— Любаша, — вскидывает тонкую бровь она. — Никит, неплохо было бы представить друг другу незнакомых людей. Сколько я тебя учила…
Никита заливается краской, и мне становится его жаль.
Какая она суровая и холодная.
Не зря я не торопилась со встречей.
— Мамуль, прости. Это Люба — моя девушка. Люба — это Надежда Николаевна, моя мама.
Я киваю.
Честно, не знаю, как себя вести в подобных ситуациях.
Но судя по ее королевскому неприступному виду, мне следовало сделать реверанс…
— Значит, машина… — задумчиво повторяет она.
Мне хочется съежится в комочек под ее строгим взглядом.
— …и только?
— Что ты имеешь в виду, мам?
Она слегка поворачивает голову в его сторону и одаривает многозначительным взглядом.
Ни я, ни Никита не можем его расшифровать.
Но Надежду Николаевну, кажется, удовлетворяет подобный результат.
— Ужин в субботу в шесть. Я вас жду.
Рот Никиты непроизвольно открывается. Он хочет что-то сказать или возразить.
Я же считаю, что лучше всего сейчас согласиться, а потом…
Такое тяжелое впечатление произвела на меня эта женщина, что я готова пойти даже на небольшую ложь!
— Конечно, мам, — произносит Никита и только после поворачивается ко мне. — Да, Люб? У нас на субботу нет же никаких планов?
Я киваю и с улыбкой отвечаю:
— Конечно.
— Вот и чудесно. Познакомимся поближе. А теперь, прошу меня извинить — у меня много дел. До свидания.
Мы прощаемся, и она уходит дальше по коридору, оставляя за собой тонкий, едва уловимый шлейф дорогих духов.
Я невольно выдыхаю, когда она скрывается за поворотом.
— Никит, а ужина никак нельзя избежать?
Он хмуро качает головой.
Но его лицо вдруг проясняется. На губах играет загадочная улыбка.
— Ты меня прости, но я ее боюсь…
Приподнимаю его руку, забираюсь под нее и прижимаюсь к нему.
После этого разговора до сих пор чувствую холод, и пытаюсь согреться под защитой Никиты.
— Не волнуйся, — он целует меня в макушку. — Я никому не дам тебя в обиду. Даже ей…
Глава 11
Люба
Возвращаемся к машине.
Смотрю на часы — мы уже опоздали на последнюю пару. Можно больше не спешить.
Устало вытягиваю ноги в кресле автомобиля.
Ну и денек сегодня.
В голове теснятся неприятные мысли.
Я настолько устала и вымотана за сегодняшний день, что глаза устало слипаются.
Хотя на дворе все еще стоит день.
Слишком много событий.
Да еще так неоднозначных…
— Котенко, ты как? — прихожу в себя от слов Никиты.
Он заботливо смотрит на меня влажными глазами.
Я вдруг краснею от стыда вспоминая поцелуй с этим страшным мужиком и то, как мое тело реагировало на него.
Я самая настоящая предательница.
— Все в порядке? — в его голосе неподдельная тревога.
Улыбаюсь через силу — не хватало, чтобы он меня еще раз к врачам потащил.
— Устала, Никит, только и всего.
Он понимающе кивает.
Он вообще у меня — понимающий.
И заботливый.
Отличный парень — убеждаю себя.
— Отвезу тебя домой.
Заводит машину и аккуратно сдает задом.
Я прикрываю глаза и погружаюсь в дремотное состояние.
Приеду домой и завалюсь спать.
Точно.
На свежую голову и буду думать, что со всем этим делать…
— Хочешь закажем доставку? — предлагает Никита.
А мне сейчас не до еды… стоп. Он что, собирается провести со мной вечер?
Отрицательно качаю головой:
— Никит, я сегодня устала. Хочу отдохнуть.
— Не вопрос, — бодро отвечает он. — Просто посмотрим фильм и поедим роллы. Твои любимые.
Чуть скрежещу зубами.
Сегодня его заботливость достигает апогея.
Он искоса поглядывает на меня.
— Обещая не приставать, — и делает игривое движение бровями.
Тема секса остро стоит перед нами.
Мы встречаемся уже давно… это по мнению Никиты.
А по-моему — я еще не готова. И когда буду готова — не знаю.
