— Конечно.
Это было сухо даже для него.
Он вчера вечером перед сном на кого-то орал в своем кабинете. Видимо, кто-то его разочаровал, и это как-то связано.
Сделав Маше клубничный коктейль, я сажу ее внизу за большой телевизор смотреть мультики. Как раз вышли новые серии ее любимого мультфильма.
Сама отправляюсь наверх.
Вхожу в его комнату. Если быть точнее, то в нашу. Я здесь теперь сплю. С ним. Но свои вещи храню в прежней.
Его в комнате нет. И в душе его точно нет. Хотя он переоделся. Костюм лежит на кровати.
Наверное, в кабинете снова.
Знаю, что не должна ему мешать, но все равно следую к кабинету. Дверь плотно закрыта, но если подойти очень близко, то можно услышать.
Предчувствие подсказывает мне, что мне сейчас нужно услышать. Поэтому я подступаю к двери ближе и слегка наклоняю голову.
— Нет, она пока не знает, — произносит Артур, что я слышу четко. — Но я должен ей сказать… Лучше будет, если она от меня об этом узнает. Но я не хочу терять время. Действуй. Теперь, когда Белова нет в живых, его компания уязвима как никогда, я намерен получить гораздо больше, чем влил в него.
Он говорит что-то еще, но я уже не слышу.
Я оглушена…
Он сказал… Он только что сказал, что Белова нет в живых.
Папа… умер?
Он это только что сказал.
Ком подкатывает к горлу. Я непроизвольно ударяюсь плечом о дверь, вызывая шум, после чего срываюсь прочь. Забегаю в свою комнату и судорожно запираюсь.
— Этого не может быть… Не может быть… — шепчу я себе под нос. — А! — ахаю, когда в дверь раздается стук.
— Мира? Мира, ты там? Почему ты заперлась? Открой дверь, — дергает ручку.
— Это правда?!
— Правда… что?
Он еще не теряет надежды, что я могла не услышать.
Развернувшись, я открываю дверь. Я хочу смотреть ему в глаза.
— Мой отец правда… умер?
Помрачнев еще сильнее, чем в кухне, Артур опускает взгляд.
— Да, Мира. Об этом пока не говорят публично для того, чтобы расследовать его убийство без шума.
— Нет… — смаргиваю слезы. — Нет…
— Мира…
— Не подходи! — кричу, оглушая себя и отскакивая от него. — Ты… ты говорил, что брак с тобой убережет мою семью. Ты говорил… Ты врал. И ты… — тяжело сглатываю, — радуешься его смерти.
— Нет…
— Я все слышала! Ты намерен получить теперь гораздо больше, чем влил в него! Это твои слова! Ты произнес их с удовольствием!
И тут он с цинизмом выдает:
— Ты внезапно стала жалеть своего отца? — прищуривается. — После всего, что было?
Он больше не будет мной манипулировать!
— Мы сейчас говорим о твоих поступках. Ты… ты все мне врал! Для тебя выгода важнее всего. Ты только о ней и думаешь. Ты женился на мне только ради нее! — захлебываюсь слезами. — А я тебе поверила… Поверила… Ты оказался таким же, как и все…
Он начинает подходить ко мне медленно.
— Ты сейчас в шоке. Тебе нужно успокоиться…
— Не смей меня успокаивать, — отрицательно качаю головой. — Ты лживый подонок. Вместо того, чтобы сообщить мне о смерти отца, ты тайком от меня строишь планы на его компанию. Такое твое нутро. Гнилое! Хотя ты умело манипулировал мною, говоря, что гнилые все они. Думаешь, я это проглочу и буду на твоей стороне?! Будь ты проклят! Ненавижу! — срываю с пальца его кольцо и швыряю в него.
Глава 45
Не зря я опасалась и испытывала к нему недоверие.
С чего я взяла, что он другой? Что у него может быть какое-то другое отношение к людям? Да хотя бы ко мне.
Я оправдала его в истории с Евой. Но теперь я все понимаю…
Он всех использует.
Но сейчас он почему-то не хочет признавать этого в отношении меня.
А что ему стоит?
А, да… Точно. Он не против, чтобы я осталась. Ему же нужна нянька для его дочери. Я вполне удобная и послушная.
— Успокойся… — делает он еще попытку, смотря сердито.
