Можно, ли ее понять?

Или мне стоит рвать эти отношения, пока я еще могу уцелеть?

Анфиса

К банковской ячейке я легко смогла получить доступ. Иван постарался. Когда я ее открыла, то увидела деньги. Их довольно много.

У Вани видимо осталось с прошлой жизни, да и все эти годы он работал.

Закусываю губу, чтобы не расплакаться.

Замечаю на дне записку. Открываю белый запечатанный конверт.

«Анфиса, если ты читаешь это письмо, то со мной случилось то, что и должно было. Я знаю, что недолго мне осталось ходить на свободе. Только не переживай. Изначально я понимал, что так и будет. Я благодарен тем годам, которые мне посчастливилось провести с вами. Тебе и Костику эти деньги помогут. Я их для вас берег. Знайте, мои любимые, где бы я ни был, пока дышу, я всегда буду думать о вас».