Конечно, не обошлось без вражды с местными Верховными Владыками. Они очень сильно боятся потери власти, и, вероятно, дело дойдёт до войны.

Но… я Гэну продал танки, а также РСЗО. Муаха-ха-ха! Приходите, от вас не останется и мокрого места.

— Дим, — шёл я себе, шёл, как появился Гэн.

— Привет, как успехи? — я пожал ему руку. Вот только ушастый был хмур.

— Помощь нужна… Похоже, Чёрная решила нас уничтожить. Сюда идёт гигантская орда энтропов.

— О? Отлично, ОД лишними не будут.

— Спасибо.

— Фигня вопрос. Мы только вернулись из мира зомби. Толком не навоевались. Сейчас пригоню технику и народ. Дадим хороших *** уродам.

— Погоди, ещё два дня до их прибытия, — остудил он мой пыл.

— Хорошо, тогда пошли обговорим дела.

Вскоре мы оказались дома у Гэна, но быстро оттуда ушли… Там дети орут. Гэн ведь у нас многодетный отец. Так что переговорили мы в таверне. Здесь так называют бары.

Затем я вернулся в Сад и переместился на ветвь своего Древа Мира. Здесь не было городов, как у высших эльфов. На дереве никто не жил. Но были стражи, которые охраняли плоды.

Они вырастают в куда меньших количествах, чем раньше, но этого хватает, чтобы обеспечить себе могучую армию, самим становится сильнее, ну и многое другое.

Но главное не это, а мой прекрасный Сад. Ладно, наш.

Остров посреди Тихого океана превратился в небольшой континент размером с половину Австралии. И рано или поздно, но нас найдут. Тогда-то я и открою правду этому миру.

А сейчас я вижу города, деревни и леса. Я создаю единую нацию, состоящую из представителей разных видов, цель которых в защите Древа Мира. И глядя на всё это великолепие, приходит понимание, что мне это удалось.

Наставники же, несмотря на то что фактически выполнили свою задачу, не покидали меня. Не хотят… Мол, им здесь «весело», а дома… Что дома, они не уточняли. Ну а я не против. Всё же все они — это моя семья.

В Екатеринбурге же… Там всё хорошо. Дом Милосердия был в начале закрыт, а потом превращён в музей посвящённый борьбе с энтропией. От первых шагов в этом деле, до современности.

Ирина вышла за Электрика и уже беременна вторым ребёнком. Ребята из приюта хорошо устроились в жизни. И не без моей помощи. Макс с женой основал крупную айти компанию и сейчас занимаются большим проектом по спутниковому мониторингу очагов заражения энтропией.

Волковы стали крупной корпорацией, которая нам сильно помогает с закупкой материалов и реализацией нашей продукции. А вот Европа переживает тяжёлые времена.

Народ активно бунтует, требуя от своих стран перемен в лучшую сторону. Ну и немало людей постепенно переезжает в Россию. Бывший Император, а ныне президент, поставил мигрантам условие. Вы помогаете в борьбе с энтропией, а мы вам — гражданство.

Да и для восстановления северных городов нужно немало рабочих рук. Плюс сельское хозяйство. Из-за войны в Африке планы НАТО пошли в одно всем известное место. Так что вместо рабов и ферм они получили проблемы. Ну и наступил голод, который позволил России и Казахстану немало заработать на торговле продуктами питания.

Особенно Казахстан озолотился. Благодаря возродившемуся Аральскому морю, стране удалось существенно расширить посевные площади и нарастить экспорт продовольствия.

Но сельское хозяйство всё ещё продолжает стремительно развиваться, особенно за счёт теплиц и повышения плодородности почвы. Всё же энтропия отступила. Так что в ближайшем будущем проблемы с продовольствием будут решены.

— Дим…

Услышав голос Апельсинки, обернулся. На ней было нежное платье, длинные ушки красноваты, лицо смущённое, а также… слегка выпирал живот.

— Поздравляю, ты будешь папой, — улыбнулась ушастая, а я оступился и полетел с дерева… В смысле папой⁈

Последний день во Владивостоке пролетел как один миг — багаж, билеты, отправка по почте части вещей: в этот раз в Москву я уезжаю навсегда. В последний раз посмотрев в висящее в прихожей старое зеркало — часть мебели была продана вместе с бабушкиной квартирой — я довольно улыбнулся своему отражению. Вылитый Георгий Александрович Романов. Именно это сходство и стало причиной головокружительных карьерных перспектив.

