Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Теперь он вроде бы начал реабилитироваться. И, наверное, драка с одним из игнатовцев тоже помогла ему психологически разгрузиться. Удивительно, но наш общинный психолог Камила Рафаиловна именно об этом и говорила. Мол, Штурму необходимо хотя бы с кем‑нибудь подраться, только желательно не со своими, чтобы остальные смогли оценить такой поступок. Учитывая, что игнатовцу он всё‑таки навалял, определённую долю уважения в нашем сугубо мужском, где‑то примитивном, а местами даже детском коллективе заработал.

Как говорила наш психолог, у мальчиков самые трудные в жизни первые шестьдесят лет. Наверное, она в чём‑то права. В любом случае нервы сдают у всех, даже у тех, кто прежде никогда не предполагал, что однажды наступит момент, когда контролировать собственную психику окажется практически невозможно.

– Рыцарь, это Первый, – связался я по рации с Димитрием. – Ты уже на месте?

– Первый, немного застряли, – почти сразу ответил он. – Проехались по дороге вокруг дач, так из них молчуны повылазили. Слушай, столько, словно опять первый день начался!

– Потери? – немедленно подобрался я, требуя конкретного отчёта.

– Ну что мы, школьники, что ли? Да ещё и с БТРом? – с явной обидой в голосе отозвался Рыцарь.

Нет, от этих людей я, наверное, уже никогда не добьюсь чёткого исполнения дисциплинарных требований. Может, действительно пора устанавливать строгие правила, придумывать наказания за неправильные доклады и невыполнение команд? В армии за подобные разговоры по радиосвязи вполне могли бы устроить хорошую выволочку. Хотя, если признаться, такая вот своеобразная постапокалиптическая демократия меня более чем устраивала. Ведь главное заключалось в том, что люди слушались, приказы выполняли и в критические моменты не пытались устраивать собрания с голосованием.

– Стоим на повороте, возле дороги на Борец, – продолжил Дмитрий. – Пришлось немного пострелять. Сейчас всё спокойно.

Немного, как я понимал, означало уж точно не стрельбу из арбалетов. Скорее всего, ребята израсходовали некоторое количество боеприпасов к огнестрельному оружию. И именно этот факт меня несколько огорчил. Патроны пока ещё имелись, но их запасы не были бесконечными, а расходовать драгоценные боеприпасы на каждого встречного молчуна представлялось непозволительной роскошью.

– Это нормально, командир, что на дачах столько народу оказалось, – неожиданно вмешался Штурм, решив блеснуть своей эрудицией. – Здесь же сразу за городом, после поворота на Цагельню, начинается сплошная дачная застройка. Люди на выходные приезжали. А вся эта хрень случилась как раз с субботы на воскресенье. Вот они там и остались.

В общем‑то, всё это было понятно и без дополнительных объяснений. Подобные районы мы изначально рассматривали как объекты повышенной опасности именно из‑за большого количества дачников, которые могли превратиться в молчунов. С другой стороны, учитывая, что наш микрорайон и без того окружали улицы с частным сектором, обследование удалённых дачных массивов не казалось первоочередной задачей. Там наверняка находились полезные вещи, а возможно, и выжившие люди, но распылять силы на всё сразу мы не могли.

– А я‑то думаю, почему мы едем, а молчуны если и выскакивают, то небольшими группами и даже догнать машины не успевают, – произнёс я, посмотрев на Штурма. – Казалось бы, их должны были давно взбудоражить звуки моторов. БТР ведь проходил здесь буквально час или полтора назад. По идее, они уже должны были высыпать на дорогу, а мы встретили только отдельных особей.

Впрочем, и тех, кто попадался нам на пути, мы просто давили машинами. Иногда водитель даже не успевал как следует среагировать, когда из‑за кустов или ближайшего забора выскакивала очередная человеческая фигура. Следовал глухой удар, автомобиль слегка вздрагивал, и всё оставалось позади. Ещё недавно подобное зрелище наверняка вызвало бы у меня совершенно другие чувства. Теперь же я лишь отмечал, не повредили ли машину и не пришлось ли водителю резко менять направление.

