Ладно, дело не в деньгах. Дело в отношении. Больше наивной дурочкой я быть не планировала. Рядом со мной сидел человек, с которого можно было писать книгу, учиться большему. И я, поймав эту мысль, решила, что буду, по возможности пытаться научится у Троцкого хоть чему-то. Вот даже банально, спокойно кушать, пить, с лицом абсолютно беспристрастным, в достаточно волнительной ситуации.

Вдохнув полной грудью, я вытащила руку из-под стола, заставив ее не дрожать, обхватила пальцами бокал и выпила сок. После мне стало легче.

– И я… – заговорил Степан. – Смогу управлять этим проектом? Ты… – он резко перешел на другой уровень общения. Видимо, предложение Троцкого реально было выгодным. – Мне дашь такой процент?

– Да, – спокойно отозвался он, стукнув пальцами по столу. – Это один из крупнейших проектов уходящего года, в который будут вливаться огромные вложения. Мне нужен туда свой человек, который будет там моими ушами, губами и мозгом.

– Но у меня нет там связей. В чем подвох? – смутился Степан. Мы со Светланой переглянулись.

– Никакого подвоха, – Глеб закинул в рот еще одно канапе. Он выждал какое-то время, и я заметила, как с каждой секундой глаза Степана загорались искорками. – Ты на этой должности в администрации всего два года, а успел сдружиться с каждой собакой. Через тебя проходит огромный поток информации и денег. Дурак так не сможет. А умный, сможет везде. Чего тебе чахнуть здесь? Там же крутятся суммы интереснее, люди влиятельнее, – на последней фразе Глеб улыбнулся, и даже я поверила в выигрышность его предложения.

– То есть ты хочешь, чтобы я…

– Да, – щелкнув пальцами, Троцкий улыбнулся. – Подменял там всех под себя. Ресурсы я предоставляю. Уверен, ты справишься, – фраза прозвучала так же, как и неделю назад в офисе, когда Глеб произнес ее мне. Она реально подстегнула сделать шаг в неизвестное будущее.

– Но этот тендер тяжело будет заполучить. Федор… – он осекся, будто не был до конца уверен, имеет ли право разглашать информацию.

И тут, неожиданно для самой себя, в игру вступила я.

– Мой бывший муж, даже если и одарит вас, то только деньгами. Плюс, не так давно, из его фирмы уволился один из значимых архитекторов, забрав с собой еще двоих толковых ребят. Я думаю, сейчас преимущества на нашей стороне.

– Откуда вы… – удивился Степан.

А я ведь не лгала, муж действительно, сокрушался на своего архитектора. Он занимал ключевое звено в отделе, и забрал с собой лучших ребят. Федор так ругался, что грех было не услышать. Тогда я не обращала особо внимания на эту информацию, сейчас же она оказалась как нельзя кстати.

– Если согласен, подпиши вот тут, – Троцкий не дал время на обдумывание, вытащил конверт из кармана пиджака, а оттуда бумагу. Судя по всему, какой-то договор. И Степан, помедлив не больше пары минут, схватил документ. Изучил его, затем взял ручку из пиджака и поставил подпись.

Кажется, у нас получилось. Интересно, как Федор отреагирует на это, когда узнает, что одна из его ключевых фигур перекочевал на сторону врага?..

– У нас получилось! – воскликнула я, уже позже, когда мы с Глебом сидели у него в машине. Сердце до сих пор лихорадочно билось о ребра, не веря, что я могу вот такое провернуть. Хотя, конечно, тут основная заслуга Троцкого, но приятно осознавать, что не без моего участия произошла сделка.

– Это было несложно и вполне ожидаемо. – Самодовольно заявил Глеб, заводя двигатель. Одним резким движением, он сорвался с места, я только и успела схватиться за ручку, чтобы не улететь вперед. Кинула на него гневный взгляд, мог бы и подождать, пока я пристегнусь, правда, мой шеф этого не заметил. Он вообще вел себя так, словно весь мир ему нипочем. И вот даже сейчас, когда нас подрезала какая-то красная иномарка, Троцкий, не выругался, а подрезал ее в ответ, обогнав на повороте.

Казалось, этот человек готов бросить вызов всему – в том числе и стихии. Он сам был какой-то необузданной стихией.