Ещё в седьмом классе я, как, впрочем, и все, начал снимать видео и выкладывать его в интернет. К старшим классам получил первые десять тысяч подписчиков — таким похвастаться уже могут далеко не все. Поступив в Дальневосточный университет, на цифровую геологию и геологоразведку — выбор был сделан за меня, потому что родители в этом университете работают доцентами, вот и помогли — я очень правильно решил придать своим блогам научно-популярную направленность. В отличие от унылых школьных уроков, научпоп молодежь поглощает охотно и в больших количествах. К третьему курсу я настолько раскрутился, что начал получать хороший доход, который я кропотливо копил и два месяца назад «ухнул» на покупку «однушки» в Москве. Набрать подписчиков помогли многочисленные студенческие и личные поездки по Азии — Хоккайдо, Сеул, Тайланд, Вьетнам, Индонезия, Китай, Камбоджа.

А вот детство у меня было очень загруженным — близость к Азии натолкнула родителей на мысль заставить меня выучить японский, а общее положение дел в стране и мире обрекло меня еще и на английский. Два языка в поездках сильно пригодились!

Примерно тогда же, благодаря блогу и смазливой мордахе, на меня и вышел агент. До сих пор вспоминаю, как летали с мамой в столицу на пробы — «куда же я свою единственную кровиночку отпущу?» — и жили в хостеле.

Четыре года назад я начинал с полутора тысяч рублей за эпизод, то уже два года назад мой агент выбил мне аж сорок восемь тысяч рублей за сьёмочный день. Меньше, чем приносит блог, но для «второстепенного» новичка очень хорошо. Правда, пришлось перевестись на заочку, но нефтяником мне теперь все равно не стать.

Полгода назад мой агент вызвал меня в Москву на пробы, куда пришлось летать ещё девять раз. Я ни на что особо не надеялся. Это для родного города я своего рода звезда, а для режиссера Клима Шипенко с его госбюджетным сериалом о молодости Николая II я всего лишь один из претендентов. Ближе к финальной стадии отборов мне даже пришлось подставить конкурента — он имел неосторожность отправить моей хорошей подруге фотографии, которые недостойны претендента на роль царёва брата, а те — как неудачно! — внезапно разлетелись по интернету, и бедолагу выгнали с позором. Мир большого кино жесток, и я себя виноватым не чувствую — он же сам виноват, что подставился.

Моя роль совсем не главная — Георгию придется умереть в седьмой серии — но довольно заметная. В своем таланте я уверен — стоит один раз засветиться в стоящем проекте, и долгие годы работы над собой наконец-то принесут заслуженные дары в виде всероссийской славы.

Раздался звонок в дверь. Пора! Подхватив рюкзак, я открыл и поздоровался с грустным сорокалетним лысым мужиком, который теперь будет жить здесь:

— Привет.

— Здорово, — буркнул он, пожав мне руку.

Документы подписаны, деньги мною получены, поэтому без долгой раскачки отдал мужику ключи:

— С новосельем.

— Угу, — без малейшей радости кивнул он. — Счастливого пути.

— Угу, — ответил я ему тем же и вышел на лестничную площадку.

Не обижаюсь — у мужика за плечами долгий и болезненный развод, я бы тоже на его месте грустил.

Выбравшись из подъезда в теплый, пахнущий тополями и цветами клумб вечер, я подошел к такси, забрался внутрь и назвал адрес. Глядя на проносящиеся за окном улицы, я вспоминал прожитые здесь годы. Квартира мне досталась в наследство от бабушки — она умерла полгода назад.

Проезжая мимо родительского дома, вспомнил скомканное прощание с матерью. Она мной гордится, но всё равно считает, что лучше бы для меня остаться во Владике. Летал же я на сьёмки раньше? С моим свободным японским и английским мог отлично устроится и здесь — в жилом комплексе «Столетие» Первореченского можно было новенькую четырехкомнатную квартиру вместо московской «однушки» взять — но никто не понимает, что я здесь задыхаюсь.