– Я пойду с ними! Просто остановитесь! Пусть больше никто не страдает из–за меня!

Тишина.

Я бросила выразительный взгляд в сторону Кейда – и то, что было враждой между ним и Бэйном, в мгновение превратилось в нечто иное. Между ними возникла незримая связь. Я поняла: это тот самый момент, которого мы все ждали.

Хаос вспыхнул, когда я увидела алую кровь на кончике ножа Слэйва.

И тогда я бросилась к пистолету Каллума, который Бэйн отшвырнул в сторону.

Кейд

Чтобы стать героем, нужно быть самоотверженным, но не таким, как Томми Уокер. Я готов был отдать что угодно ради Джорни, потому что она заслуживала этого.

Я понял это с первой встречи: её любовь была тихой, скрытой, но невероятно сильной. В ней была эта харизма, уязвимое место, куда мне хотелось забраться и остаться навсегда. Она пожертвовала бы жизнью ради других. Именно поэтому она оказалась в эпицентре этого ада, созданного специально для неё.

«Я пойду с ними».

Только через мой труп.

И, судя по всему, через труп Бэйна тоже.

Затылок пульсировал, когда я выскользнул из хватки Слэйва, получив порезы на шее и плече. Это был план, который я уже обдумал, но привела его в действие Джорни. Пистолет выпал из рук Каллума и заскользил по пыльному полу, когда Бэйн бросился на него.

Я надеялся, что Джорни сбежит, но её любовь была сильнее – она не оставила бы меня, даже если бы я умолял.

А мне этого хотелось. Чтобы она не видела, что сейчас произойдёт. Исход был прост: либо победим мы с Бэйном, либо Слэйв с Каллумом. И в последнем случае ей нужно было бежать как можно дальше.

Удар снизу опрокинул меня, но я успел нырнуть под следующую атаку, приземлившись на окровавленный нож. Лезвие впилось в спину, но я вскочил, успев схватить клинок – ладонь тут же распоролась.

– Прекратите! – закричала Джорни.

– Джорни, блять, беги! – рявкнул Бэйн, пока его отец доставал второй пистолет.

Удар в живот – и рубашка Каллума тут же пропиталась кровью.

– Как тебе ножевые раны? Моя сестра хорошо целится, да?

Так это он пытался похитить её?

Взгляд Слэйва выдавал жажду крови. Если бы я знал, чем обернётся эта ночь, взял бы больше оружия. Но тащить стволы рядом с тюрьмой казалось плохой идеей.

Так что теперь я стоял с окровавленным ножом напротив человека, для которого эта схватка была детской забавой.

– Джорни, – произнес я сквозь зубы. – Слушай Бэйна. Уходи. Сейчас же. Мы справимся.

Мы с Слэйвом начали кружить друг вокруг друга, как вдруг Каллум запрокинул голову и захохотал. Из уголка рта стекала струйка крови.

– Справитесь, да?

Его смех резко оборвался, уступив место дьявольской гримасе. Чёрт возьми. Я знал, что будет. Каллум поднял руку с пистолетом, нацелив ствол на Бэйна, но тот не дрогнул. К моему облегчению, Слэйв тоже замер, наблюдая за разворачивающейся драмой.

Но стоило мне увидеть ужас на лице Джорни – и я уже швырял нож в Слэйва, одновременно бросаясь к Бэйну. Я не мог позволить, чтобы она видела, как убивают её единственную семью.

Глухой выстрел оглушил меня.

Неважно, сколько раз я слышал этот звук – когда он раздаётся в нескольких сантиметрах, это всегда шокирует до глубины души. Как эхо моего детства, пропитанное мольбами и кровью.

Мы с Бэйном рухнули на пол, но мгновенно вскочили, пытаясь понять, кто же был ранен.

– О боже...

Боль в её голосе пронзила меня насквозь. На мгновение мне показалось, что пуля досталась мне. Но когда я увидел её, стоящую с трясущимися руками, сжимающими пистолет, будто тот весил больше неё самой – я бросился к ней, осторожно вынимая оружие из её пальцев.

– Отпусти, малышка. Дай мне.

Её покрасневшие, полные бури глаза встретились с моими, и у меня перехватило дыхание.

– Дыши, Джорни. Просто дыши.

– Я... я... я... – её прерывистые всхлипы заставили моё сердце бешено колотиться. Мне хотелось схватить её за бледные, мокрые от слёз щёки и вдохнуть в неё жизнь.

