Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Эти меньшие, лучше оснащённые подразделения, наряду со спецназовскими группами Сюя, были именно тем, что требовалось группе «Прыгающие тигры» для запуска первого этапа плана.

Тигры, рождённые весной, становятся самостоятельными после второго года, на третью весну, но Сюй и его группа ждали намного дольше этого, чтобы навязать свою волю тогда, когда остальные в Пекине были слишком трусливы для этого. Время для Востока и Запада бороться за превосходство в Тихом океане приближалось.

— Генерал, мы продолжим очень пристально следить за обстановкой. Верю, вы уведомите меня, когда придёт время готовиться к финальной сессии.

— Я пришлю обычного курьера. — Внимание Чэня переключилось на фотографию на столе Сюя. — И можете передать родителям, что уже недолго осталось.

Сюй кивнул. После долгой ночи за бутылкой он, весьма о том сожалея, поделился самой сокровенной историей с генералом, чьё собственное пожизненное разочарование в правительстве и подтолкнуло его к действию. Чэнь встал.

— У меня очень насыщенный день и рейс сегодня днём. Завтра встречаюсь с заместителем директора.

Заместитель директора Ван Я из Главного политического управления Центрального военного совета консультировал одного из самых высокопоставленных членов НОАК. Ван был чжэнчжи цзюньгуанем (политическим офицером), выпускником Академии военных наук Китая, членом Государственного совета, назначенным Всекитайским собранием народных представителей (ВСНП) на тринадцатом Всекитайском съезде. Чэнь собирался говорить с самым влиятельным союзником группы в комплексе на западе Пекина. С самого начала Ван оказывал деятельности «тигров» твёрдую, но негласную поддержку. Когда придёт время, влияние Вана окажется бесценным.

— Генерал, спасибо, что приехали. Буду ждать вашего сообщения.

— Отлично. И помните: когда придёт время, нам нужно будет действовать очень быстро.

— Понимаю, сэр.

Провожая генерала, Сюй застал капитана Фан Чжи, ожидавшего его в приёмной.

Фан торопливо вошёл и сказал:

— Вы слышали новости?

Сюй усмехнулся.

— Уже несколько часов, друг мой.

— Думаете, время пришло?

Сюй помедлил.

За последние четыре года они с Фаном стали близкими друзьями. Ни один из них не показал особо высоких результатов на Олимпийских играх, но именно там между ними завязались эти отношения.

Как только Сюю удалось выхлопотать для Фана офицерское звание в НОАК, он очень медленно, очень осторожно начал знакомить Фана со своими коллегами. Фан действительно поделился глубокими знаниями об операциях и тактике американского и союзного спецназа. Но Фан всё же был родом с Тайваня, и Чэнь с другими предупреждали Сюя, что Фану никогда не следует доверять полностью.

Следовательно, Фан вполне осознавал существование группы и её состав, но не входил в её внутренний круг и не знал точной природы её планов. Его задачей, как обычно, было руководить группами охраны всякий раз, когда группа собиралась.

Сюй наконец ответил:

— Пришло ли время? Не знаю. Правда, мы ждали долго, но условия должны быть идеальными. Не забывай о других возможностях, что появлялись и уходили. Нужно набраться терпения.

— Понимаю.

— Однако я хочу, чтобы ты отправился в горы, встретился со старейшинами и посмотрел, сможем ли мы закрепить за собой то место для встреч, что мы обсуждали.

— У вас есть точный день и время?

— Пока нет. Но я хочу, чтобы ты выяснил, насколько быстро они смогут нас принять.

— Немедленно этим займусь.

С колотящимся сердцем Фан Чжи вышел из кабинета Сюя и забрался в свой «Смелый воин» — новый полноприводный внедорожник, напоминавший уменьшенную версию американского «Хаммера», выкрашенный в оливково-зелёный цвет. Он покинул штаб групповой армии, направляясь на восток, к внутренним горам.

Вскоре асфальтированные дороги сменились грунтовыми, и он громыхал мимо холодных ручьёв и бурых лесов, которым скоро предстояло потеплеть и вновь зазеленеть пышной листвой. В некоторых местах, где дома были полностью укрыты деревьями, единственными признаками цивилизации оставались столбы линий электропередач и телефонной связи вдоль дороги.

