То, что я вижу ее слабость, вряд ли ей по душе.
Почему-то приходит мысль, что она мне этого не простит.
— Никит, это сложности по работе… бизнесу…
— И?
— Ты все равно ничего не понимаешь в этом…
— Мам, — в его голосе отчетливо слышится раздражение, злость и… обида, — я не ребенок вообще-то.
Надежда Николаевна резко оборачивается.
Свет из окна четко очерчивает ее силуэт, затемняя лицо.
Только глаза поблескивают голубым.
Вздыхает.
Словно не до конца уверена, стоит ли посвящать сына в тонкости.
— Ко мне пришли… люди из... «конторы».
— Какой конторы, мам? Можешь говорить понятно?
Надежда Николаевна горько усмехается.
— Я же говорила — тебе рано лезть в эти дела, Никит. «Контора» — это силовики, понимаешь? Они действуют в чьих-то интересах, и раз она пришли ко мне, значит мой бизнес кому-то сильно приглянулся. Такие наезды так просто не организуешь…
Никита опускает руки.
Мне становится его искренне жаль.
Он так хотел помочь, но… Я вообще ничего не поняла из того, что сказала его мама, но, видимо, дела очень плохи.
Никита стоит перед ней понурив голову.
Большие руки с ухоженными длинными пальцами сжимаются и разжимаются в кулаки.
— Давай я встречусь и поговорю… — предлагает он тихо.
— С кем, Никит? Хочешь, чтобы я думала не только как бизнес уберечь, но и тебя? Сиди уж спокойно…
Он продолжает стоять, только шея слегка краснее.
Я решительно подхожу к нему и беру за руку. Это то немногое, что я могу для него сделать.
— Зря я тут вообще разболталась… с вами, — Надежда Николаевна выдавливает это сквозь зубы и словно не замечает моего жеста.
Хотя, я думаю, что все она видит. Все видит и все запомнит.
Не производит она впечатление человека, который что-то упускает…
— Есть только один человек, способный помочь мне, — продолжает рассуждать Надежда Николаевна.
Никита кивает.
— Дети… посидите пока… сейчас я…
Она подходит к столику, на котором лежит мобильный телефон.
Поднимает и быстро набирает номер.
Я замечаю блеск слез в ее глазах.
Растеряно смотрю на Никиту.
Вот так ужин-знакомство с мамой.
Я бы, конечно, предпочла уйти, но прекрасно понимаю, что Никита не может оставить маму в такую минуту.
И твердо решаю не оставлять его.
Он мой молодой человек и я сделаю для него все, что будет в моих силах.
— Привет.
Я вздергиваю голову, настолько удивительная перемена в голосе.
Снежная Королева в одно мгновение превращается в милую нежную девушку.
В ее голосе звучит… сексуальность?
— Ты прости, что звоню, — неожиданно слегка кокетничает она, — знаю, ты занятой человек.
Ей что-то быстро отвечают.
— Думаешь о делах даже с закрытыми глазами, — милая улыбка играет на ее губах.
Перемена в поведении меня очень поражает.
Удивительная женщина!
Скорее женским чутьем и интуицией я догадываюсь, что разговаривает она с мужчиной, который был или до сих пор близок.
— У меня серьезные проблемы, Руслан…
Руслан?
Это необычное для меня имя возникает уже второй раз за последнее время.
При воспоминании о Руслане Тагировиче я вспыхиваю и настолько отчетливо представляю его лицо, будто он стоит напротив.
— У меня сложности…
И через секунду добавляет.
— Да. Ты прав, как всегда. Были бы сложности — не позвонила бы… У меня серьезные проблемы. Мог бы ты приехать?
Проходит еще одно мгновение.
Очень волнительное
Не знаю, почему я так волнуюсь, но мне очень хочется чтобы неизвестный Руслан приехал и помог маме моего парня.
Никита крепко сжимает мою ладонь. Он тоже очень напряжен.
— Спасибо, — шепчет в трубку Надежда Николаевна и убирает телефон.
Поворачивается к нам.
Ее лицо еще не успело покрыться коркой привычного льда: глаза блестят от возбуждения, на щеках алеет легкий румянец.
— Сейчас приедет…
Никиту тоже будто отпускает.