– Я... я выстрелила в него. Я убила его?

Она попыталась вырваться, чтобы взглянуть на Каллума, но я крепче прижал её к себе.

– Кейд, вали отсюда, быстро!

Я бросил взгляд на Бэйна – он сидел верхом на Слэйве, изо рта которого хлестала кровь. Нож, который я бросил, теперь был в его руке.

Слишком много крови.

Кто–то хрипел, цепляясь за жизнь.

Я почувствовал, как Джорни обмякла в моих руках, и в последний момент подхватил её.

Её безжизненное тело оказалось в моих объятиях, когда я покидал это проклятое здание, оставив её сводного брата среди кровавого хаоса.

***

– Дыши. Просто дыши.

Джорни сидела у меня на коленях, вцепившись в меня как в спасательный круг, пока директор Эллисон расхаживал по своей гостиной. В какой–то момент я даже посмотрел на ковёр под его ногами – не протоптал ли он дыру за это время. Чувствовалось, что он проделывал это уже много раз за последний месяц.

– О чём ты думала? – Тэйт резко остановился и упёр руки в боки, уставившись на Джемму. – Ты только–только оказалась в безопасности, и теперь я узнаю, что ты отправилась с Джорни в заброшенное здание искать пропавшую монахиню? Это шутка? Вы шли прямо в ловушку!

– Мы не знали, что это ловушка! – Джемма нервно шагала за диваном, где мы сидели с Джорни, повторяя движения отца. – И что, по–твоему, я должна была сделать? Пусть Джорни пошла бы одна и, возможно, погибла?

Исайя шумно выдохнул и откинул голову на спинку дивана:

– Тэйт, всё уже случилось. Оставь это.

– Оставь?! – Тэйт взорвался, заставив Джорни вздрогнуть.

– Тэйт, – я предупреждающе сжал зубы, бросая на него строгий взгляд. Его внимание переключилось на Джорни, и он сдавленно провёл рукой по лицу.

– Джемма, ты наказана.

В комнате раздался смех Исайи. И хотя ситуация была абсолютно хреновой, а внутри у меня всё перекрутило и перемололо, мне пришлось уткнуться лицом в волосы Джорни, чтобы скрыть улыбку.

– Ты не можешь её наказать. Ей, блин, восемнадцать. И она даже не живёт здесь.

Тэйт развёл руками:

– Да что я вообще делаю? Я худший отец и... худший директор. Я поставил систему безопасности, чтобы такого не случалось, и вот мы здесь. Одна ученица вся изранена, другая – в шоке. Бэйн пропал, и чёрт знает, что он творит. Местные власти коррумпированы, и я бы умер счастливым, если бы ФБР навсегда забыло мой номер.

Прежде чем мы успели опомниться, Джемма обошла диван и бросилась к отцу, обхватив его стройную талию своими хрупкими ручками.

– Прости...

Лицо Тэйта за секунду сменило три выражения: от гнева к растерянности, а затем к облегчению. В комнате повисла тишина, и в конце концов он обнял дочь в ответ.

– Всё в порядке. Просто... перестань попадать в такие ситуации. Я только недавно узнал о тебе и Тобиасе. Я не переживу снова этот ужас – страх потерять тебя или что тебя снова уведут.

Его взгляд переключился на Джорни.

– И ты тоже, Джорни.

Она робко подняла на него глаза. Хотя слёз на её лице уже не было, я чувствовал – боль и раскаяние всё ещё разрывали её сердце. Её мысли, несомненно, метались в миллионе направлений, а шок от того, что она стреляла в человека, наверняка снова и снова прокручивался у неё в голове.

– Мне так жаль... Это всё моя вина.

Джемма встретилась с ней взглядом и уже открыла рот, чтобы что–то сказать, как вдруг в гостиную вошли Шайнер, Брентли и Бэйн.

Бэйн одним взглядом окинул Джорни и произнёс:

– Это не твоя вина, а моя.

Джорни

Моё выражение лица сразу изменилось, и я мгновенно протрезвела, когда Бэйн вошёл в гостиную дома директора. Я напряглась на коленях у Кейда, и он, должно быть, почувствовал это, потому что обнял меня крепче. Я не позволила себе поддаться страху и желанию убежать, скрыться, и понимала, что объятия Кейда помогают мне держаться стойко перед моим… сводным братом?