- Господин желает видеть вас в холле…
Ответив вежливое «спасибо», я поспешно поправила на себе плащ, прилизала к затылку выбившиеся за ночь волосы и вышла в коридор, чувствуя, как дрожь от холода сменяется дрожью волнения.
Ещё с высоты лестничного пролета увидела, что весь холл заполнен слугами. Юлиан стоял у стены, сцепив руки за спиной. В его облике чувствовались непримиримость и властность, присущие только крайне деспотичным мужчинам.
Но в целом выглядел он, конечно, блистательно. После дорожного костюма герцог облачился в камзол и рубашку, украшенные неброской вышивкой, но пуговицы были покрыты золотом, что было заметно даже отсюда: так неистово драгоценный металл поблескивал во свете льющегося из окон солнечного света.
Густые тёмные волосы шикарной копной обрамляли бледное лицо с аристократично-хищными чертами. От его взгляда бросало в дрожь ещё сильнее, и не только меня. Я остро чувствовала атмосферу страха и благоговения, витающую над всеми присутствующими.
Начала медленно спускаться по лестнице, держась за деревянные лакированные перила. Шорох моего платья и плаща разорвал тишину, заставив почти всех задрать головы.
Это было одно из самых неприятных ощущений в жизни – оказаться под перекрёстными взглядами десятков неприязненно относящихся к тебе людей. Только многолетняя привычка скрывать свои истинные чувства от окружающих позволила мне сохранить достоинство в лице.
Переступила последнюю ступеньку и замерла, не поднимая взгляда на герцога.
- Доброе утро! – проговорила максимально спокойно, но мой голос прозвучал так громко, что резануло даже по собственным ушам. А может это просто от волнения у меня разыгралась фантазия.
Юлиан не ответил, что было крайне невежливо с его стороны, а вместо этого обратился непосредственно к слугам:
- Как вы уже знаете, это моя невеста – Сюзанна де Тюрдор. Инструкции относительно её временного пребывания здесь вам известны, просьба исполнять их неукоснительно! – его голос звучал строго, словно он был кем-то недоволен. – Сейчас же расходитесь по своим рабочим местам, а вы, леди, - он соизволил наконец-то обраться ко мне, - идите за мной!
Не просил, не предлагал, а приказывал, как одной из своих многочисленных служанок.
Я на мгновение задумалась, что бы означало мелькнувшие в его речи слова «временное пребывание», но потом отвлеклась на начавшуюся вокруг суету.
Не стала отвечать на его приказ, но Юлиан и не собирался ждать ответа. Я молча последовала за ним к приоткрытой двери, оказавшейся входом в его личный кабинет.
Книги!
Я замерла, восхищенно разглядывая полки с драгоценными рукописями, и на мгновение забыла о том, что нахожусь в логове непримиримого врага. Какое богатство! Вот бы мне…
- Сюзанна! – голос Юлиана ударил по ушам, как камень об чугунный котелок. Я очнулась и посмотрела на герцога с испугом. Тот, прищурив глаза, рассматривал моё лицо, но не было в этом взгляде ничего хорошего. – Как прошла ночь?
Н-да, очередная попытка вызвать у меня поток жалоб, чтобы получить удовлетворение.
- Прекрасно, милорд! - ответила с достоинством. – Я замечательно отдохнула.
Тёмная точёная бровь Юлиана вздернулась вверх: не поверил.
- Рад слышать, - произнес фальшиво. – Сообщаю вам, что официальная помолвка состоится через три дня. Желанием не горю, но просто обязан пригласить ваших родителей, чтобы прилюдно закрепить наш союз. Надеюсь, вы не испортите мероприятие своими выходками, леди???
Это «леди» из его уст прозвучало, как оскорбление. Он считал Сюзанну кем угодно, но только не леди.
Новость об официальной помолвке меня не обрадовала, а необходимость встретиться с родителями привела ко вспышке отвращения. Сердце сжалось в спазме, началась тошнота просто от мысли, что придется смотреть в глаза лицемерной матери, толкнувшей меня в эту яму, кишащую змеями.
Наверное, я побледнела, потому что Юлиан усмехнулся.
- Что, ждете, не дождётесь, когда пойдете со мной под венец?
