К молодому дубу Вчера земле доверил я Твой корень преданной рукою, И с той поры мечта моя Следит с участьем за тобою. Словам напутственным внемли, Дубок, посаженный поэтом: Приподымайся от земли Всё выше, выше с каждым летом. И строгой силою ветвей Гордясь от века и до века, Храни плоды ты для свиней, А красоту для человека. Между 1860 и 1862 «Какая грусть! Конец аллеи…»
Какая грусть! Конец аллеи Опять с утра исчез в пыли, Опять серебряные змеи Через сугробы поползли. На небе ни клочка лазури, В степи всё гладко, всё бело, Один лишь ворон против бури Крылами машет тяжело. И на душе не рассветает, В ней тот же холод, что кругом, Лениво дума засыпает Над умирающим трудом. А всё надежда в сердце тлеет, Что, может быть, хоть невзначай, Опять душа помолодеет, Опять родной увидит край, Где бури пролетают мимо, Где дума страстная чиста, — И посвященным только зримо Цветет весна и красота. Начало 1862 Ф. И. Тютчеву Мой обожаемый поэт, К тебе я с просьбой и с поклоном: Пришли в письме мне твой портрет, Что нарисован Аполлоном. Давно мечты твоей полет Меня увлек волшебной силой, Давно в груди моей живет Твое чело, твой облик милый. Твоей камене – повторять Прося стихи – я докучаю, А всё заветную тетрадь Из жадных рук не выпускаю. Поклонник вечной красоты, Давно смиренный пред судьбою, Я одного прошу – чтоб ты Во всех был видах предо мною. Вот почему спешу, поэт, К тебе я с просьбой и поклоном: Пришли в письме мне твой портрет, Что нарисован Аполлоном. 1862 «Тихонько движется мой конь…» Тихонько движется мой конь По вешним заводям лугов, И в этих заводях огонь Весенних светит облаков. И освежительный туман Встает с оттаявших полей. Заря, и счастье, и обман — Как сладки вы душе моей! Как нежно содрогнулась грудь Над этой тенью золотой! Как к этим призракам прильнуть Хочу мгновенною душой! 1862 «Солнце нижет лучами в отвес…» Солнце нижет лучами в отвес, И дрожат испарений струи У окраины ярких небес; Распахни мне объятья твои, Густолистый, развесистый лес! Чтоб в лицо и в горячую грудь Хлынул вздох твой студеной волной, Чтоб и мне было сладко вздохнуть; Дай устами и взором прильнуть У корней мне к воде ключевой! Чтоб и я в этом море исчез, Потонул в той душистой тени, Что раскинул твой пышный навес; Распахни мне объятья твои, Густолистый, развесистый лес! 1863 «Ты видишь, за спиной косцов…» Ты видишь, за спиной косцов Сверкнули косы блеском чистым, И поздний пар от их котлов Упитан ужином душистым. Лиловым дымом даль поя, В сиянье тонет дня светило, И набежавших туч края Стеклом горючим окаймило. Уже подрезан, каждый ряд Цветов лежит пахучей цепью. Какая тень и аромат Плывут над меркнущею степью! В душе смиренной уясни Дыханье ночи непорочной И до огней зари восточной Под звездным пологом усни! 1864 «Еще вчера, на солнце млея…» Еще вчера, на солнце млея, Последним лес дрожал листом, И озимь, пышно зеленея, Лежала бархатным ковром. Глядя надменно, как бывало, На жертвы холода и сна, Себе ни в чем не изменяла Непобедимая сосна. Сегодня вдруг исчезло лето; Бело, безжизненно кругом, Земля и небо – все одето Каким-то тусклым серебром. Поля без стад, леса унылы, Ни скудных листьев, ни травы. Не узнаю растущей силы В алмазных призраках листвы. Как будто в сизом клубе дыма Из царства злаков волей фей Перенеслись непостижимо Мы в царство горных хрусталей. 1864 |
