Цзяо Яну не нужно было верить в победу Лань Юэ — для него это был такой же факт, как тот, что солнце всходит на востоке. Но когда в бой вмешалась одна из младших заклинательниц, Лань Юэ отвлеклась на неё — порыв ледяного ветра швырнул вероломную девчонку в стену ближайшего дома, — Лань Цзи Ли улучила момент и коротким злым выпадом атаковала в плечо. Две капли крови упали на лицо Цзяо Яна, он инстинктивно смахнул их, размазывая по лицу. В груди закипела такая древняя ярость, что он уже едва владел собой.
Цзяо Ян воспарил над землёй, так естественно, будто летать было проще, чем ходить чтобы оказаться с Лань Юэ рядом.
— Ха! — Лань Цзи Ли презрительно скривила губы. — И на это, — она указала на Цзяо Яна, — ты променяла славу, богатство и честь?
Лань Юэ, не обращая внимание на боль от раны, холодно смотрела на соперницу. В другое время Цзяо Ян непременно нашёлся бы, что ответить на оскорбление, но сейчас даже мысль об этом вызывала странное недоумение: зачем отвечать на лай дворовой собаки? или скорее — на зудение назойливой мухи?
Лань Цзи Ли приказала своим броситься в атаку всем сразу, и сама была первой на острие. Её ученицы и подчинённые ей заклинатели воспарили в небо, группой собирая энергию для удара. Они готовили атаку, которую отец поэтически называл Лебединым пером. В воздухе послышался треск электричества.
Взгляд глаза в глаза — угольно чёрные напротив снежно белых. Цзяо Ян и Лань Юэ не нужно было что-то говорить, чтобы понять друг друга. Нечто могучее, ужасное и древнее управляло ими обоими. Лезвие Огня и мрака коснулось Летящего снега. На миг показалось, что это не два меча, а один — истинная Рука Неба во всём её величии.
Взрыв был такой силы, что даже на самых окраинах крыши слетали с домов. В воздух взметнулся столб пламени, переплетенного со льдом, тьмы, слившейся со светом, расщепляя на песчинки всё, что оказалось у них на пути. Лань Цзи Ли даже не успела вскрикнуть от боли прежде, чем обратиться в прах. Тяжелое серое облако повисло над пустынным городом И.
Лань Юэ и Цзяо Ян остались одни между землёй и небом. Под из ногами зиял огромный котлован, сотворить который не под силу ни одну известному заклятию… Лань Юэ чуть покачнулась, на миг потеряв концентрацию, но Цзяо Ян поддержал её, помог опуститься на землю.
Она открыла глаза, наблюдая, как прах медленно оседает на землю. От людей не осталось ни тел, ни душ — слишком тихо вокруг. Лань Юэ медленно опустила меч, кончик Летящего Снега коснулся опалённой травы, и в этом месте остался инеистый след.
— Это мы сделали? — спросила она, окончательно придя в себя.
Если это последствие лишь одного удара, страшно представить, на что они ещё способны. Цинь Хэнъяо в разговорах не обманул, такое ни за что и никогда не должно попасть в руки недостойных, иначе вся Поднебесная окажется ввергнутой в хаос войны. Цзяо Ян успокаивающе взял её за руку.
— Вот видишь, мы победили. Если попробуют сунуться к нам ещё раз, то они либо глупцы либо безумцы.
Его нисколько не беспокоил избыток силы — наоборот, наполнял душу неповторимым восторгом. Теперь всё вино и конфеты этого мира будут принадлежать ему… им. Цзяо Яну и Лань Юэ. И от того, что можно разделить с ней радость бытия, становилось ещё приятнее. Не пряча чувств, он крепко обнял её, положил голову на плечо и прошептал на ухо:
— Мы теперь сможем править Поднебесной, ты и я. Возможно, даже всем миром…
Голос Цзяо Яна звучал чуждо и пугающе, будто нечто говорило вместо него.
— Ян…
Лань Юэ обеспокоенно всмотрелась в его лицо в надежде увидеть прежнего Цзяо Яна. На миг пробежавшая тень исчезла, и в чёрных глазах вновь заиграло озорство.
— Что такое? — спросил он.
Лань Юэ не ответила. Побледнев, она смотрела ему за спину. Аплодисменты, громкими хлопками прозвучавшие на мёртвой земле, казались пугающими. Из облака тьмы к ним вышел живой и здоровый Чан Сяолун, довольно осматривая то, что осталось от города и сотни заклинателей, посланных на убой.
