Таннер без промедления застрелил его, затем он и напарник рванули обратно в лес, спины грело жаром пожара.
Пробежав несколько десятков метров, Таннер бросил взгляд назад, увидел, как часть экипажа патрульного катера прыгает за борт и плывёт к берегу, а «Зодиак» тем временем отходит от взрывов на моторе.
Таннер выругался и поспешил догнать Филлипса, который уже нашёл их запасную позицию и был готов к следующей детонации.
РЫБАЦКАЯ ЛОДКА
ГАВАНЬ СЯМЫНЯ, КИТАЙ
АПРЕЛЬ 2012 ГОДА
У Митчелла отвисла челюсть, и он обнаружил, что вскакивает на ноги, чтобы лучше рассмотреть происходящее.
Бочки на двести восемь литров разрывались, подбрасывая другие в воздух, всё это — часть адского фонтана, вздымающегося от причала и извергающего оранжево-красные ливни горящего дизельного топлива. Десятки мелких взрывов вспухали грибами перед стенами чёрного дыма, пока вонь топлива и раскалённого металла наконец не докатилась до них через воду.
Старшина «морских котиков» Таннер оказался прав насчёт пороха, но именно китайцы изобрели ещё и фейерверки, и это представление соперничало со всем, что Митчелл когда-либо видел — в бою или где-либо ещё.
Сама топливная баржа наконец взорвалась одним чудовищным взрывом, сперва вспышка почти белого света, затем грохот, заставивший всех на борту вздрогнуть, отразившись эхом от противоположного берега.
Тысячи горящих обломков взметнулись высоко в небо, будто рой шутих, затем рухнули в тёмную воду, мгновенно гаснув, шипящий пар разлетался кольцами, пока нос баржи внезапно не показался позади пламени. Нос задрался и начал тонуть, остальная часть судна либо исчезла, либо просто скрылась за бушующим огнём.
Экипаж патрульного катера, скользившего к барже, метался по палубе, судно начало отворачивать от катастрофы у левого борта.
Но затем кабина крана разлетелась в очередном раскате грома, осколки металла полосовали воздух, как метательные звёзды, вгрызаясь в корпус и рубку патрульного катера, драконье дыхание огня расползлось по палубе, поджигая членов экипажа, которые, шатаясь, добирались до леера и бросались за борт.
Установка заряда C-4 Таннером была настоящим искусством. Пока обломки продолжали врезаться в патрульный катер, массивная стрела крана сорвалась с крепления и медленно рухнула со скрежетом и стоном, столь же пронзительным, сколь и пророческим.
И если время решает всё, то задержка Таннера была намеренной, потому что стрела ударила в переднюю часть рубки патрульного катера, как кувалда по буханке белого хлеба.
Металл отслаивался в снопах искр, пламя лизало поверхности, но спаренные дизельные двигатели катера продолжали работать, волоча и сгибая стрелу за собой, волны внезапно поднимались над бортами под всем этим дополнительным весом. Внезапно нос полностью ушёл под воду, вода хлынула к её зенитным орудиям.
— Капитан, я разбираюсь в фейерверках, — закричал Хьюм. — И флот устраивает то ещё шоу!
Не прошло и секунды после слов Хьюма, как боеприпасы, хранившиеся в кормовых рундуках патрульного катера, начали взрываться десятками хлопков, треска и грохота, озаряя искалеченное судно, будто рок-концерт.
Взрывы новых бочек с топливом на причале, рёв всё ещё горящей топливной баржи, скрежет рухнувшего крана вместе с детонирующими боеприпасами патрульного катера слились в яркий маяк разрушения, видимый и слышимый на километры вокруг — особенно теми, кто находился вдоль обесточенного побережья.
И теми, кто был в воздухе.
— Вон он! — крикнула Диас, когда они прошли прямо напротив горящего причала. Стрелок уже взяла на прицел вторичную винтовку, Cx4 Storm SD.
— Вижу, — ответил Митчелл, заметив вертолёт, чьи двери были сняты, чтобы стрелки могли высовываться с обеих сторон.
Прожектор вертолёта нарисовал сияющую лужу в гавани, густой дым клубился сквозь его луч. Митчелл прищурился, когда свет на миг ослепил его.
А затем, как раз когда луч сместился, двое солдат в шлемах подняли винтовки.
— Огонь без ограничений! — приказал Митчелл, открывая огонь из своей MR-C, винтовка Диас застрочила секундой позже.
