А здесь висели картины на стенах. На них изображались зимние пейзажи, горы, леса. Кровать раза в полтора шире обычной больничной, с мягким матрасом и нормальным бельём, а не этими казёнными простынями. В углу стоял кожаный диван для посетителей. И даже окно с видом на парк Академии.

На диване сидел Дружинин. Вернее, он полулежал, откинув голову на спинку. И тихо посапывал.

Куратор выглядел не очень. Помятый костюм, тёмные круги под глазами, щетина на щеках. Видно, что он не спал нормально уже давно.

– Может, вам тоже врача позвать? – громко спросил я.

Дружинин дёрнулся и резко открыл глаза.

– А? Что? – он потёр лицо ладонями. – Да я буквально на пять минут глаза закрыл…

Ага, конечно, на пять минут. Судя по тому, как он вздрогнул, эти «пять минут» длились минимум час. Но я его не винил. Скорее не понимал, почему он всё это время сидел со мной, а не пошёл к себе отсыпаться.

– Сколько я проспал на этот раз? – поинтересовался я, садясь на кровати.

Тело меня уже слушалось. Никакой слабости, никакого головокружения. Хотя после того, что я вытворил со своими магическими каналами, ожидал худшего сценария.

– Немного, – Дружинин встал, потянулся. – Всего полтора дня.

– Сколько⁈

Пипец, дольше я только после получения Дара валялся.

– Полтора дня, – спокойно повторил он. – Вы снова довели себя до критического истощения. Каналы были перегружены на максимум, как сказали врачи. Медики Академии не понимают, почему они вообще выдержали и как магия не разорвала вас на куски.

Ну да, помню, под конец система показывала перегрузку в 299 %. Неприятные ощущения, мягко говоря.

– Я, конечно, знал, что у магов S‑класса большой запас маны. Но не ожидал, что настолько, – помотал он головой. – Она у вас вообще когда‑нибудь заканчивается?

Я не стал ему говорить, что у меня вообще нет ограничений по мане из‑за Печати Пустоты.

– Вот на том разломе и закончилась, – соврал я, чтобы не выдавать этой тайны.

– И стоило ли закрытие разлома того? – голос Дружинина стал строже.

Я посмотрел ему в глаза и серьёзно ответил:

– Стоило. Там оставались люди на верхних этажах. Я сделал так, что тварь до них не добралась.

Дружинин кивнул.

– Другого ответа я от вас и не ожидал, – он подошёл к окну, заложив руки за спину.

– Кстати, ваш артефакт меня спас. Правда, сломался.

– Я видел, – кивнул Дружинин. – Жетон стоит около пятидесяти тысяч рублей. Но ваша жизнь стоит дороже.

Ничего себе! Это же такие деньжищи… Но хорошо, что с меня их никто требовать не станет. Дружинин лишь намекнул, что не стоит разбрасываться артефактами, а то на меня не напасёшься.

– Как вообще себя чувствуете? – перевёл он тему, заметив моё удивлённое лицо.

– Хорошо, – я встал с кровати. Проверил, что ноги хорошо держат, а голова не кружится, ребра уже тоже явно зажили. – Даже отлично, если честно. Я полон сил.

– Удивительно, – Дружинин обернулся. – Некоторые пространственные маги после закрытия разломов неделю восстанавливаются. И это при E‑классе.

– Это был не E‑класс.

– В смысле? – он приподнял бровь.

Хотя выглядел этот жест наигранно. Словно Дружинин уже догадался и сейчас проверял меня. Да и аналитики ФСМБ должны были определить верный класс разлома по остаточной энергии.

– Замаскированный C‑класс, – объяснил я. – Сама воронка была чёрной, с голубыми искрами по краям. Голубой – это цвет C‑класса. Но чёрная дымка скрывала опознавательные знаки.

Дружинин нахмурился.

– Вы сами мне рассказывали про такие разломы, – добавил я. – Где за меньшим скрывается большее.

– Помню. Но они встречаются крайне редко. Один на несколько тысяч.

– Значит, мне опять повезло, – я пожал плечами.

– Повезло? – Дружинин хмыкнул. В его голосе появились жёсткие нотки. – В одиночку закрыть разлом C‑класса? Вам очень повезло, что вы вообще выжили, Глеб. Так и хочется сказать, что больше я вас никуда в одиночку не отпущу.