Дорога становилась всё круче, извилистее, крупные ветви нависали над грузовиком. Фан бывал на этом месте только по ночам и сейчас позволил себе на мгновение залюбоваться прекрасным сельским пейзажем. Это была его родина.

Единственным его желанием было, чтобы Сюй наконец начал ему доверять. Он чувствовал недосказанность в тоне друга, и последние четыре года Фан терпеливо ждал, надеясь, что рано или поздно ему позволят вступить в «Прыгающих тигров» на правах равного партнёра. Пусть ему и не хватало более высокого звания остальных, он был и продолжал оставаться ценным консультантом по тактике, технике и процедурам противника.

Фан знал, что не должен обижаться на Сюя, если этого так и не случится. Его друг находился под давлением коллег, так что Фану оставалось лишь продолжать доказывать свою ценность и преданность.

Он проехал ещё почти два часа, спускаясь в отдалённую долину, где одинокий замок хакка, окружённый крутыми горами и густыми лесами, вздымался из земли, как четвёрка шахтных пусковых установок ядерных ракет: кольца с полыми центрами.

Народность хакка на протяжении веков мигрировала с севера Китая, чтобы обосноваться на юге. У них была долгая и богатая история, и, что особенно примечательно, уникальная форма архитектуры: круглые земляные замки, построенные из глины, золы и отрубей. Эти сооружения поднимались на четыре-пять этажей, а некоторым было больше тысячи лет.

По мере приближения к замку четыре круглых здания с грибовидными кровлями становились всё отчётливее, вместе с центральным квадратным строением, тоже содержащим внутренний двор. Около сотни человек жили и работали вокруг замка. Первые этажи предназначались для хранения еды, готовки, приёма пищи и общения, тогда как верхние этажи использовались как жилые помещения. Самые молодые жили на верхних этажах.

Главный вход располагался через центральные ворота, подобно европейским замкам, и больше всего Фану нравились в этом конкретном замке высокие кованые железные двери, дававшие дополнительную защиту.

Именно Фан предложил договориться с хакка об аренде их замка для встреч. Место было отдалённым, легко защищаемым, и, случись худшее, группу окружали бы гражданские щиты, что могло бы заставить противника заколебаться.

Кроме того, хакка, которым щедро платили за пользование их помещением, обращались с каждым членом группы как с императорами. И, что важнее всего, они были осмотрительны, — а это оказывалось непростой задачей в других местах.

Пока Фан ехал по длинной тропе, затем свернул на дорогу, играющие на насыпи дети остановились и побежали за его грузовиком.

К тому времени, как он добрался до ворот, вокруг него собралась небольшая толпа малышей, и один из четырнадцати деревенских старейшин, Хуан, седой, худой как жердь старик, чьи брюки были подпоясаны высоко над пупком, разогнал детей и подошёл к Фану, когда тот вылезал из машины.

— Это новая? — спросил Хуан, широко раскрыв глаза и проведя пальцами по капоту «Смелого воина».

— Нравится?

— Очень.

— Возможно, я смогу достать и вам такую.

— Нет. Не верю.

— Поверьте.

— Ладно. А теперь заходите на чай. У вас нет выбора. — Хуан натянуто улыбнулся.

Фан последовал за ним через открытые ворота во внутренний двор. Он поднял взгляд на женщин, развешивающих бельё на верёвках, натянутых между изогнутыми балконами.

— Полагаю, вы приехали спланировать очередную встречу? — спросил Хуан, пока они пересекали двор.

— Да.

— Что ж, остальные старейшины стали нервничать из-за всего этого. И вертолёты слишком шумят.

— Значит, ваша цена выросла?

Хуан остановился, обернулся.

— Да, выросла. И мне понадобится один из таких грузовиков.

Фан напрягся.

— Уверен, мы сможем договориться.

Они свернули в узкий коридор, ведущий в скромную по размеру столовую с деревянными столами и очагом.

25
{"b":"982683","o":1}