– Не смей.

Внезапно ствол пистолета оказался направлен в мою сторону, и я замерла на полушаге. В паре метров раздалось тихое рычание Бэйна, а мужчина, приставивший нож к горлу Кейда, раздражённо вздохнул.

– Ты действительно считаешь, что направлять на неё ствол в твоих интересах? В моём присутствии?

По спине проползло тошнотворное ощущение, ноги снова задрожали. В моём присутствии?

Отец Бэйна моментально опустил пистолет и провёл рукой по коротко стриженным волосам. В его взгляде мелькнуло что–то, привлекшее моё внимание. Он боится этого человека? У него же было оружие – а пистолет всегда побеждает нож, – но он подчинился.

– Так это она.

Голова закружилась, когда я медленно перевела взгляд с Кейда (он не отрывал от меня глаз) на мужчину, что держал его в захвате с ножом у горла. Я знала, без тени сомнений: если потребуется спасти Кейда, я уйду из этого здания с этим чудовищем.

– Да, – ответил отец Бэйна. – Я нашёл её.

– Думал, она мертва.

Его глаза медленно скользнули по моему телу, будто оценивая закуску. Мне дико хотелось отступить, но я осталась стоять, вцепившись ногами в пол.

– Выглядит вполне живой и здоровой, – отец Бэйна говорил легкомысленно, словно гордился, что передаёт восемнадцатилетнюю девушку психопату с ножом у горла невинного человека.

– Да, похоже. Гораздо лучше, чем я представлял восемнадцать лет назад.

Я говорила так, будто мне принадлежала вся комната. Скрестила руки на груди, гордо подняв подбородок: – Кто–нибудь объяснит, что здесь происходит? И почему кто–то пытался меня убить, а потом похитить?

– Пытался убить? – мужчина внезапно нахмурился. Значит, это был не он. – Не волнуйся. Когда я найду того, кто посмел – убью.

Он подмигнул, и у меня похолодело внутри. – Когда все узнают, что ты моя собственность, никто больше не посмеет тебя тронуть.

Кейд хрипло рассмеялся, и сердце упало. Его слова звучали приглушённо – нож давил на дыхательное горло:

– Ты действительно думаешь, что она твоя, Слэйв?

Слэйв.

– У меня, блять, есть контракт, и я заплатил кучу денег. Так что да, она моя. – Он сильнее сжал Кейда, и я видела, как заострилась его скула под лезвием. – И кто ты вообще такой, чтобы мне перечить?

Отец Бэйна усмехнулся. В глазах поплыло. Краем зрения заметила, как Бэйн отступил назад, сжав кулаки, ноздри его раздувались.

– Это сын Томми Уокера, – произнёс отец, и его ухмылка стала ещё мерзостнее.

Пустые глаза Слэйва сузились. – Томми сидит в тюрьме с Карлайлом и Фрэнком. Их сыновья решили вернуть то, что когда–то принадлежало им?

Он наклонил голову к горлу Кейда, будто собирался впиться зубами в яремную вену.

– Так вот зачем ты здесь? Хочешь вернуть клиентов?

Лицо Кейда оставалось неподвижным, но его взгляд, полный тревоги, впивался в меня. Я видела, как играли мышцы Слэйва – он будто балансировал на грани, решая, перерезать ли горло. Я бы никогда этого не пережила. В этот момент ничего не имело значения, кроме того, чтобы остановить это и убрать нож от единственного человека, которого я когда–либо любила.

– Значит, ты продал меня ему.

Я повернулась к отцу Бэйна, впиваясь взглядом в его жучьи глазки, изо всех сил пытаясь отвлечь его от Кейда. Сердце стучало в висках так громко, что я едва слышала его ответ.

– Верно. Только до недавнего времени я считал тебя мертвой.

Отец Бэйна усмехнулся, его пальцы постукивали по рукояти пистолета.

– Твоя тупая мать спрятала тебя, потому что её заставили подписать отказ в обмен на собственную жизнь. Она пыталась спасти и тебя тоже.

– А когда она умерла, эта обязанность перешла ко мне.

Мой взгляд метнулся к Бэйну, будто удар хлыстом. Путаница мыслей едва не сбила меня с ног.

Слэйв зашипел, как раскалённое железо в воде:

– Так это ты скрывал её все эти годы?

Было неправильно желать кому–то вреда, но в тот миг промелькнула мысль: если Слэйв отпустит Кейда, чтобы наброситься на Бэйна...