— Да иди ты к черту! И не пытайся использовать мою злость на отца. Да, я зла на него! Но я думала, что ты сделаешь, что обещал!
— Я и сделал. Твой отец за это короткое время поправил все свои дела. Те, кто преследовали его уже не могли давить на него. Но я ему в охрану не нанимался.
— А может это ты?.. — на что он качает головой. — Ты же с самого начала рассчитывал на большее…
— Не сходи с ума, Мира. Я не мог. Мне это было не нужно.
— Да? Откуда я знаю? Я тебя вообще не знаю. Но я слышала, что ты сказал!
— И что? Разве в этом разговоре было что-то о тебе? О том, что я тебя использовал или теперь выкидываю из своей жизни?
Нет, я больше не позволю себя дурить. С самого начала это все было ложью… Но вот иллюзия рассеялась.
— Кто на очереди? Мой брат?
— Хватит, Мира! Твой отец умер от сердечного приступа. Но возможно ему помогли. Твой же брат мог ему помочь.
— Нет…
— Почему нет? Разве не ты говорила, что в планах у твоего брата продать его компанию?
— Ты говорил, что у него нет на это прав.
— Не сразу точно. Но возможно у него план.
— Ну уж ты-то точно собрался его обхитрить. У тебя ведь тоже теперь план, — гримасничаю. — Не надо мне врать, Артур. Ты женился на мне не по любви большой. Все было ради того, что сейчас случилось!
Он вообще никогда не говорил мне, что любит меня. Он заменял слова, говорил аккуратно. Нет никакой любви. Он просто не умеет любить. Он позволяет быть рядом тем, кто ему удобны. А я ему удобна. Василиса была права. А я ей не поверила…
Артур преодолевает расстояние между нами быстрее, чем я успеваю отступить от него.
— Ты должна верить мне, — требует он жестко.
Хотела бы, да не могу… Это было бы глупостью.
Даже если у него и появилась ко мне некоторая привязанность, но выгода и деньги для него на первом месте. А я всегда мечтала вырваться из мира таких людей. И я вырвусь. Я так жить не буду. Не буду жить рядом с человеком, которому не доверяю, и который в любой момент предпочтет выгоду мне.
— Я ничего тебе не должна, кроме как выполнить условия нашего договора. И, похоже, я уже его выполнила. Я хочу… — шмыгаю носом, — я хочу, чтобы ты освободил меня. Немедленно.
От всей этой правды меня тошнит. Вывернуть готово. Но я терплю.
Артур мрачно молчит несколько секунд, после чего просто отходит от меня и покидает комнату.
Разревевшись, я опускаюсь на колени и вою в ладони, пытаюсь хоть как-то заглушить истерику, но едва ли у меня это получается.
Найдя в себе силы, я перебираюсь на кровать, ложусь на бок и затихаю, пытаясь успокоить сердцебиение.
Пока проваливаюсь в неизбежный сон от этого дикого стресса, я вспоминаю всех, кого потеряла: маму, сестру, отца… Никого у меня не осталось. А человек, к которому я стала испытывать искренние чувства — оказался не тем, кого я в нем видела. Я сама виновата. Придумала себя образ рыцаря на белом коне, который спас меня. Нет его. Есть циничный Артур Соболев, который ничем не погнушается ради наживы.
И я не исключаю, что он приложил к этому руку. Даже не так… Возможно он знал, что так будет, но предпочел просто дать этому случиться. Он не хотел ждать пару лет. Он захотел все и сразу получить. Что ж, получай.
Просыпаюсь я, когда на улице только рассвело. А еще дождь идет. В комнате очень свежо.
Голова гудит, в горле по-прежнему ком стоит.
Я одна в комнате. Стоит полная тишина.
Иду в ванную, чтобы умыться, после чего спускаюсь вниз.
Не успеваю я сделать глоток воды, как он появляется в кухне.
— Ты успокоилась?
На что я молча делаю еще глоток воды, не переставая смотреть на него как на врага. Потому что он враг. Надо это понимать и не забывать.
— Когда похороны? — спрашиваю его. Он, скорее всего, и не знает. Он же рассчитывал, что моя ненависть к отцу настолько сильна, что я не захочу даже прийти на его похороны. Сам-то он точно не собирается. — Хотя, зачем я тебя спрашиваю… Ты же даже на похороны моей сестры не приехал. То, что не приносит тебе выгоду — ты отметашь в сторону.
