— И всё же, Тони, я рассказал им.

Он засмеялся. А я хмурился и не верил ему. Вот только прямо в этот момент с моим телом случилось нечто странное.

Первым заметил Баклан.

— Дохлый! — воскликнул он, с ужасом таращась на меня. — Дохлый! Ты исчезаешь!

Мое тело действительно становилось прозрачным. Точно также Адвокат исчезал возле Разрушенного моста после наших встреч. Точно также исчез и Жлобяра.

Стало быть, меня вытаскивали из гроба. Вот только с какой целью? Чтобы признать невиновным? Или пересадить в подключенный гроб?

Судя по зловещему и злорадному хохоту, исходящему от Николая Валентиновича, я бы поставил на второе.

Послышалось громкое, но постепенно затухающее гудение. Перед глазами всё поплыло и начало темнеть.

Я погрузился в кромешную тьму, а когда зрение вернулось, долго не мог сфокусировать его. Перед глазами маячили размытые человеческие фигуры.

Одна из них зашевелилась и, насколько я мог судить, подняла руку. Затем я ощутил хлесткий удар по щеке.

— Это против протокола, — сказал кто-то из присутствующих.

— Пожалей ещё этого сукина сына, — проворчал знакомый женский голос. — Этот гад укокошил целую семью, а в итоге оказался в отключенном КПИ. Да еще и в теле НПС-торговца.

— Теперь всё будет исправлено, — заверил первый. — Ни у кого больше нет шансов. Среди конвоя и судебных исполнителей провели такие чистки, что ни одна коррумпированная муха не просочится.

— Очень надеюсь на это.

Зрение наконец нормализовалось, и я смог убедиться, что злая женщина — та самая грудастая врач-инженер, которая подключала меня при первом погружении. Как и тогда, она сверлила меня презирающим, уничижительным взглядом.

Другой фигурой был судебный пристав.

Его я не узнал. Скорее всего, он и правда был не из тех, кто служит Доброму Дядюшке. И нынче это была не такая уж плохая новость для меня.

— Привет, — сипло простонал я, с трудом разлепив губы.

— Заткнись! — рявкнула врач.

— Ну что, голубчик, вот и кончился твой отпуск, — с ехидством проговорил исполнитель.

— А всё благодаря кому? — донесся новый голос.

Я тут же узнал его, завертел зрачками, чтобы увидеть, но тот стоял поодаль, вне обзора из капсулы.

— Кортес, — выдавил я. — Ты?

— А то кто же? — с удовлетворением хмыкнул он.

— Вообще-то этого заключенного сдал его же работодатель, — возразил пристав. — Некто Адвокат. Забавно, что теперь они могут там встретиться и поубивать друг друга. Хотел бы я это увидеть. Жаль, что запретили транслировать зону.

— А я, возможно, и увижу, — заметил Кортес. — Но вообще-то именно я целый месяц бил в колокола, что с тем НПС что-то не так! Именно я предположил, что им рулит зэк и что с его КПИ какие-то странности.

— Может и так, — пожал плечами пристав. — Но, насколько я знаю, проверку одобрили после того судебного заседания, где судили Адвоката.

— Вот тут-то они и поняли, что я прав, — ревностно проговорил Кортес.

Пока эти двое спорили, врач времени не теряла и перебирала провода и штекеры. Затем принялась клацать по кнопкам клавиатуры.

— Вот здесь, — пробормотала она, довольная собой. — Вот здесь, как и в других случаях.

— В других? — переспросил я.

— Заткнись!

Она продолжила стучать по кнопкам.

— Включена та же опция? — переспросил пристав.

— Да. Всё как и у других. Этот хитрец, который прибыл сюда до меня, попросту забил нулевую скорость для привода шприца с ядом.

— Вот ведь уроды, — проскрежетал Кортес.

— Ничего. Теперь эта ответственность не только на исполнителях, но и на нас — врачах.

— Это точно, — весело согласился пристав. — А те из нашей конторы, кто помогал уголовникам, сами теперь уголовники.

— Говорят, появился какой-то герой с очень подробным компроматом на всех мафиози, — сказал Кортес.

— Так и есть, — подтвердил пристав.

