Даша Соколова шла по коридору, и взгляды студентов неуклонно преследовали её, стоило только зайти в здание юридической школы МГУ. Люди оборачивались, шептались за спиной и даже толкали друг друга локтями, чтобы посмотреть на неё.

– Это же она? – донеслось справа.

– Да нет, просто похожа…

– Точно тебе говорю! Это она была на том вечере!

– Она же, получается, и президента видела вживую!

Даша позволила себе лёгкую улыбку. Хотя отчасти ей хотелось отвести взгляд и спрятаться от этого внимания.

Она толкнула дверь аудитории. Головы однокурсников повернулись, словно по команде. Два десятка пар глаз уставились на неё с любопытством, завистью и даже недоверием.

Все обернулись, кроме двоих. Анфиса Рылеева и её подруга сидели на своих обычных местах и смотрели в окно с таким преувеличенным безразличием, что это само по себе было заявлением. Губы Анфисы кривились, будто она надкусила лимон.

Даша прошла к задней парте, где сидела Света Воротынская. Единственная однокурсница, с которой они по‑настоящему поладили за эти недели. Это была невысокая, круглолицая девушка, с россыпью веснушек и неизменным хвостиком русых волос.

– Дашка, – Света округлила глаза и схватила её за рукав, едва та опустилась на стул. – Уже весь универ гудит!

Она сунула телефон прямо под нос Даше. Там заголовок новостей кричал: «Избранница мага S‑класса: кто она?» А ниже была фотография с красной дорожки у Георгиевского зала: Глеб в парадной форме, и она идёт под руку с ним.

Даша провела пальцами по цепочке под воротником свитера. Рубины ожерелья грели кожу. Напоминали о том, что она сделала правильный выбор, когда переехала в Москву.

– Тебя это смущает? – спросила Даша у подруги.

– Смущает? – Света чуть не подпрыгнула на стуле. – Это же фантастика! Как ты вообще с ним познакомилась? Расскажи!

Раньше Даша старалась не распространяться о своём знакомстве с Глебом. В основном потому, что большинство просто не поверит.

– Мы учились вместе в колледже.

– В колледже? – Света моргнула. – Подожди. Он же был… ну, этим…

– Пустым, – Даша кивнула. – Да, был.

– Так ты знала его ещё тогда? Когда он был никем?

– Он никогда не был никем.

Это вырвалось само, причём резче, чем Даша хотела. Но она не жалела. Глеб и тогда был собой: упрямым, гордым и несгибаемым. Просто мир этого не видел.

Света быстро закивала.

– Нет‑нет, я не в том смысле! Просто… ну, понимаешь… – она снова ткнула в телефон, пролистывая новости. – Вот, смотри. По оценке «Магического вестника», он сейчас самый завидный жених в России! Круче всяких миллионеров и миллиардеров. Они пишут, что он станет сильнейшим магом за всю историю страны.

– С чего они так решили?

– Ну как… S‑класс. Чуть больше месяца с момента принятия Дара прошло, – Света листала дальше. – А у него уже такие результаты! В восемнадцать лет!

Даша взглянула на экран. Новостей о переводе Глеба было меньше, чем сплетен о ней самой. Журналисты явно считали, что «таинственная спутница» интереснее, чем карьерные достижения.

Её телефон завибрировал в кармане. Она достала его и увидела: двенадцать пропущенных вызовов с незнакомых номеров, четыре сообщения от каких‑то изданий с просьбами об интервью и два – от знакомых из Питера с вопросами: «Это правда ты⁈»

Ну началось. Хотя Даша прекрасно понимала, на что шла.

– Можешь дать интервью, – хихикнула Света, заглядывая через плечо. – Заработаешь кучу денег. За эксклюзив наверняка хорошо платят.

– Нет, – Даша убрала телефон обратно. – Никаких комментариев. Пусть сами гадают.

Она знала, как это работает. Отец объяснял, что любое слово можно вырвать из контекста, а любую фразу переиначить. Лучше молчать и держать интригу, чем потом оправдываться за то, чего не говорила.

Анфиса поднялась со своего места и уверенно подошла к Даше. Стук каблуков раздался по паркету.