Какого ответа герцог ожидал на это, я не знаю, но на душу вмиг навалилась невыносимая тяжесть. Я посмотрела на Юлиана устало и произнесла:
- Я готова попросить прощения за то, чем обидела вас, - слова давались с трудом, потому что я не была виновата перед ним вообще ни в чем. - Готова отработать причиненный ущерб, если таковой был. Но прошу вас, милорд… - подняла взгляд и посмотрела прямо в его тёмные, колдовские глаза, - давайте разорвем помолвку! Я готова уйти из этого дома в любую минуту и могу пообещать, что не вернусь к родителям. Вы больше даже не услышите обо мне! Прошу вас, милорд!
Это был первый и единственный раз, когда я решилась Юлиана искренне попросить. Надеялась, что в этой каменной груди остался хотя бы осколок живого сердца. Но взгляд Юлиана наоборот ещё больше заледенел, а красивое лицо сделалось пугающе жестким.
- Времена, когда я давал тебе шанс, безвозвратно прошли, - прошипел он, и его голос снова показался мне страшным до жути, каким-то нечеловеческим. Герцог стремительно подошел ближе и остановился буквально вплотную, загипнотизировав взглядом прищуренных пылающих глаз. – Я долго терпел и долго ждал, но моё терпение лопнуло, Сюзанна! Я никогда не отступлюсь от принятого решения, так и знай!!! – кажется, когда он особенно злился, то сразу же переходил на «ты». – Ты сделала слишком много зла, а ТАКОЕ не прощается! Я взыщу с тебя за каждое мгновение страданий, которые ты причинила моей семье!!!
Я не дышала, с ужасом глядя в омут ненависти, бурлящий в глазах молодого человека. Его радужки стали чёрными, кажется, даже расширились, заполняя собою все глаза. Демон! Самый настоящий демон!!! Или я уже схожу с ума от страха…
Попыталась отступить назад, но крепкая рука неожиданно схватила меня за талию, привлекая ко воздымающейся гневом мужской груди.
- Я сделаю твою жизнь адом... – шептал Юлиан, склоняясь всё ближе и ближе к моему лицу. – Ты прочувствуешь на себе сполна всё то, что пришлось пережить нам… Ты рада, невестушка???
Я громко сглотнула, боясь пошевелиться. Руки и ноги сковало, дрожь в теле становилась всё более невыносимой. От его дыхания, которое отчетливо чувствовалось на щеке, кружилась голова.
- Но есть то, над чем вы всё-таки не властны, – прошептала через силу, едва совладав с собой. – Есть то, чего вам у меня никогда не отнять – возможность покинуть этот мир, милорд. Иногда именно смерть может стать свободой. Так что вы всё-таки не всесильны. Вы – не Бог!
Юлиан замер, сражённый моим отчаянно дерзким ответом, и неожиданно отступил назад. Побледнел и, о небо, смутился!
- Убирайтесь! – процедил сквозь зубы, отворачиваясь. – Чтобы все эти три дня до помолвки мои глаза вас не видели…
Меня не нужно было просить дважды.
Развернувшись, я рванула к выходу. Сердце всё ещ1 страшно колотилось. Слова герцога вытрясли из меня всю душу и напугали до смерти. Он демон! Самый настоящий демон, жаждущий поработить меня на всю жизнь! О Боже, Сюзанна, что же ты натворила??? Чем же ты навредила этому страшному человеку, что он жаждет настолько жестокого отмщения???
Нет, я не хочу больше этого терпеть!!!
Оказавшись в холле, едва не упала: колени подгибались сами собою. Огляделась и с удивлением поняла, что помещение совершенно пустует. В разуме вдруг вспыхнула отчаянная и трепетная мысль: а не сбежать ли мне отсюда... прямо сейчас, когда поблизости никого нет???
Глава 9. Я не покорюсь вам!
Я осторожно толкнула массивную входную дверь и выглянула во двор поместья.
По коже пробежали мурашки: территория владений семьи де Армье буквально кишела солдатами. Прикусила губу до боли, понимая, что я не птица и в небо не взмою, чтобы улететь, а незамеченной пройти мимо стольких людей просто не получится.
Стук колёс отвлек моё внимание, и я заметила, что по брусчатке на задний двор проехали три телеги. На одной пошатывалась целая гора мешков с провизией, на другой лежало сено – видимо, корм для лошадей, а третья везла три огромные деревянные бочки, покрытые смолой до черноты. В таких обычно хранили квашенные овощи или соленую рыбу.