Грегори со всей серьезностью наблюдал за действиями Николь. Если она одна-единственная во всем замке заметила появление чужака, нужно отдать должное её наблюдательности и вниманию к мелочам. И когда Николь закончила и закрыла дверь комнаты, он поинтересовался:

- И чем вы намерены заняться сейчас? Где будете дожидаться часа истины?

- Я намерена пересидеть это время в замковой библиотеке. Мне нужно придумать новое косметическое средство. А Мирантеллы владеют одной из интереснейших для меня библиотек. Ну а вы, господин Мирантелл?

- Я? Я тоже пересижу в библиотеке. Семейный архив содержит много интересной и полезной информации, которая накопилась за сто лет.

Николь устроилась возле окна в глубоком кресле. На столике перед ней высилась стопка книг. Среди них находился и дневник Хорсара. И справочники по лекарственным растениям. И много разных книг, которые, как могло показаться случайному человеку, никоим образом не относились к области косметологии. Николь доверяла своему наитию. И сейчас её мысли нет-нет, да и возвращались к словам, которые вчера произнес Грегори: «Ваша косметическая линия будет иметь успех именно у орков и троллей». Сначала она отмахивалась от этих слов, как от неуместной насмешки. Но ворочаясь ночью в постели и перебирая в голове всевозможные рецепты известных ей косметических средств, Николь вынуждена была признать, что её оригинальные компоненты способна по достоинству оценить далеко не каждая женщина. Даже профессор Дюпэ, некромант в седьмом поколении, и та не сразу решилась поучаствовать в тестировании омолаживающего крема на основе слюны вампира. И если слегка сместить акценты и в порядке бреда представить, что могло бы привлечь внимание орков и троллей… Ну как минимум, их бы не смутили ни слюна вампира, ни пыльца плотоядных цветов. И если уж быть оригинальной, то нужно идти до конца. Что-то она не слышала, чтобы кто-то озадачился косметикой для расы орков или для троллей. У них же тоже есть женщины, и они тоже хотят быть красивыми. Другой вопрос, как они понимают красоту.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Николь заострила на этом внимание и стала искать в каталоге книги об орках и троллях. Даже если она не станет создавать косметическую линию для них, все равно лишняя информация не помешает.

Грегори всё это время осторожно наблюдал за Николь. Как она хмурит брови, прикусывает губу, что-то бормочет под нос, перебирая корешки книг. Потом её лицо светлеет, будто от некой гениальной мысли, и она спешит к другому стеллажу, быстро карабкается по приставной лестнице и уже там, на уровне верхних полок, громко чихает от пыли. Его всё больше очаровывала её естественность и некоторая непосредственность. Она не бросала в его стороны смущенные взгляды, поднимаясь по лестнице. Не стреляла глазами из-за корешков книг. Николь была без остатка поглощена своей идеей, и на Грегори не отвлекалась.

Оторвались они каждый от своего занятия лишь, когда в библиотеку вошёл Хант:

- Господин Мирантелл, обед будет подан через час. Полы в холле натерты, окна вымыты. Горничных отпускать?

- Нет, Хант. Придумайте еще, чем их занять.

- Разрешите доверить им чистку осветительных кристаллов?

- Да, Хант. Всё что угодно, лишь бы подальше от второго этажа.

Дворецкий вышел и Грегори обратился к Николь:

- Вы полагаете, мы уже можем проверить, сработала ли ваша задумка?

- Думаю, да. Пойдемте, не торопясь.

Николь и самой было интересно, что из всего этого получится. Не просчиталась ли она с рецептурой? Не заметила ли воришка подвоха? Удастся ли распутать её следы?

Подойдя к своей комнате, она перевела дыхание. Сердце колотится. Николь распахнула дверь и оглядела комнату. Ага, воришка здесь побывала! Графин почти пуст, блюдо с фруктами опустело. Николь вытащила из кармана солонку и потрясла ею над порогом комнаты. С замиранием сердца она ждала секунду, другую. И вот первый ярко-желтый отпечаток подошвы появился.