Пилот среагировал немедленно, резко заложив крен влево и набирая высоту, брюхо вертолёта блестело от рикошетящих пуль ещё несколько секунд, прежде чем пилот наконец вышел из-под огня.
— Бери больше на упреждение, больше! — закричал Митчелл, видя, насколько быстрее оказался вертолёт, чем ожидала его группа.
Дженкинс, всё ещё за штурвалом, повернул лодку влево, проведя их мимо нескольких длинных причалов, заставленных старыми сампанами и парой джонок с багровыми парусами, ожидающими развёртывания. Трио более современных паромов было пришвартовано позади них. Дженкинс сделал ещё один поворот, теперь направляясь прямо к проходу между Хайцаном и островом Гуланъюй.
— Он не возвращается, — сказал Смит, опуская винтовку. — Какого чёрта?
Канал входящей связи появился в HUD Митчелла.
— Лучше поторопитесь, сынок, — предупредил генерал Китинг. — Помните, «Монтана» не всплывёт, пока вы не пройдёте тот проход. И она не всплывёт, пока там наверху этот вертолёт. — Генерал отвернулся от камеры. — Что там? Секунду, Митчелл.
— Быстрее нельзя? — заорал Бизли.
Дженкинс покачал головой.
— Вот блин, глядите! — закричал Рамирес.
Когда Митчелл повернулся к носу, Китинг снова появился в HUD.
— Так, Митчелл. У вас теперь не один вертолёт, а два.
И эта новая разведданная Митчеллу сейчас была совсем ни к чему. Вторая птица зашла позади первой, и теперь обе неслись обратно к их лодке, носы наклонены вперёд, стрелки берут прицел.
Если «Призраки» переживут это, стоило бы усвоить важный урок: никогда не бери старую рыбацкую лодку на вертолётный бой.
Он выругался, затем закричал:
— Отряд «Альфа», цель — левый вертолёт. «Браво» — правый. Диас, бей по пилотам. Смит? Прекрати огонь и запусти мой дрон!
Смит нырнул на палубу и сбросил рюкзак. Он достал MAV4mp «Сайфер» и швырнул его резко, как фрисби, за борт, пока остальные открыли огонь по вертолётам.
Митчелл взял управление дроном через беспроводной контроллер и направил его прямо на вертолёт справа.
— Не прекращайте огонь! — приказал он, когда оба вертолёта спикировали, чтобы обстрелять их.
Переключив камеру дрона на вид вперёд, Митчелл направил БПЛА в пике, затем поднял его прямо к одному из стрелков, высунувшемуся из открытой двери.
Стрелок поднял взгляд, нахмурился, а Митчелл дал полный газ и вогнал дрон прямо в голову парня, продолжая движение и заводя «Сайфер» внутрь вертолёта.
— Цзайцзянь, — пробормотал Митчелл.
Он нажал большим пальцем кнопку.
Дрон взорвался внутри вертолёта небольшой вспышкой и последующим клубом дыма. Несмотря на относительно малый заряд, самоподрыв всё же оказался достаточно мощным, чтобы вывести из строя обоих стрелков и ослепить пилота, который внезапно рванул вверх, срываясь в беспорядочный разворот.
— Огонь по нему! — приказал Митчелл.
Но он не успел осознать, что второй вертолёт спикировал, как ястреб, выпустив когти, чтобы выхватить рыбу из воды. Пронесясь теперь вдоль их левого борта, вертолёт приблизился, стрелок открыл огонь, а Бизли и Смит ответили в унисон из своих MR-C, пока Диас выпустила залп по окну кабины.
Рамирес, держа свой MK14 одной рукой, направил прицел на дымящийся вертолёт, автоматный огонь вгрызался в стекло и металл.
— Джои! — закричал Смит.
Митчелл повернул голову, когда Рамирес получил пулю в левый бок, у пояса, — пуля отбросила его назад, через борт, в волны.
— Мы потеряли Рамиреса! — закричал Бизли, его слова почти утонули в реве вертолёта у их левого борта, стрелок которого теперь был мёртв, а пилот резко отворачивал вправо.
ПЕСЧАНАЯ КОСА
ГАВАНЬ СЯМЫНЯ, КИТАЙ
АПРЕЛЬ 2012 ГОДА
Старшина «морских котиков» Таннер лежал на животе у последней группы деревьев перед длинным песчаным пляжем, тянущимся позади них. Филлипс был рядом.