Не то, чтобы я ломалась и набивала себе цену, но…
Первый раз должен быть особенным.
Никита в последние недели становится просто назойливо-надоедливым.
Выпрашивает секс при каждом удобном случае.
Намекал даже на нетрадиционные варианты…
Он реально думает, что дело в этом?
Вот и сейчас. Обещает не приставать.
А я уверена, что не сдержит обещания.
А потом, когда я откажу, будет дуться и обижаться…
— Фильм, так фильм, — соглашаюсь я, чтобы не развивать эту тему.
Нет, я не собираюсь мариновать его вечно, просто… просто…
Блин, даже не знаю, как это объяснить.
Ну, не готова я с Никитой. Пока…
Перевожу разговор на прошедшее тестирование и на то, как вообще прошел учебный день.
Никита рассказывает, я больше поддакиваю и изредка задаю уточняющие вопросы. Так мы коротаем время до моего дома.
Я снимаю маленькую однокомнатную квартирку.
Спасибо родителям. Мне очень совестно тянуть из них деньги на жилье, но папа настоял.
Говорит, в общежитии мне не дадут заниматься нормально и трудно будет сосредоточиться.
Ничего, скоро я устроюсь на работу и уже сама смогу помогать родителям.
Мы чаще проводим время у меня, чем у Никиты.
Он все еще живет вместе с мамой, а я пока не планировала с ней знакомиться.
Да, я бывала у него пару раз в гостях, но быть застигнутой неожиданно вернувшейся Надеждой Николаевной для меня перспектива не очень.
Как в затасканных анекдотах.
Никиту же ничего не смущает.
Говорит, что ему все равно где, если мы вместе.
Поднимаемся.
Он быстро делает заказ и начинает выбирать фильм.
Я устраиваюсь на диване и прикрываю глаза.
Никита оглядывается и быстренько присоединяется ко мне.
Заботливо обнимает за плечи и прислоняет к своему плечу.
От него приятно пахнет чем-то свежим и немного колючим.
Через светлое поло чувствуется биение сердца.
Прикрываю глаза.
Пусть посмотрит фильм, а я пока вздремну.
Мне нужно восстановить силы. После такого стресса мозг отказывается нормально думать.
Начинаю медленно уплывать в сладкую обволакивающую дремоту и…
Чувствую легкое игривое прикосновение подушечками пальцев.
Никита медленно проводит по моей руке. Гладит волосы.
— Ники-ит…
Рука замирает.
Спустя мгновение вновь неторопливо начинает скользить по мне.
Касается легонько груди, сжимает ее.
Я не монашка, но…
Начинаю дышать быстрее.
— Никит, ты же обещал.
— Котенок, ну сколько можно. Я же так переживал сегодня, и такой день, — начинает он бормотать возбужденно. — По-моему, ты так себе представляла это… ну или примерно так.
Мои тяжелые веки распахиваются.
— Ты серьезно? Сейчас вообще не подходящий момент…
— А мне кажется как раз наоборот, — он приподнимает мое лицо и смотрит ясным незамутненным взором. — Мы вместе уже давно…
Ох, опять это его излюбленное «давно».
— … а сегодняшний день доказал мои намерения…
Я вообще отказываюсь понимать что-либо.
— Какие намерения, Никит? Ты чего? Я очень устала и хочу немного отдохнуть. Давай отложим этот разговор…
Он бледнеет. В глаза поблескивают льдинки.
Сейчас его взгляд очень напоминает взгляд Надежды Николаевны — холодный и пронизывающий.
— Не знаю, Люб, — он рывком садится на диване. — Я не уже не знаю как к тебе подступиться и как просить…
Начинается.
— Ну сколько можно испытывать меня? — вскакивает с дивана и начинает расхаживать по комнатушке.
— Никит, — я стараюсь говорить мягко. — Я не испытываю тебя. Я люблю тебя…
Он резко оборачивается на эти слова. Лицо обиженного ребенка.
— …просто мне надо время, я же говорила. Неужели для тебя это так важно?
Горько усмехается.
— Никто из моих знакомых так долго не ждет, понимаешь?
Меня бросает в краску.
Неужели он относится к занятию любовью как к какому-то соревнованию?