Мне было тяжело говорить, но вот слушал я прекрасно. И из их болтовни я понял главное: Жлобяра действует и действует быстро. Но почему он до сих пор не замолвил словечко за нас?

— Я даже знаю, что у него есть свои агенты на Зоне, — продолжил пристав. — Но им нельзя выбираться, пока не…

— Тс-с! — предостерегающе зашипела женщина-врач, косясь на меня.

— Пока — ЧТО? — превозмогая вялость губ, спросил я.

— Тебя это не касается, убийца! — рявкнула она.

— Да ведь я и есть он, — кое-как проговорил я.

— Конечно, ты — он, — кивнула врач. — Ты — убийца семьи Морозовых. И гореть тебе за это в аду! Теперь уж скоро.

— Нет, я помогал Жлобя… — крышка гроба загудела, вновь погружая меня во тьму.

Глаза открылись, и я обнаружил себя у Разрушенного моста.

— Быстро они, — проворчал я. — Даже не вытаскивали из гроба. Раз-два и обратно.

Я привычно повернулся, чтобы столь же привычно поприветствовать очередного верблюка. Вот только его не было.

— Эм-м… Я что, теперь торговец без верблюка? — удивился я. Но тут же нахлынули воспоминания, о чём переговаривались врач-инженер и судебный пристав.

Так-с… Я, получается, теперь вообще не торговец. И еще я не НПС. Но кто же я в таком случае?

Интерфейс услужливо сообщил:

'Тип: Персонаж;

Имя: Дохлый;

Сила: 3;

Ловкость: 3;

Интеллект: 4;

Скрытность: 5;

Восприятие: 4;

Выносливость: 3;

Удача: 4′.

Я не знал, как именно подбирались стартовые параметры, но, пожалуй, мне достались неплохие. Почему они так расщедрились — не знаю. Быть может, потому что я вовсе не новичок и какой-никакой опыт заслужил?

В этот раз я был одет иначе — простая рубашка, джинсы, на ногах кожаные сапоги. Рюкзак пуст. С одной стороны бока висел здоровенный тесак, с другой — револьвер. Вот только патронов к нему не имелось.

Но самое скверное — это деньги: 12 метеокоинов. А ведь теперь мне предстояло питаться, хилиться и спать в тепле.

Я все еще пребывал в шоке от внезапных перемен и лишь спустя пару минут наконец-то сообразил — мои финансы отнюдь не поют романсы.

Во-первых, у меня была целая куча денег. Более двухсот тысяч монет надежно хранятся в банке Назератуса и записаны на имя Дохлого. А я все еще Дохлый.

Кроме того, весьма неплохое снаряжение осталось в нашем номере. В числе прочего там хранилась метеоритная броня.

Ну и как вишенка на торте — в обители модераторов лежало много полезного барахла. Часть можно продать, часть использовать.

А вот за свои крутые параметры было чертовски обидно. Я вновь оглядел, что из себя представляю, и погрустнел еще сильнее.

'Навык владения огнестрельным оружием: 17

Навык владения энергетическим оружием: 48

Навык владения холодным оружием: 25

Навык рукопашного боя: 12′.

Пожалуй, стрелять из лазергана я всё ещё мог достаточно хорошо, и это хоть и немного, но подсластило горечь пилюли. Но пока что у меня даже патронов к револьверу не имелось, не то что лазеров.

Мне оставалось лишь как можно скорее добраться до Назератуса, и путь предстоял не близкий. Ночевка на свежем воздухе со всеми вытекающими мне обеспечена.

— Так-так-так, кто тут у нас, — послышался знакомый голос.

Я повернулся на звук, чтобы обнаружить подкравшегося Упыря212. Увидев мое лицо, тот заметно погрустнел. Но вглядевшись чуть внимательней, снова оживился.

— Я гляжу, ты уже не так крут.

— И?

— И, стало быть, я могу тебя грохнуть и забрать барахлишко.

Я посмотрел на свои револьвер и тесак, но даже не прикоснулся к ним.

— Допустим, можешь. Вот только как думаешь, что случится потом? — с вызовом спросил я.

— Потом… эм-м… — Он чуть замялся. — Слушай. А что ты такой разговорчивый стал, Дохлый?

— Простите, я не знаю, что сказать, — хмыкнул я. — Это ты хотел от меня услышать, упыреныш?