Последующие события - усиление славянской крестьянской колонизации, продвигавшейся на Север по ранее освоенным вепсами водным путям, - способствовали быстрому обрусению вепсов, проживавших на крупных реках Паша, Свирь. Какая-то часть вепсов, видимо, под давлением славянского населения переселялась в глубь вепсских земель, а в «смутные времена», скорее всего, сама покидала обжитые места. Длительное существование на Севере подсечного земледелия также требовало постоянного освоения новых земель.

Известность вепсского края в конце XV - первой трети XVI в. связана с деятельностью одного из самых почитаемых святых Русской православной церкви преподобного Александра Свирского, которого народная молва считает чудянином по происхождению. Вепсское происхождение Александра Свирского признается в энциклопедических изданиях, публикуемых Русской православной церковью в просветительских целях. В житии Александра Свирского сообщается о том, что его родители Стефан и Васса жили в пределах Великого Новгорода, что ныне Олонецкая сторона «в Обонежской пятине, на реке Ояти, селении Мандера, близ Островского Введения Пречистыя Богородица монастыря». По административному делению в настоящее время Введено-Оятский монастырь находится на пограничье Лодейнопольского и Волховского районов Ленинградской области.

Александр Свирский родился 15 июня 1448 г., скончался 30 августа 1533 г. Его родина являлась этнической территорией вепсов, что также рассматривается как свидетельство его вепсского происхождения. Житие Александра Свирского было написано в 1545 г. его учеником Иродионом (Кочневым), игуменом Александро-Свирского монастыря в 1545 г. - всего за два года до канонизации (рис. 24). Как указывал Иродион, он его писал «повелением господина преосвященного Макария, митрополита всея России и по благословлению господина преосвященного Феодосия, архиепископа Новгородского и Пскова».

В предисловии жития Александра Свирского Иродион заверял, что являясь свидетелем жизни святого, он писал его по личным рассказам преподобного и его первых сподвижников. Специалистами оно признано во многом компиляцией из житий многих святых и содержит все традиционные сюжеты в соответствии с каноном житийного жанра. В то же время отдают должное начитанности Иродиона, составившего весьма интересный текст, литературные и художественные достоинства которого высоко оцениваются многими исследователями.

Канонизация Александра Свирского состоялась на Поместном соборе в 1547 г., когда одновременно канонизировали сразу 14 святых общецерковного почитания, в их числе уже получивших широкую известность в церковной среде преподобных Зосиму и Савватия Соловецких, Александра Невского и Иону митрополита Московского.

Житие Александра Свирского в отличие от житий других святых Православной церкви содержит сюжет о видении им самого Бога, явившегося к нему в образе Святой Троицы - трёх мужей в светлом одеянии. Александр Свирский получил от них повеление построить на месте видения «церковь во имя Отца и Сына и Святого Духа, единосущной Троицы» и устроить обитель. Это событие, описываемое в житии, отводит Александру Свирскому исключительное место в церковной истории. Преподобный Александр Свирский признан единственным православным святым, который удостоился такой чести. Сюжет с явлением Святой Троицы преподобному Александру Свирскому неоднократно отображен в иконографии (см. рис. 25).

В том же 1508 году на месте видения Святой Троицы был основан Свято-Троицкий Преображенский мужской монастырь и сооружена деревянная, а в 1526 г. каменная церковь во имя Святой Живоначальной Троицы.

Есть основания полагать, что идея включения сюжета о видении в житие пр. Александра Свирского Бога в образе Святой Троицы, написанного Иродионом по поручению митрополита Макария, находится в русле деятельности митрополита по возвеличиванию Русской православной церкви, которая, по его мнению, в своем развитии к моменту проведения Поместных соборов 1547-1549 гг., наконец, достигла той степени святости, что «зримо низвела Саму Троицу на Русскую землю».

В 1641 г. при строительстве Преображенского собора были обнаружены нетленными мощи пр. Александра Свирского. При их перезахоронении в 1664 г. они были переложены в серебряную, украшенную драгоценными камнями раку, пожертвованную царем Михаилом Федоровичем Романовым, а из мастерской его жены - царицы Евдокии Лукьяновны - был послан вышитый золотом покров, который, как утверждают церковные источники, вышивала лично царица (см. рис. 26).

Это рассматривалось как продолжение особой связи пр. Александра Свирского с царствующий домом, представители которого неоднократно бывали в монастыре. После посещения монастыря в 1876 г. император Александр II озаботился сооружением новой раки, поскольку старая рака изветшала. В 1878 г. на его пожертвования и собранные всем миром средства в Петербурге была изготовлена новая серебряная рака, куда и перенесли мощи пр. Александра Свирского (см. рис. 27).

Через 10 лет, уже по инициативе великого князя Владимира Александровича, сына Александра II, началась реставрация старой раки и в 1893 г. мощи преподобного снова поместили в древнюю раку, где они и размещались до разорения монастыря в 1918 г.

Почему пр. Александр Свирский был удостоен особого почитания среди сонма северных подвижников? Его деятельность, как отмечает Православная энциклопедия, «имеет огромное значение для развития северорусского монашества». Церковь считает его духовным отцом и воспитателем многих северорусских святых и основателей новых монастырей. В истории Русской православной церкви отмечается, что на севере в XVI в. было основано монастырей больше, чем в остальных восьми епархиях Московской метрополии. Среди его учеников называют и основателей монастырей «в Острореченском погосте на Яш-озере» вепса Иону Яшезерского, в «Олонецком уезде на Сяндоме озере» олончанина Афанасия Сяндебского. Сообщается, что о жизни и подвигах семи учеников пр. Александра Свирского сведения не сохранились. Известны лишь их имена и места захоронений. Финляндская православная церковь почитает пр. Александра Свирского как одного из просветителей карелов.

С деятельностью Александра Свирского и его учеников, многих местных святых, ставших основателями знаменитых монастырей и пустынь, как полагают, началась вторичная христианизация северного края. Признание церковью повсеместного бытования в то время язычества среди чуди и лоплян позволяет считать их первопроходцами в распространении православия на Севере. То обстоятельство, что его идеологами выступили представители населения, к которым принадлежали язычники, по всей вероятности, способствовало успеху христианизации местного населения.

Несомненно, сказалась и тесная духовная дружба митрополита Макария и Александра Свирского, которая началась еще в то время, когда Макарий был архиепископом Новгородским и Пскова. В 1542 г. он стал митрополитом Московским и всея Руси. В истории Русской церкви и Русского государства роль митрополита Макария оценивается очень высоко. Современники видели «в нем человека выдающейся начитанности», сумевшего стать в истинном смысле слова Великим устроителем Русской церкви и символом духовного объединения Русской земли. По его инициативе и под его руководством начался сбор «всех чтомых» на Руси оригинальных и переводных книг, основу которых составляли жития святых, для включения их в единое собрание (Четьи минеи) с представлением в церковном календаре (с 1 сентября по 31 августа) по дням памяти святых. Работа длилась более 20 лет и завершилась в 1552 г. Великие макариевские Четьи минеи составили 12 огромных фолиантов. В. Ключевский подготовку «миней» Макарием назвал самым отважным предприятием в древнерусской письменности. При Макарии продолжилась работа над Новгородской IV летописью, началось печатание богослужебных книг.