– Ну что, – голос Анфисы сочился ядом, – поздравляю с удачной охотой.

Анфиса стояла у её парты, скрестив руки на груди.

– Какой охотой? – спокойно спросила Даша.

– Не прикидывайся, – Анфиса фыркнула. – Все видели, как ты в Кремле прошлась по красной дорожке вместе с Афанасьевым. Очень эффектно. Молодец, сработала на опережение.

– Я не понимаю, о чём ты.

– Всё ты понимаешь, – Анфиса наклонилась ближе, понизив голос. – Я же говорила, что подкараулю его. А ты взяла и обскакала. Ловко‑ловко, не спорю.

Даша почувствовала, как внутри зарождается злость. Но она не позволила ей вырваться наружу. Только сжала кулаки под партой.

– Я никого не караулила, – спокойно произнесла она. – Мы с Глебом знакомы ещё с колледжа, я же говорила.

– Ага, конечно, – Анфиса закатила глаза. – Дружила с Пустым из жалости, а как он стал S‑классом, то сразу любовь до гроба? Очень романтично.

– Ты ошибаешься. И не стоит судить всех людей по себе, – отрезала Даша.

Анфиса моргнула, явно не ожидала отпора.

– Это ничего не доказывает, – процедила она. – И одно фото на дорожке – ещё не свадьба. Как только появится кто‑то получше тебя, он и смотреть в твою сторону перестанет.

Даша улыбнулась и снисходительно ответила:

– Попробуй. Посмотрим, что из этого выйдет.

Эта дура и правда думает, что дело в деньгах и статусе. Она не понимает. И никогда не поймёт.

Для Анфисы мужчина – это просто ступенька наверх и способ улучшить своё положение. Даша видела в Глебе совсем другое. И даже начала задумываться, что после всего, что он сделал, она бы наверняка осталась с ним, будь он и дальше Пустым. Хотя такого отец бы точно не одобрил.

Дверь аудитории открылась, и Анфиса молча вернулась на своё место.

Вошёл профессор Мирский, который преподавал гражданское право и славился тем, что никогда не повышал голос, но умел одним словом пригвоздить к месту.

– Рассаживаемся, – произнёс он, направляясь к кафедре. – Сегодняшняя тема: юридическая защита Пустых.

По аудитории прокатился шёпот. Несколько голов повернулись к Даше.

Она сохраняла невозмутимое выражение лица, хотя внутри что‑то дрогнуло. Этой теме в программе курса не было.

– Прежде, чем начнём, – профессор Мирский открыл папку, – хочу сделать объявление. Проект студентки Соколовой по созданию программы правовой защиты общины Пустых в Москве одобрен ректоратом. Университет будет активно принимать участие.

Даша не ожидала. Она подала заявку несколько дней назад после разговора с Глебом. Захотела помочь ему в нелёгком деле изменения отношения к Пустым. А ей как раз требовался благотворительный проект, который она будет вести до конца учебного года. И от его результатов будет сильно зависеть итоговая оценка по гражданскому праву.

– Как это – одобрен? Это же Пустые!!! – возразила Анфиса.

Профессор поднял взгляд на девушку. В его глазах мелькнуло что‑то похожее на усмешку.

– Не стоит забывать, Анфиса Павловна, что речь идёт о Пустых под покровительством Афанасьева Глеба Викторовича. А это, как вы понимаете, несколько меняет расклад, – объяснил он.

Даша почувствовала, как губы сами растягиваются в улыбке. Вот так Глеб постепенно меняет мир, даже не присутствуя в комнате.

– Дарья Михайловна, – профессор кивнул ей, – вам предстоит набрать команду из двенадцати человек для работы над проектом. Сроки, критерии отбора и план мероприятий обсудим после занятия.

– Хорошо, – кивнула Даша.

Она снова почувствовала на себе десятки взглядов. Многие однокурсники ещё вчера не замечали её существования. А теперь будут выстраиваться в очередь, чтобы попасть в её проект.

Не потому, что верят в защиту Пустых. А потому, что хотят быть рядом с тем, кто близок к Афанасьеву. Пусть так, ведь главное – результат.

Впереди много работы, но она справится. Ради Глеба. И ради всех тех, кого мир несправедливо списал со счетов.