Мара понимала только одно: он вновь взял верх. И она была полностью в его власти.

Мара сидела на диване, ощущая, как её сердце бешено колотится в груди. Её пальцы непроизвольно касались места, где только что были его руки, будто пытаясь уловить остаточное тепло его прикосновений. Она тяжело выдохнула, чувствуя, как её тело пылает от нерастраченного желания.

— Чёрт... — выдохнула она, нервно облизнув губы.

Мара направилась в ванную, почти бегом, словно стремилась убежать от всех этих чувств, которые накатили на неё, лишив возможности мыслить здраво. Закрыв за собой дверь, она прислонилась к холодной плитке, чувствуя, как контраст температуры немного отрезвляет её.

— Просто холодный душ, и всё, — пробормотала она, включив воду.

Струи обрушились на её тело, ледяные и беспощадные, заставляя её вздрогнуть. Она закрыла глаза, позволяя воде стекать по коже, но образ Лоуренса не исчезал. Его глаза, голос, прикосновения... всё это словно врезалось в её память, как клеймо.

— Чёрт, что он со мной сделал? — пробормотала она, ударив ладонью по стенке душевой.

Когда Мара вернулась в спальню, её волосы всё ещё были влажными, но прохлада воды помогла лишь ненадолго. Лёжа в постели, она безуспешно пыталась заснуть, но мысли о Лоуренсе снова и снова всплывали в её сознании.

Её глаза закрывались, но стоило им чуть-чуть расслабиться, как она снова видела его. Как он наклонялся к ней, его взгляд полыхал страстью, его голос звучал где-то рядом, словно он был здесь, в её комнате.

— Мара... — слышался в её полудрёме его глубокий, тягучий шёпот.

Она почувствовала, как её дыхание учащается, её тело снова реагировало на этот голос, на этот образ. Одна её рука, почти непроизвольно, скользнула к груди. Пальцы нежно коснулись ткани ночной рубашки, обрисовывая контуры, пока она не задела уже затвердевший сосок.

— Ах... — тихо вырвалось у неё, когда она слегка сжала его пальцами, а затем начала медленно оттягивать. Её дыхание становилось всё глубже, всё более рваным.

— Лоуренс... — прошептала она, едва осознавая, что говорит.

Другая рука тем временем скользнула ниже, под ткань её трусиков, обнажая влажные складочки. Её пальцы осторожно коснулись чувствительной кожи, и она резко вдохнула, откидывая голову назад.

— Ох... — едва слышно прошептала она, двигая пальцами медленно, исследуя себя.

В её голове вспыхивали картины: Лоуренс, его руки, которые так уверенно касались её, его губы, жадно исследовавшие её шею. Её воображение заполнило пробелы, создавая ещё более смелые сцены.

Её движения стали быстрее, пальцы работали всё интенсивнее, пока всё её тело не выгнулось дугой.

— Да, Лоуренс... ещё... — прошептала она, чувствуя, как наслаждение подбирается к своей вершине.

И вот, словно удар молнии, волна накрыла её целиком. Она ахнула, а затем громко простонала, её тело дрожало, дыхание было рваным.

— Ахх... да... — выдохнула она, рассыпаясь на тысячи осколков удовольствия.

Её рука упала на простыни, а глаза остались закрытыми. Её тело ещё пульсировало, всё ещё помня то ощущение разрядки, но в голове было только одно имя.

— Проклятый Лоуренс... — прохрипела она, садясь на кровати.

Она резко встала, всё ещё ощущая, как её кожа горит.

— Я тебе отомщу, — твёрдо сказала она, направляясь к ванной.

Подставив лицо под струи воды, она пыталась окончательно прийти в себя, но мысли о Лоуренсе не отпускали.

Вернувшись на кухню, она решила выпить кофе.

— Нужно проснуться, — пробормотала она.

Она посмотрела в окно, наблюдая за городом, который уже начинал просыпаться. Где-то там был Лоуренс, её главный враг и одновременно её самое сладкое искушение.