– Но вы понимаете, что это не сработает, – продолжил я за него.

– Понимаю, – Дружинин тяжело вздохнул. – Я уже доложил Крылову. Он крайне недоволен, что я за вами не уследил. Грозится приставить к вам других кураторов, если подобное повторится.

– Других? То есть не одного?

Эта новость мне не понравилась.

– Именно. Крылов уже думает, что для присмотра за вами нужен целый отряд, – Дружинин повернулся и посмотрел на меня в упор. – Вот и подумайте: хотите ли вы, чтобы за вами по Академии ходил не один я, а целый отряд боевых магов?

Я представил это… Толпа хмурых мужиков в форме, которые следуют за мной в столовую, на лекции, в душ… Не, ну в душ они бы точно не пошли. Эм, наверное.

– Нет, – помотал головой я. – Это уже явный перебор.

– Ну, я рад слышать от вас хоть какие‑то здравые мысли, – Дружинин позволил себе лёгкую улыбку. – Поэтому впредь попрошу согласовывать подобные мероприятия со мной.

– Ну вот, допустим, позвонил бы я вам перед тем разломом, – я скрестил руки на груди. – Вы бы мне запретили туда идти. Я бы всё равно пошёл. И что бы изменилось?

– Во‑первых, я мог бы оказать вам поддержку и выступить вместе с вами. Не забывайте, что я тоже боевой маг.

– А во‑вторых? – уточнил я.

– Я мог бы посодействовать ускорению прибытия оперативной группы. Отменить предыдущую заявку, запросить срочную переброску с пространственным магом. Чтобы у вас была нормальная поддержка, а не… – он махнул рукой, – а не вот это вот всё.

Хм. А ведь в этом есть смысл.

В этот раз куратор мыслил так, чтобы соблюсти интересы обеих сторон. С этим уже можно работать.

– Поймите, Глеб, – продолжил Дружинин мягче. – Я не пытаюсь ограничивать ваше желание помогать людям. Я лишь хочу, чтобы вы дожили до окончания этой Академии. Мёртвым вы никому не поможете. И никому ничего не докажете.

Я помолчал. Он был абсолютно прав.

– Вы правы, – признал я. – Мне стоило вам сообщить.

– Рад, что мы пришли к взаимопониманию.

Или скорее заключили взаимовыгодное соглашение, чтобы мы оба остались при своих интересах.

– Так что на следующий разлом отправимся вместе, – я широко улыбнулся.

Дружинин закатил глаза.

– Ох, чувствую, я ещё об этом пожалею…

Я рассмеялся. Дружинин тоже усмехнулся. Но потом его лицо снова стало серьёзным.

– Кстати, – он полез во внутренний карман пиджака. – Вчера в Академию приходил один человек. Представился вашим старым другом. И передал вам письмо. Я сам этого человека не видел, передали на пост охраны.

Странно. У меня нет старых друзей. Кроме Даши, но она бы просто позвонила.

– Письмо запечатано магией, – добавил Дружинин, доставая конверт. – Я не смог его открыть.

Я даже не удивился, что он пытался. Всё‑таки его работа – проверять всё, что связано со мной. Ради моей же безопасности.

И хотя меня это немного напрягало, я понимал. И не собирался его за это винить. Или тем более подставлять.

– Что за письмо? – спросил я.

– Понятия не имею, – Дружинин протянул мне конверт.

Я взял его. Плотная бумага, никаких надписей снаружи.

Что ж, посмотрим. Дружинин явно его проверил на всякие опасные техники и яды, так что можно не опасаться.

Влил немного своей энергии в печать, скрепляющую конверт. Сперва она не поддалась. И я нахмурился. Влил ещё больше магии. Причем обычно столько уходит на какую‑нибудь Е‑ранговую тварь.

И тогда печать разрушилась. Опала пеплом на пол, и я оттряхнул письмо от этой пыли.

Затем достал из конверта лист бумаги. Прочитал. Не поверил своим глазам, снова перечитал.

– Это что, шутка такая⁈ – внимательно посмотрел я на Дружинина.

Дарья влетела в комнату и швырнула сумку на стул. Промахнулась, и та упала на пол. Но девушке было плевать. Она была слишком раздражена, чтобы обращать внимание на такие мелочи, как упавшая на пол сумка.