– Тогда... зачем вам понадобилась я и этот странный план? – решила уточнить, скорее из любопытства.

– Потому что Степан всячески избегал встреч со мной, ну не караулить же мне его в подворотне. – Усмехнулся Глеб.

– Если у вас такие условия, почему бы просто не взять кого-то более сговорчивого?

– Потому что мне нужен был человек, – на красном сигнале, когда мы остановились, Глеб посмотрел на меня так, словно я не понимаю очевидных вещей. – Который за деньги сделает все.

– Но ведь такие люди... опасны, разве нет? – я запереживала, вдруг Степан нас кинет или чего хуже, устроит подлянку. – Они не имеют принципов и чести. – Уже тише добавила я.

– Может быть и так, но мне не нужен честный и принципиальный. Мне нужна акула и за её острые клыки, я готов заплатить приличную сумму. – Тон голоса Троцкого немного успокоил. Хотя я поразилась, насколько продуманный он человек, и как далеко умеет видеть.

Какое-то время, мы ехали молча. А потом я опять решилась спросить:

– А насколько сильно много пользы будет от этой акулы?

– Тебя интересует, чего это будет стоить Фёдору? – он кинул на меня раздраженный взгляд, будто, несмотря на то, что мы были из одной “лодки”, Троцкий опасался, что я могла его подставить.

С другой стороны, я толком и сама не понимала до конца, чего от себя ожидать. Но предавать человека, который протянул мне руку, точно не планировала. А вот узнать, насколько мое участие отразится на Федоре, было интересно. Где-то внутри мне хотелось, чтобы к нему прилетел бумеранг. Я все понимала, люди разводятся, женятся, это нормально – разлюбить друг друга. Только делать это нужно по-человечески, а не так – исподтишка, ножом в спину.

Сглотнув, я ответила:

– Да...

– Как минимум проекта, который вытащит его из кредитной ямы. Как максимум, будущего компании. Большая часть тендеров, которые он заполучил, шли с лёгкой руки Степана.

– Понятно, – задумчиво протянула я.

– Обратного пути нет, Ксения, – как-то уж больно грубо отрезал Троцкий. Я шумно выдохнула.

– Я и не планировала.

А через десять минут, мы остановились напротив торгового центра. Глеб заглушил двигатель и стал собираться выходить из машины.

– Зачем мы тут? – не поняла я, выскочив за ним следом.

– Чтобы выиграть бой, нужно кинуть бомбу помощнее, а для этого нам не хватает некоторых деталей, – уклончиво и загадочно отозвался Троцкий.

И не дожидаясь меня, он пошел внутрь. Мы прошли мимо нескольких бутиков, остановившись напротив самого дорого. Я знала этого бутик, но никогда не одевалась в нем. Не потому, что у нас не было возможности, просто считала, что отдавать такие деньги за тряпки – глупо. Они ничем не хуже или лучше, чего-то более бюджетного. И я не говорю про ценник в две или три тысячи рублей. Одна кофта в этом магазине стояла под сотню. Как-то я спросила у Феди, может и мне прикупить что-то оттуда, хотя бы для банкетов, он лишь укоризненно на меня посмотрел и предложил на эти деньги взять билеты на Кипр. Наверное, и он считал, что одежда не стоит того, чтобы спускать на нее столько цифр. Однако наши светские дамы, обожали этот бутик, и кошельки их мужей тому подтверждение.

– Добрый день, – Троцкий вошел первым. Несколько молодых девушек подскочили со своих мест, на их губах сверкали отточенные годами улыбки. Они были все как на подбор: худенькие, среднего роста, даже с одинаковыми прическами – куклы, не иначе.

– Здравствуйте, – ответила одна из них, с именем Лариса.

– Нам нужны хиты этого сезона или как у вас это принято называть, чтобы вот эта милая дама, – Глеб указал на меня, и я смутилась. – Выглядела так, словно отхватила смачный кусок состояния. Смекаете?

Девушки переглянулись.

– Простите, но хиты… уже зарезервированы.

– Плевать, – холодно отрезал Троцкий, явно не привыкший к отказам.

– Мы не можем, нам очень жаль, – затараторила Лариса.