Ложусь спать с гудящей головой.

Долго не могу заснуть, потому как Ната из просто бывшей Макса, превратилась в мою родную сестру. Не дают мне эти мысли покоя. Вспоминаются родители, наша жизнь, то сколько любви я от них получала. И в это время, они прекрасно знали, что где-то в детском доме растет их первая дочь. Я сама мать, и в голове это у меня не укладывается.

Мне жаль ту Нату, маленькую девочку, которая столкнулась с самым жестоким предательством. Но потом эта подросшая девочка сделала месть смыслом своей жизни. И ее мне не жаль.

У человека всегда есть выбор. Ната его сделала. Мне теперь ничего не остается, как противостоять ей. И жалость тут худшая союзница. На этих мыслях проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь помятая, хочется спать, но я заставляю себя принять холодный душ, взбодриться. У нас сегодня очень много дел. Сначала надо заскочить на работу, а потом переезд.

Завтракаю с сыном. Иван уже ушел на работу. Оставляю Костика с няней. Около дома охрана уже дежурит. Еще раз повторяю няне инструкции.

Все же не отпускает меня это непонятное предчувствие. И это мне определенно не нравится.

На работе все спокойно. Все идет своим чередом. Решаю неотложные вопросы, оставляю указания на текущие дни. Уже собираюсь ехать домой, как секретарь мне сообщает, что со мной хочет поговорить некий Луи Шеро. Он только прилетел из Франции и очень хочет встретиться. У него для меня есть какое-то невероятное предложение по сотрудничеству.

Вбиваю его имя в поисковике. И действительно мне выдает бизнесмена из Франции, и размах его бизнеса впечатлительный. У него несколько больших предприятий, пошив одежды, сотрудничает со многими именитыми дизайнерами.

Но зачем ему я? У меня по его меркам все более чем скромно.

Но поскольку сегодня на разговоры у меня нет времени. А завтра у меня у сына день рождения, то прошу секретаря записать его на послезавтра.

Еду домой и с головой ныряю в упаковку вещей. Потом приезжает Аким и помогает мне. Костик крутится рядом, он очень доволен грядущими переменами. Уже не дождется, когда окажется в своей комнате.

К вечеру к нам присоединяется Иван, вернувшийся с работы. И мы успешно со всем справляемся. Атмосфера у нас царит веселая. Много смеемся, шутим, и разговоры легкие.

Надо наслаждаться моментом. Неизвестно, когда еще такое будет. Возникает в голове неприятная мысль. Но я тут же гоню ее прочь. Будет! Не раз! Много-много раз!

Ночь мы уже проводим в новом доме. Аким, убедившись, что все у нас хорошо уезжает.

- Ты же устал, можешь переночевать тут. Дом большой, - предлагаю ему.

- Да, оставайся! – Костя держит его за руку.

- Нет. Не хочу вас стеснять, - грусть в его глазах появляется. – Я завтра обязательно приеду. Ведь такой важный день, - подмигивает моему сыну.

День и правда важный. Можно сказать и мое второе рождение тоже. Именно с этого дня начался новый отчет нашей жизни.

Я с самого утра поздравляю сына. Дарю ему робота на пульте управления, о котором он давно мечтал. Иван присоединяется к поздравлениям. А потом мы носимся по дому, готовя праздник. Придут друзья сына, их родители, я уже заказала аниматоров, угощения. Стараюсь, чтобы день действительно был особенным.

Немного позже приезжает Аким. Сразу подключается к делу.

К назначенному времени двор и дом украшены. Угощения на месте. Персонал тоже. Ну и охрана, естественно, тоже тут. Сын сияет, встречает гостей.

Я уже успела переодеться. Руковожу процессом. Все идет так, как запланировано.

И тут я замечаю, что один динозавр, точнее, аниматор в его костюме, отводит моего сына в сторону, садит его себе на колени и что-то ему говорит.

Мое сердце подпрыгивает к горлу.

Иду к ним и до меня доносится, искаженный костюмом, но вполне узнаваемый голос Максима.

- Костя, динозавр подготовил тебе особый подарок – он привез тебе твоего папу.

Максим

За несколько дней до дня рождения…

Резко откидывают мобильник в сторону. Бесит все.