Сердце пропустило удар.

– Не волнуйся, Слэйв. Я разберусь с этим мелким предателем.

Пистолет внезапно нацелился на Бэйна. Комната завертелась, оружие наставили на всех подряд, паника медленно поглощала меня, как чёрная вода.

– Прекратите!

Я топнула ногой по деревянному полу. Облачко пыли взметнулось вокруг. Уставившись на Слэйва с его мерзкой усмешкой, я задала вопрос, который изменил всё:

– Почему меня выставили на продажу? И зачем я тебе?

Я не могла сказать, что меня снова никто не хотел. Вот только в детских мечтах об удочерении я представляла совсем не это.

– Потому что твоя мать изменила Каллуму.

Он кивнул на отца Бэйна – того самого, что до сих пор держал сына на прицеле.

– Он выставил тебя на продажу, чтобы отомстить.

Каллум смотрел на Бэйна, но слова адресовал мне:

– Я думал, ей будет больнее знать, что ты влачишь жалкое существование без неё, чем если бы я убил тебя вместе с отцом.

Его губы растянулись в улыбке при воспоминаниях.

– Я заставил его приготовить мне стейк. А потом убил тем же ножом, которым он его нарезал.

По спине пробежала дрожь, ледяная волна докатилась до самых пят. Я оплакивала человека, которого даже не знала.

Я перевела взгляд на Слэйва, не в силах выдержать страх в глазах Кейда. Но я знала – он боялся не ножа у своего горла. Он видел мои решения ещё до того, как я сама их осознавала.

– Зачем ты купил меня? – Голос дрогнул. – Что человеку вроде тебя нужно от младенца?

Слэйв улыбнулся, будто добропорядочный джентльмен:

– Я собирался продать тебя на чёрном рынке. Американские девочки – ходовой товар.

Бэйн, игнорируя направленный на него ствол, резко пояснил:

– Слэйв владеет одной из крупнейших сетей торговли людьми в Штатах. Продаёт женщин и детей по всему миру для сексуальной эксплуатации.

Мир рухнул.

Влажные глаза сами потянулись к Кейду. Я окаменела на месте. Что нам делать? Это было в тысячу раз ужаснее любых моих предположений. В детских фантазиях о причинах сиротства я не могла вообразить такого кошмара.

– И сейчас? – голос Кейда выдернул меня из ступора.

Он беззвучно шевельнул губами: «Дыши, малышка».

Дыхание стало поверхностным, но хотя бы не исчезло совсем.

Слэйв пожал плечами:

– До последних десяти минут я всё ещё собирался её продать – выручить кругленькую сумму.

– Ты и так получил достаточно, вымогая процент с моих оружейных сделок в счёт долга, – сквозь зубы процедил Бэйн.

Лицо Слэйва исказилось от злости.

– Я получал процент с продаж в обмен на твою жизнь, забыл? – Его взгляд снова скользнул по мне, обжигая как раскалённое железо. – Но он прав. Я заработал достаточно. Так что передумал продавать тебя. Теперь я оставлю тебя себе.

Во рту стало горько, как будто я слизала ржавчину с лезвия. Но лучше бы я взяла этот нож и вскрыла старые шрамы на руках, чем позволила бы этим мужчинам увидеть мой страх.

– Прости, что огорчу...

Бэйн сделал шаг вперёд. В комнате повисла тишина, пока он приближался к отцу, пока не оказался в сантиметре от дула пистолета. Казалось, все остальные растворились – остались только они двое, будто под лучом прожектора, высвечивающим всю глубину их изуродованных отношений.

– Но этого не случится.

В горле застрял ком, будто я проглотила мяч для гольфа. Я перевела взгляд с резкого профиля Бэйна на Кейда. Его глаза чуть расширились – едва заметно, но достаточно, чтобы я поняла: что–то должно произойти, и мне нужно быть готовой.

Слэйв рассмеялся:

– Прошу прощения?

Бэйн смотрел отцу в глаза, игнорируя Слэйва:

– Я вспорю тебе брюхо, если ты посмеешь продать мою сестру этому ублюдку. Мне плевать, что мать изменила тебе. Мне плевать, если я погибну, пытаясь остановить тебя. Последняя воля матери – защитить её дочь – значит для меня больше, чем всё твоё грязное богатство, отец.

Я знала, что будет дальше. Закрыв уши ладонями, я отчаянно закричала, пытаясь отвлечь их: