Литмир - Электронная Библиотека
A
A

— Отрицательно, мне нужны эти часовые устранены сейчас же.

— Принято. Ждите.

Схемы грузовика не показывали, бронированы ли лобовое и боковые стёкла, и Бизли не мог рисковать, позволив Дженкинсу и Хьюму стрелять через стекло.

Пора было переходить к плану Б — использовать тело врага себе на пользу. Бизли и Браун, пригнувшись, оттащили мёртвого водителя, подперев его у грузовика. Хьюм, засевший у задней двери со стороны водителя, подобрался и постучал в окно водителя. Парень за рулём обернулся.

Из-за проливного дождя и темноты парень не сумел бы толком разглядеть своего мёртвого коллегу — именно на это и рассчитывал Бизли. Стекло опустилось, и в тот же миг Бизли с Брауном отпустили тело падать назад, освобождая место Дженкинсу, засевшему у переднего колеса грузовика, чтобы подобраться и направить пистолет в кабину. Его Px4 Storm SD глухо стукнул дважды. Кровь потекла по боковым стёклам. Дженкинс потянулся и открыл дверь грузовика.

— Отлично, — буркнул Бизли. — Теперь займись вертолётами, пока я разберусь с ботом. — Он открыл заднюю дверь грузовика и забрался внутрь, спасаясь от дождя. Он вызвал главную камеру SUGV в своём HUD и с помощью беспроводного контроллера повёл её к главным воротам. Вдали разгорались фары.

Он увёл дрона с укрытой позиции и начал запускать все шесть дымовых гранат, расставляя их по всей подстанции. Новый замок и угроза электрического пожара, судя по дыму, должны были задержать бригаду энергетиков ещё подольше.

К тому времени, как он закончил и вернул бота на позицию, Хьюм подал сигнал, что все машины выведены из строя и заминированы дополнительным C-4, если понадобится ещё один отвлекающий манёвр.

Теперь пора было двигаться к замку и устранить как можно больше часовых, прежде чем отступить и прикрыть выход отряда «Альфа». Бизли доложил капитану обстановку, затем приказал отряду «Браво» выдвигаться к зданию с западной стороны замка.

Внимание Диас разрывалось между снайпером, бегущим вдоль противоположной горы на севере, и двумя часовыми внизу. Ей пришлось трижды корректировать чёртову огневую позицию, прежде чем она наконец взяла на прицел первого парня.

Но дождь. Весь этот проклятый дождь. Всё, что она могла, — вносить поправки… и стрелять.

Первый часовой рухнул, завалившись за стену, скрывшись из виду. Второй, стоявший прямо за углом, дрожа под свесом крыши, повернул голову, будто что-то услышал.

Он начал говорить в рацию.

Диас подождала, пока он закончит. Затем, без предупреждения, налетел резкий порыв ветра — как раз в момент её следующего выстрела.

Пуля взорвалась в стене чуть выше левого плеча часового.

Братья заорали у неё в голове, пока она одним плавным движением перезаряжала, а часовой упал на живот, ища укрытия.

Но она всё ещё держала его на прицеле. И когда он пополз вперёд, второй выстрел настиг его точно в середину спины. Больше он не пошевелился.

— Капитан, я Диас. Путь свободен!

Митчелл и Смит трусцой двинулись к главному входу центрального здания, а Рамирес и Нолан свернули направо, к длинной изогнутой стене восточного здания с рядами прямоугольных окон. Приблизившись, им предстояло снять двух часовых, прежде чем проникнуть внутрь.

По данным человека ЦРУ внутри, полковник Сюй находился в центральном здании, тогда как остальные разместились соответственно в южном, восточном и северном зданиях. Их местоположения оценили аналитики разведки «Призраков» и отправили в HUD Митчелла, так что ему и остальным оставалось лишь следовать индикаторам разведданных, чтобы найти этих людей.

Стоит признать: Митчелл выбрал устранить именно Сюя, потому что знал — Фан был размещён на крыше здания Сюя. Фан спустился, когда усилился дождь, и Митчелл предполагал, что ублюдок сейчас где-то внутри.

Рамирес полз на четвереньках сквозь грязь, приближаясь к первому часовому, который шмыгал носом, съёжившись у двери, оружие направлено в землю. Рамиресу нужно было, чтобы тот повернул голову чуть больше, так что он выдал короткое:

— Эй!

Часовой посмотрел вниз, вверх, не увидел Рамиреса. Нахмурился, моргнул — и наконец заметил его и повернулся.

Один выстрел с глушителем в голову положил конец его удивлению и дискомфорту.

Рамирес махнул Нолану, и они держались плотно к стене, обежав к противоположной стороне здания, где у другой двери стоял второй человек.

Они пригнулись, приближаясь, Нолан чуть отступил от стены, поднял пистолет — как раз когда часовой поднял голову и посмотрел на них.

Выстрел опрокинул его на спину.

Рамирес поднялся и подбежал к нему. Чистый выстрел в голову. Он оглянулся на Нолана, поднял большой палец. Они попробовали дверь: заперта. Рамирес достал набор инструментов и принялся за работу, пока Нолан прикрывал его.

У них на пути оставался ещё один часовой. Он, разумеется, стоял у двери адмирала Цай Мина.

Нолан выругался и внезапно выстрелил. Рамирес повернул голову — как раз чтобы увидеть, как часовой, стоявший у южного здания, рухнул замертво.

— Он как раз выходил из-за угла, — объяснил Нолан. — И, может, поторопишься? Не то чтобы плохие парни пытались нас пристрелить или что-то такое.

Рамирес воткнул один из инструментов в замок.

— Я художник, братан. Терпение.

Хуан выглянул в окно и увидел мёртвого часового, лежащего рядом с центральным зданием. Это происходило прямо сейчас, и он ничего не мог с этим поделать.

Они были в западном здании, на пятом этаже. Он взглянул на жену, крепко спавшую, свет свечи играл на её лице.

Раздался стук в дверь. Хуан нахмурился и открыл.

На пороге стоял Пан, фонарик в одной руке, пистолет в другой.

— Выйди на балкон, — сказал он.

— Пан, что это значит?

— Ты знаешь, что это значит.

— Нет, не знаю.

— Я вернулся к себе и начал думать, и понял: твоя маленькая сделка с полицией дала мне идеальную возможность.

Хуан покачал головой.

— Не верю тебе.

Пан поднял пистолет ещё выше.

— Они подумают, что тебя случайно застрелили полицейские или один из людей Фана. У твоей семьи нет денег на вскрытие. Расследования не будет.

— Пан, послушай меня. Если ты выстрелишь, всё будет разрушено. Неужели убить меня стоит настолько дорого? Подумай о своих сыновьях. И помни: если бы у тебя не было сомнений, ты бы сейчас со мной не разговаривал.

Пан шагнул вперёд, пистолет навис над лбом Хуана.

— Это единственный способ сохранить лицо перед советом.

— Нет, не единственный. Когда всё закончится, я уеду, хорошо? Нет причин стрелять в меня.

Дыхание Пана участилось, и Хуан почти слышал, как скрежещут шестерёнки в голове этого человека.

— Пан, иди спать.

Фан стоял у двери Сюя, фонарик светил в пол. Ряд балконов пятого этажа был погружён в темноту. Он попытался связаться с сержантом Чжуном, который снова не ответил. Что этот дурак вытворяет теперь? Забился куда-то покурить? Фан был в паре секунд от того, чтобы спуститься и отдубасить его тростью.

Он взглянул на часы. Питание должно было скоро вернуться, и это радовало. Дождь, гром и молнии резали глаза и ломили кости. Прямо через балкон крыша здания провисала, желоба воды устремлялись вниз, пролетая пять этажей до грязного двора внизу.

Позвонив ещё раз по рации без ответа, Фан решил связаться со своими снайперами. От первого — ничего.

Но голос второго прозвучал напряжённо от натуги:

— Капитан, кажется, заметил кого-то на южном гребне. Возможно, ещё один снайпер. Нужно время подтвердить, приём.

— Выясни, кто это.

— Так точно, сэр.

Фан немедленно вызвал свою первую группу охраны в восточном здании. После долгой паузы ответил лишь сержант Кэн, часовой у двери адмирала Цая. Фан потребовал узнать, что происходит с остальными, но Кэн не был уверен. Со своей позиции он видел только двор.

Фан рванул вдоль балкона к лестнице. Он приказал одному из людей сержанта Чжуна подняться и занять его пост, но снова в ответ — лишь треск помех.

43
{"b":"982683","o":1}