Кем они себя возомнили! Я хочу честно работать. Предлагаю то, что сам придумал, разработал и воплотил в жизнь. Но никому это не надо, потому что все поджали хвост, опасаясь гнева Акима.

Вот из-за таких самодуров и не дают развиваться порядочным бизнесменам. Я устал, столько стараюсь, выползаю, но меня вечно пытаются утопить. Сколько раз я со дна поднимался.

И сейчас просто хочу быть с сыном. Хочу для начала наладить общение с Анфисой. Ничего ведь плохого.

Даже готов закрыть глаза на прошлое. Ребенок ведь важнее. Но нет, меня выгоняют как паршивого пса.

Все равно я не намерен сдаваться. Буду пытаться тут зацепиться. Искать ходы и лазейки. Ната должна в этом помочь.

Еще надо прощупать почву под Акима и того седого мужика. Я уже задействовал свои связи с родного города. Там я нормально стою, там со мной считаются и уважают.

Ну и про Анфису не мешало бы больше узнать.

Возможно, Ната права, и там не все так чисто и просто, как утверждает моя вторая бывшая жена. Ведь не даром же Анфиса в молодости промышляла незаконными делами. Уже тогда могла легко переступить закон. И что дальше от этого отказалась?

Чем больше думаю, тем сильнее сомнения.

Потому я задался целью узнать всю правду. Я разворошу этот змеиный улей. И от сына никогда не откажусь.

По этому поводу я уже встретился с адвокатом.

Но мысли покоя не дают, постоянно поддерживая в груди огонь моей ярости.

Стук в дверь. Как мне кажется, отчаянный, нетерпеливый.

- Кого еще принесло, - бурчу себе под нос.

Хотя прекрасно знаю, кто это. Ко мне тут больше никто и не приходит. Может, и к лучшему, я давно хотел поделиться с Натой своими соображениями. Больше не с кем. А у нее голова неплохо варит.

Открываю дверь и столбенею.

Никогда в жизни не видел ее такой. Глаза полны запредельной боли, слезы льются непрерывным потомком, лицо опухло, косметика размазалась, платье и плащ помятые, один каблук сломан.

- Максим, - пищит жалобно и падает в мои руки.

Ее трясет так, что у меня начинают зубы стучать друг о друга.

Теряюсь. Не знаю, что предпринять. Ната сейчас настолько уязвима. Слаба.

Что с ней приключилось?

- Нат, ты чего? – спрашиваю осторожно.

Но она не отвечает, просто продолжает плакать настолько горько, что у меня в груди спирает.

- Ты чего, тише, - глажу ее по голове.

Ничего от нее добиться не получается. Пытаюсь успокоить, говорю нежные слова. Укачиваю, глажу.

Это не игра, ей реально очень плохо. И меня самого колбасит от ее состояния.

Постепенно она затихает. Лишь изредка всхлипывает.

- Максим, я… я… должна тебе признаться, - сжимает мою руку. – Пока они не сделали это первыми и не перекрутили всю правду.

- Конечно, Нат, говори. Что они с тобой сделали?

- Я должна была давно рассказать. Но это было… так больно, что я держала в себе. А Аким он вынудил меня признаться. Он… он поступил очень жестоко, - снова слезы льются по ее щекам. Она дрожит.

- Может, успокоишься. Расскажешь, когда будешь готова.

- Нет. Сейчас. У нас не так много времени. Анфиса… она на самом деле моя родная сестра.

- Что? Ты шутишь? – восклицаю растерянно.

- А похоже? – невесело качает головой.

- Нет.

- Но это далеко не все… - она начинает говорить, как родители отказались от больного ребенка, когда поняли, что ждут Анфису. Как она оказалась в детском доме. Как потом наблюдала за сестрой издалека. Не решалась признаться, но пыталась помочь Анфисе, через знакомых просила, чтобы ее защищали, передавала гостинцы. А потом Анфиса вышла и связалась с плохой компанией, стала проворачивать паршивые схемы. Ната так и не смогла признаться, что они сестры. Да и не хотела, видя какой выросла ее сестра. У Наты и самой были проблемы, из-за которых она вынуждена была оставить меня.

Я слушаю и у меня уши сворачиваются в трубочку.