Николь подняла взволнованный взгляд на Грегори: неужели получилось? Она снова и снова трясла солонкой: за порогом комнаты, дальше по коридору и в одну и в другую сторону.

На этот раз ошибки быть не могло. Отпечатки подошв вели только в одну сторону из комнаты Николь. И вели они прямо к той злополучной стене, которую уже проверили! И это сбивало с толка. Николь щедро посыпала солью все плиты пола возле стены, пытаясь понять хитрость. Мирантелл тоже весь превратился в сгусток пристального внимания. Он присел на корточки, вглядываясь в отпечатки и что-то прикидывая. Николь последовала его примеру и пыталась понять, что же здесь происходит.

- Николь, она приходит не через стену. Смотрите. Последний ряд плит вдоль стены чистый. Она не наступала туда. А на предпоследнем ряду плит отпечатки есть и, обратите внимание, как интересно они расположены.

Действительно, отпечатки подошв, которые до этого вели прямо к стене, на предпоследнем ряду плит пола вдруг повернулись перпендикулярно предыдущим следам. И отпечатавшись на двух плитах, исчезли. Будто гостья растворилась в воздухе.

- И как это понимать, господин Мирантелл?

Грегори поднялся и развёл руками:

- У меня только одно предположение. Она уходит через пол. Если предположить, что плиты могут двигаться, и под ними расположен тот самый тайный ход, то очень может быть.

- То есть я, все-таки была права. И еще один ход имеется. Осталось только понять, как он приходит в действие.

- Предлагаю заняться этим после обеда. Почему бы вам, Николь, не составить мне компанию за разбором старых документов? Это, конечно, не так увлекательно, как составление рецепта нового косметического средства, но вдвоём мы управимся быстрее.

- Согласна.

Прежде чем пойти обедать, Николь попросила Маниль навести порядок в её комнате и предупредила, что пол мыть нужно в перчатках и чаще менять воду. Что подумала о Николь старшая горничная - осталось тайной, но скорее всего ничего хорошего.

Однако сегодняшний день, коль уж он начался так неординарно, продолжал подкидывать сюрпризы. Обед еще не завершился, как в малую столовую заглянул дворецкий и, обращаясь к Николь, сообщил:

- Госпожа Рэлли, старшая горничная хочет вам что-то показать в вашей комнате.

Это было очень странно. Что такого Николь еще не видела в своей комнате? Видимо и Мирантелла заинтересовал данный факт, потому что и он вышел из-за стола и пошёл следом за Николь на второй этаж. В конце концов, это его замок, и он должен знать, что в нём происходит.

Маниль стояла возле распахнутой двери комнаты и страдальчески вздыхала. Увидев Николь, она затараторила:

- Госпожа, я не знаю, кто это сделал! Но вы же не подумаете на меня? Я столько лет работаю в замке и никогда бы себе не позволила…

- Маниль, успокойся. Никто про тебя не подумает плохо. Расскажи, что случилось?

- Госпожа, в вашей комнате, на письменном столе… Сами посмотрите.

Николь вошла в комнату и подошла к окну, возле которого стоял стол. И с недоумением посмотрела на странную конструкцию. На столе лежала вчерашняя газета, на первой полосе которой была напечатана статья об очнувшейся жертве нападения нежити. Именно этой статьей вверх и лежала газета. А в самую середину статьи был воткнут канцелярский нож Николь. Кто-то просто пригвоздил газету к столу. Что за выходка?

За спиной Николь раздался задумчивый голос Грегори:

- Однако.

Вывод напрашивался сам собой. Утром, покидая комнату, Николь ничего никуда не втыкала. Она же не сумасшедшая портить собственный стол. Никого кроме воришки здесь не было. Значит, это она так позабавилась? Только вот на забаву это как-то не походило, да и выглядело это скорее агрессивно. И что должно означать сие действие? Просто выходка или в ней имеется смысл? И причем тут целитель Анастас, о котором упоминалось в статье?

- Николь, пойдемте. Обсудим это без посторонних.