— Впечатляет, — он улыбнулся, — тебя стоило отпустить только для того, чтобы иметь возможность полюбоваться таким зрелищем, дорогая невеста.
Лань Юэ не могла отвести взгляда. Как? Он был мёртв!
— Противоядие, — ответил Чан Сяолун на немой вопрос. — А теперь, детишки, давайте решим всё по-хорошему и, так и быть, я отпущу вас на все четыре стороны. Со мной три сотни человек, а у вас сейчас мало сил, я вижу.
И правда. За спиной Чан Сяолуна будто чья-то невидимая рука откинула магический полог, и там в полном вооружении стояли заклинатели клана Чан в чёрных одеждах и с пылающими мечами на груди.
Всё ещё опьянённый силой, Цзяо Ян взмахнул мечом, стараясь вновь призвать ту тёмную плеть. И она возникла — вяло трепыхнулась, чуть задев главе Чан подол ханьфу. Как ни прискорбно, тот был прав — они потратили слишком много ци на тот последний удар. Цзяо Ян ни за что не прожил бы так долго, если бы не умел подмечать момент, когда следует отступить. Он схватил всё ещё растерянную Лань Юэ за запястье и потянул за собой.
— Бежим!
Петляя среди унылых остовов разрушенных домов, они побежали в сторону, где ещё недавно были ворота. Цзяо Ян крепко держал её за руку, не давая отстать, будто стоит их пальцам разомкнуться, случится нечто непоправимое. Но каждый раз, когда начинало казаться, что цель совсем рядом, на пути возникал отряд клана Чан. Пару одиноких заклинателей удалось заколоть безо всякой магии, на одного набросился чудом уцелевший мертвец, но долго так продолжаться не могло. Кольцо смыкалось всё плотней.
— Это какое-то колдовство! — воскликнула Лань Юэ, пронзая мечом грудь ещё одного противника. — Мы бегаем по кругу.
Они стояли спиной друг к другу, тяжело дыша, не расцепляя рук. Наваждение рассеялось, и Лань Юэ увидела, что они оказались в противоположной стороне от бывших ворот, почти у самой пропасти.
— А ты наблюдательна, — Чан Сяолун снова стоял совсем рядом, неприятно улыбаясь. — Но, кажется даже хозяйка Летящего снега не в силах распутать мои чары…
Он подал знак, и его люди напали сразу с двух сторон. Сначала Лань Юэ ещё пыталась удержать ладонь Цзяо Яна, но скоро противники просто задавили их числом, оттесняя друг от друга.
— Ян! — крикнула она в отчаянии, пытаясь пробиться к нему.
Но тщетно. Чёрная волна разводила их по разные стороны всё дальше друг от друга, не давая воспользоваться оружием в полную силу ещё раз, если бы было такое возможно. Чан Сяолун всё учёл, не ввязываясь в бой. Он наблюдал за происходящим как за срежиссированным спектаклем.
Лань Юэ отступала всё ближе к краю пропасти, откуда был единственный путь — вниз. Из последних сил она взмахнула Летящим Снегом, рассыпая вокруг себя сноп острейших ледяных игл. Ближайшие к ней заклинатели с криками схватились за лица, лишённые зрения. Вопя от боли и страха, они размахивали мечами во все стороны, покалечив своих же, и были беспощадно убиты собственными собратьями.
Навстречу ей вышел один, ловко раскручивая меч вокруг себя. Лань Юэ мельком посмотрела на Цзяо Яна, которого с трудом можно было различить в толпе. Их взгляды на короткое мгновение встретились.
Найди меня в следующей жизни, без слов говорила она, уже всё решив.
Цзяо Ян продолжал наносить удары заклинателям, бросающимся на него, как стая псов на гордого тигра. Тело, закалённое многочисленными боями всё делало само — разум его был там, на краю обрыва Лань Юэ вступила свой последний поединок. Чужой заклинатель теснил её всё ближе к пропасти. Шаг, и она споткнувшись, рухнула вниз, утянув за собой своего врага…
Белые одежды развевались в полёте, как крылья. Но это был полёт только в одну сторону…
Ему казалось, что сердце сейчас остановится, не выдержав этого зрелища. Лица заклинателей клана Чан сливались в одно смазанное алое пятно.
Одна мысль осталась, единственная, которая заставила его в тот момент жить дальше: отомстить, отомстить, отомстить…
В последний раз глянув на роковой обрыв, он прыгнул сквозь тени, два заклинателя столкнулись лбами, не предугадав этого приёма. Один он мог уйти.