— С тобой сложно иметь дело, Цзяо-гунцзы, — печально вздохнул Хэнъяо. — Хорошо. Ты не пленник мне, я не могу удерживать тебя против воли. Не забывай только, что сейчас тебя ищет весь Ланшань. Если ты снова попадёшься в когти белого сокола, я уже не смогу тебе помочь.
Цзяо Ян временами бывал безрассудным, но воспоминания о тюремной похлёбке были ещё слишком свежи, а потому он прислушался к дельному совету. Вместо того, чтобы самому искать развлечения, прибился к отряду наёмников. Сделать это оказалось проще простого — достаточно было подслушать тихий разговор в тёмном углу обеденного зала постоялого двора.
— Нельзя просто так взять и пройти в поместье вельможи! Его стерегут не только солдаты, там всегда начеку обученные заклинатели. Даже будь нас вдвое больше, мы не справимся…
— Там, где не справится десяток бестолочей вроде вас, справлюсь я, — Цзяо Ян очень хорошо выбрал момент, чтобы предложить свои услуги.
— Ты кто такой⁈
Наёмники повскакивали со своих мест, обнажая клинки. От первого колющего удара Цзяо Ян шутя уклонился, парировал второй, выбив меч из держащей его руки — тот вонзился в половую доску и застрял там…
— А ну успокоились! — гаркнул на них подоспевший хозяин постоялого двора. — Никаких драк в моём заведении!
Цзяо Ян вспомнил о своём обещании вести себя тихо и первым опустил меч. Впрочем, впечатление на наёмников он уже произвёл — те согласились его выслушать, а после позволили присоединиться к отряду.
Дело, на которое Шань Бинь не мог решиться, состояло вот в чём: требовалось всего-то убить господина Лю Хуаня, писаря при дворе градоначальника. Ни в каких тёмных махинациях Лю Хуань не отметился, он был в городе на хорошем счету и получал неплохие деньги за свой труд. Жалование писаря позволило ему обустроить дом за крепкой стеной и нанимать для него лучшую охрану.
Словом, жизнь щедро одарило господина Лю, со всем ему повезло — кроме жены. Лю Вэньцянь отчего-то решила, что ей будет куда лучше богатой вдовой, нежели женой чиновника, и теперь зачем-то пыталась доказать Шань Биню, что это не блажь, а вполне закономерное решение.
Цзяо Ян зевнул. Ему было всё равно.
— Скажи, что мы нападём на улице, по пути на службу или, я не знаю, в храм. Это даст нам возможность заранее изучить поле боя, а от неё отведёт подозрения, заставив дознавателей думать, что бедолага писарь кому-то всё-таки перешёл дорогу, — напутствовал Цзяо Ян Шань Биня перед личной встречей с заказчицей. Весомо добавил в конце: — и не забудь стрясти с неё надбавку за зрелищность.
После короткого и ожесточённого спора, наёмник признал его правоту, а потом стойко выносил манеру речи госпожи Лю. Под конец заказчица даже казалась весьма довольной.
Вернувшись к отряду, Шань Бинь поделился деталями произошедшего разговора:
— Лю Вэньцянь согласна повысить плату. Мы будем ждать Лю Хуаня завтра у храма богини Нюйвы, покровительствующей семье и верности. Сходим туда осмотреться.
— Семьи и верности? — усмехнулся Цзяо Ян. — Лучшее место, чтобы убить примерного семьянина. Какая уморительная шутка.
Некоторые наёмники непроизвольно поёжились, с их точки зрения совпадение и впрямь выглядело недобрым знаком.
— Не лучшее время для таких шуток, — одёрнул его Шань Бинь. — Мы уже взялись за эту работу.
Цзяо Ян покладисто пожал плечами. Все вместе они отправились к храму, чтобы изучить окрестности и выбрать подходящее место для засады. Храм Нюйвы, окружённый высокими кипарисами, стоял на вершине небольшого холма. Его крыша из красной черепицы в лучах закатного солнца выглядела особенно яркой.
— Эти статуи, — Шань Бинь окинул взглядом широкую тропу, ведущую к главным воротом святыни, вдоль которой стояли высокие деревянные изображения божества, — мы укроемся за ними, утренние тени будут на нашей стороне, и нападём неожиданно.
Обговорив некоторые мелкие детали плана, которые Цзяо Ян частично пропустил мимо ушей, он был уверен, что с его силой обойдётся без тактических хитростей, главарь завершил свою речь указанием:
— Встретимся здесь завтра на рассвете. А сейчас всем нужно хорошо выспаться. Мы должны быть в полной готовности.