Он выдыхает. Лицо разглаживается.
Мне хочется спросить, кто приедет, но я жутко стесняюсь проявить свое присутствие.
— Может быть пока чаю?
Сначала мне кажется, будто она забыла про ужин, но чуть позже я понимаю: она хочет пригласить и Руслана.
Теперь это не ужин, чтобы познакомиться с девушкой сына, а ужин для него.
Возможно, в его честь.
Что ж, мне абсолютно неважно. Приступами ложной гордыни не страдаю.
Только бы у всех все было хорошо.
Хочется, чтобы в этом холодном доме выдохнули с облегчением и наконец расцвели улыбки.
— Ну вот, Любаш, так получается, что сегодня ты познакомишься и с моим отцом…
Глава 14
Люба
Пожимаю плечами — ну, познакомлюсь и познакомлюсь.
Не то чтобы я без уважения отношусь к отцу Никиты, но знаю, что он особенного участия в его жизни не принимает.
Да, и, кроме того, он отчим. И разошлись они с Надеждой Николаевной довольно давно.
Что случилось в семье — я не знаю. Предпочитаю тактично не лезть с расспросами. Когда Никита сочтет нужным, тогда и расскажет.
Никита как-то сникает.
Напряжение, густое, как сироп заполняет комнату.
Выпито по несколько чашек чая, а разговор после нескольких робких попыток совсем заглох.
Мы ждем. Просто ждем.
Никита напряжено что-то обдумывает, но своими мыслями со мной не делится.
Требовательный стук прерывает молчание.
Надежда Николаевна вздрагивает будто очнувшись ото сна и вскидывает голову.
В ее больших синих глаза застывает испуг.
Она поднимается и спешит к двери.
— Кто? — слышу я от порога.
Щелкает замок.
Раздаются быстрые уверенные шаги.
Я поднимаю голову и оборачиваюсь навстречу гостю и…
Господи!
От неожиданности я даже отступаю на пару шагов.
Сердце сбивается, а грудь разом сдавливает стальными тисками.
Рядом с Надеждой Николаевной стоит… Руслан Тагирович!
Мой недавний похититель и соблазнитель!
Я настолько в шоке, что не могу поверить глазам.
Губы приоткрываются. Пытаюсь вдохнуть воздух, но грудь отказывается подниматься.
Он стоит у входа в гостиную.
Высокий. Сильный. Опасный.
Одет безупречно: дорогой черный костюм по фигуре и белоснежная сорочка.
Элегантно и просто.
Окидывает нас с Никитой взглядом.
Задерживается на моем лице.
Я ошеломленно смотрю на него не в силах отвести глаз.
Едва заметная улыбка появляется на губах. Он проводит ладонью по бороде и усмехается.
В глубине темно-зеленых, почти черных глаз вспыхивают волнующие искры.
— Хочешь чего-нибудь выпить?
Голос Надежды Николаевны раздается приглушено, будто из-за толщи воды.
Мир расфокусируется и рассыпается на части как пазл.
Я с трудом удерживаю себя в рамках.
А Руслан ведет себя как ни в чем не бывало.
Качает отрицательно головой.
— Мы не одни… — Надежда Николаевна поворачивается и смотрит в мою сторону. — Это… это…
Сердце, спотыкаясь начинает гулко стучать в груди. Разгоняет кровь по онемевшему телу.
Мир возвращается в свое обычное состояние медленно и неохотно.
— Это Люба, — вступает в разговор Никита. — Моя девушка.
Надежда Николаевна нехотя кивает.
И как расценивать ее отношение?
Ладно, сейчас мне точно не до этого.
Есть проблемы посерьезнее — посередине комнаты стоит опасный хищник, который положил на меня глаз.
Он так и сверлит меня тяжелым горячим взглядом.
— Пойдем поговорим? — предлагает она Руслану.
Тот пожимает плечами. Уголки губ пренебрежительно опускаются вниз, словно говоря: «Как скажешь».
В душе я безумно рада.
Каждая секунда с ним рядом дается мне очень тяжело.
Я чувствую кожей его взгляд и обжигающий жар тела. Не могу не реагировать.
С ужасом понимаю, что соски затвердели до звона металла.
Бросаю взгляд на платье в ужасе от того, что это может быть заметно окружающим.