Когда Лоуренс вышел за дверь, он плотно захлопнул её за собой, как будто пытался удержать нарастающее внутри напряжение. Его шаги звучали гулко, а дыхание было тяжёлым. Он провёл рукой по лицу, стараясь взять себя в руки, но разум вновь и вновь возвращался к Маре.

Она выглядела такой растерянной, её глаза полыхали от страсти, смешанной с отчаянием. Её тело поддавалось ему, реагировало, кричало о желании, даже когда её слова пытались воздвигнуть преграду. Это сводило его с ума.

Его стояк внизу напоминал о себе слишком остро. Лоуренс скрипнул зубами, сдерживая порыв развернуться и вернуться к ней, сорвать с неё одежду, почувствовать, как её горячее, податливое тело полностью принадлежит ему.

— Чёрт, — выругался он, спускаясь по лестнице.

Его привычным решением в таких ситуациях был клуб. Там всегда можно было найти девушку, готовую без вопросов удовлетворить его. Стоило только войти в зал, как взгляды начинали цепляться за него, подмигивания и смелые улыбки шли волной, а он выбирал ту, которая казалась наиболее подходящей для быстрого снятия напряжения.

Но сегодня было иначе.

Он хотел не безликую, готовую к любой его прихоти женщину. Он хотел Мару. Хотел её сопротивление, её неловкие, робкие попытки сказать "нет", которые сами же рушились под грузом её собственного желания. Хотел видеть, как она борется с собой, и быть тем, кто окончательно раздавит её внутренний протест.

— Ты влезла мне в голову, Мара, — пробормотал он, садясь за руль своей машины.

Он выехал на пустую ночную улицу и направился к своему дому. Мысли крутились вокруг её лица, вокруг её трепещущего голоса, когда она шептала его имя, вокруг того, как её тело изгибалось под его прикосновениями.

Лоуренс тяжело вздохнул, почувствовав, как его напряжение достигает критической точки.

— Это не просто желание, — тихо сказал он себе, выключая двигатель у дома.

— Я хочу, чтобы она сама захотела большего.

Он зашёл в свой пентхаус, бросил ключи на тумбу и направился в душ. Включив холодную воду, он подставил лицо под ледяные струи, но даже это не помогло. Его мысли были слишком насыщены образами Мары.

Рука невольно опустилась вниз, обхватывая напряжённый член. Лоуренс закрыл глаза, представляя, как Мара стоит перед ним, её губы шепчут его имя, её тело изгибается от удовольствия.

— Ах... Мара... — тихо выдохнул он, ускоряя движение руки.

Его воображение рисовало, как она стоит перед ним на коленях, её взгляд полон желания, её губы прикасаются к его коже. Он видел, как она насаживалась на его пальцы, как её лицо менялось от удовольствия.

— Чёрт... — выдохнул он, чувствуя, как напряжение достигает пика.

Его тело содрогнулось, и белая струя ударила по стеклу душевой кабины. Он тяжело дышал, опираясь руками о стену, стараясь восстановить дыхание.

— Мара, ты сведёшь меня с ума... — пробормотал он, выключая воду.

Вернувшись в спальню, он бросился на кровать. Заснуть так и не удалось. Мысли о Маре не отпускали его, и под утро он решил написать ей.

Взяв телефон, он набрал сообщение:

"Доброе утро, моя сладкая колючка. Как спалось?"

Он отправил сообщение и посмотрел на экран, ожидая её ответа. Ему было чертовски интересно, как она провела эту ночь.

Мара старалась сосредоточиться на утренних делах, не позволяя мыслям о Лоуренсе занимать её голову. Его сообщение оставалось непрочитанным, как немой упрёк в её телефоне. Она мысленно отмахнулась: «Важнее всего — разобраться с кафе».

День обещал быть насыщенным. Проблема с проводкой после вчерашнего возгорания висела над ней, как туча. Мара надеялась, что ранний визит в кафе позволит найти хоть какое-то решение. Подъезжая к знакомому зданию, она заметила припаркованный неподалёку чёрный внедорожник. Сердце ёкнуло. Этот автомобиль она узнала бы из тысячи. И конечно, рядом стоял он — с кофе в одной руке и бумажным пакетом в другой.