— Хорошо выспаться? — фыркнул Цзяо Ян. — Нет, мне нужно выпить. Я хочу расслабиться перед делом.
Не дожидаясь ответа, он махнул рукой на прощание и не оборачиваясь пошел прочь. В спину летело недовольное ворчание наёмником: «связались мы с ним на свою голову…»
Но какое Цзяо Яну до этого дело?
* * *
Когда первые утренние лучи пробились сквозь плотную листву кипарисов, наёмники уже заняли свои позиции у храма Нюйвы. Тени от высоких статуй удобно укрывали их, делая практически невидимыми для неосведомлённого взгляда. Шань Бинь, убедившись, что каждый знает, что должно делать, внимательно наблюдал за тропой, ведущей к святилищу.
Они рассчитали всё верно: не успело солнце взойти, как на тропу ступил господин Лю Хуань со своей свитой. Слуги несли подношения для богини — корзины с фруктами, цветы и курильницы с благовониями. Их сопровождали несколько солдат и два заклинателя: молодой парень, совсем недавно закончивший обучение, и женщина в светлом ханьфу с лицом, скрытым под полупрозрачной вуалью. Рукой она придерживала меч в изящных белых ножнах.
Как только процессия приблизилась к воротам храма, Шань Бинь подал сигнал к атаке. Наёмники одновременно атаковали свиту Лю Хуаня с двух сторон. Один из них насел на молодого заклинателя. Тот действительно никогда не бывал в настоящем бою — вместо того, чтобы выхватить меч, попытался возвести защитный барьер, но не успел, пропустил колющий удар и рухнул, как подкошенный.
Роняя свою ношу, слуги бросились врассыпную. Их не преследовали. Другие наёмники вступили в бой с солдатами, прикрывающими своего господина. Цзяо Ян оставил им это — его целью и единственным достойным противником была заклинательница. Он атаковал её в корпус — чёрный и белый меч столкнулись, выбивая ослепительные искры.
Взмахнув длинным рукавом и напуская тумана, заклинательница ловко ушла от последующей атаки. Это дало ей время сосредоточиться на парочке ближайших наёмников, которым не повезло оказаться на расстоянии удара меча. Один с воплем схватился за вываливающеся внутренности, а второго догнал метательный нож прямо в спину. Цзяо Ян скривился: слабаки.
— Господин Лю! — крикнула она перепуганному вельможе. — Надо уходить!
Толстый господин, видя, как ряды его охраны редели, даже спорить не стал, когда заклинательница прикрыла его собой. Надо сказать, что и наёмникам не повезло, почти все были убиты, в живых остался лишь сам Цзяо Ян, главарь группы, да пара человек.
Глядя ей в глаза, Цзяо Ян улыбнулся и, шагнув сквозь тени, сделал выпад мечом, метясь не в неё, нет — в бок Лю Хуаня. Заклинательница могла бы остаться в живых, но предпочла выполнить свой долг, защитить господина и приняла удар на себя. По светлой ткани ханьфу потекла кровь, и заклинательница упала на траву. Увы, её жертва была напрасной — следующим же ударом Цзяо Ян вонзил нож Лю Хуаню в живот.
Звон храмового колокола оповестил, что в святилище заметили затянувшуюся схватку, и боевые монахи скоро будут здесь.
— Уходим, уходим! — крикнул Шань Бинь, в последний раз окинув взглядом тропу, залитую кровью и заваленную телами павших. Как подобает лидеру, он отступал последним. Из всего отряда в живых осталось лишь двое.
Колокольный звон заглушал все звуки и шорохи — Шань Бинь не почувствовал движения за спиной. Стрела вонзилась в левое плечо, заставила пошатнуться. Он обернулся, чтобы увидеть, как молодой заклинатель, которого посчитали мёртвым, во второй раз натягивает тетиву тугого лука. Новая стрела застряла в боку, кровь багровым пятном растеклась по ткани ханьфу. Шань Бинь упал на колени, тяжело опираясь на меч, пытаясь встать…
Цзяо Ян в мгновение ока оказался рядом с лучником, ударом ноги выбил оружие из его руки и следующим движением воткнул в его шею нож. Молодой заклинатель упал, но на его лице застыло выражение удовлетворения — он знал, что не промахнулся, третья стрела уже летела. Она пробила грудь Шань Биня, сломив его сопротивление, заставив тяжело повалиться на спину.