Молчуны постепенно начинали восприниматься как досадная помеха на пути создания нового, нормального общества на руинах старого. Вон и в словах Рыцаря прозвучало такое спокойствие, словно они всего лишь на кочке подпрыгнули. А ведь на самом деле, думаю, не менее сотни молчунов положили. Возможно, даже больше, учитывая, сколько их могло высыпать из дачных домов на шум бронетранспортёра.

Странно было только то, что мы совершенно не слышали стрельбы. Хотя расстояние между Терешковичами и этими местами составляло километров семнадцать, да и ветер поднялся достаточно сильный, причём дул совсем не в сторону магазина, который мы только что зачистили и откуда теперь вывозили добытые припасы и кур.

Я ещё раз посмотрел на дорогу, уходившую между деревьями. Впереди нас ждали машины с людьми и грузом, а дальше – возвращение домой. Казалось бы, обычный рейд, завершившийся вполне удачно. Но именно эта обыденность происходящего и заставляла задуматься. Мы уже привыкали к тому, что приходится убивать десятки, а иногда и сотни существ, ещё недавно бывших людьми. Привыкали настолько, что перестали даже удивляться.

И вот это, пожалуй, тревожило меня куда больше, чем очередная встреча с молчунами.

– Командир, вижу вас! – сказал Рыцарь.

– Хорошо, глазастый. Едь первым, вы пристроимся сзади.

Штурм, да и не только он, усмехнулись. Весело им… Словно в игры играем. Хотя… стратегия такая вот выходит. Сражаемся, ресурсы находим, развиваемся. Только это не цифра – это жизнь.

В Скиток мы прибыли ближе к полудню. Посёлок встретил нас тишиной, нарушаемой только стуком молотков, скрипом колодезного ворота.

Со стороны всё выглядело почти мирно. Словно бы хозяева дач просто спят. За заборами росли яблони, на некоторых ещё висели плоды, у одного из домов были детские качели, которые раскачивались ветром, словно бы только что ребенок спрыгнул и побежал в дом.

Только мешки с песком у въезда, два вооружённых часовых и натянутая поперёк дороги проволока напоминали, что мир, в котором можно было спокойно приезжать на дачу по выходным, давно закончился.

– Нам мало было одного чекнутого Рыцаря? Подавай еще, – последовал комментарий от Штурма.

Мы остановились. Димитрий уже вышел из нутра БТР и братался, обнимался, о чем‑то оживленно, жестикулируя, говорил со своими друзьями.

Те были в доспехах, как средневековое воинство. Дамы с луками… Будут теперь конкурентки моей Насте. Хотя она у меня вне конкуренции.

– Александр, рад видеть, – произнёс…

– Ты… Скиф. Правильно? – спросил я у подошедшего ко мне невысокого, но жилистого, явно тренированного, молодого мужика.

Он был в кольчуге, с полуторным мечом, со щитом на спине. Небольшой арбалет. Упакован по нынешним временам неплохо, если за скобками держать огнестрел. Ну и уверен парень в себе.

– Да, это я Скиф. Серьезно вы так приехали. Показали нам место? – говорил он. – Понятно, что подчинять пришли.

– А дипломатия – не твой конек. Прямо рубишь правду‑матку. Не бы сказать, что мы прибыли дабы влить вас в наше славное воинство и все такое…

– Первый… Тебя же так называют? Зачем эти ужимки. Логично и рационально нам под тебя пойти. И слово Димитрия у нас весомо. Так что… принимайте.

– Хорошо. Тогда начнём с того, что твои семнадцать человек сегодня же пройдут проверку. Не показательное выступление, не турнир и не тренировочный бой, а самую обычную проверку готовности. Посмотрим, кто что умеет, как выполняет команды и насколько способен действовать в составе подразделения. И ещё, Скиф… Я знаю Димитрия, – я задержал на нём взгляд, – Ему доверяю. Мы вместе с первых минут. Тебя не знаю. Или он у вас главный, или никак.

– Ты тоже так себе дипломат, – усмехнулся он. – Ну пойдем в дом. Дачный поселок мы надежно зачистили. Но с соседних дач нет‑нет, но приходят гости. Так что нужно быть на чеку.

– Многих потеряли? Огнестрела у вас нет, – спросил я.

– Многих… меньше наших, но у нас не только люди с клуба, тут и другие. Вот они…

155
{"b":"982856","o":1}