— Если тебе так интересно, миледи, я ищу тех, кто не пытается привлечь моё внимание. Мне нравится хороший вызов во всём.

И она определённо подпадала под эту категорию.

Сев на край кровати, Гизела медленно расчёсывала мокрые волосы.

В его голове пронеслось множество мыслей и образов.

Ни один из них не был уместным.

«Не думай о ней».

Определённо, легче сказать, чем сделать.

Она была совершенно очаровательна, когда проводила руками по своим волосам. Он мог представить, как делает то же самое, уткнувшись лицом в её затылок и просто вдыхая нежный аромат с нотками роз.

Он не знал, как ей это удавалось, но она всегда пахла божественно.

Даже после целого дня езды верхом.

В этой женщине была своя неповторимая магия.

Он никогда бы не подумал, что может существовать что-то сильнее волшебного зелья, которое Кандара варила в своём котле.

Он ошибался.

И он не собирался давить ни на неё, ни на кого-либо ещё.

В его жизни и так было достаточно проблем.

Меньше всего ему хотелось портить жизнь кому-то ещё.

~ ~ ~

Гизела убрала расчёску в седельную сумку и бросила быстрый взгляд на Заудина.

Он лежал на полу, повернувшись к ней спиной.

Как странно, что она привыкла к его присутствию.

Она больше не спала беспокойно по ночам.

«Я начала доверять».

И это напугало её больше, чем всё остальное, что она когда-либо переживала.

Она кому-то доверяла.

Доверяла настолько, что могла спокойно спать в его присутствии.

Почему?

Она не знала.

Не было никакой гарантии, что он не предаст её.

Не было никаких оснований полагать, что однажды он не превратится в чудовище, одержимое идеей её полного уничтожения.

Её мать могла поцеловать любовника в щёку, а через несколько минут наблюдать, как ему вспарывают брюхо прямо у неё на глазах.

В большинстве случаев это происходило практически без всякой причины.

Эта непредсказуемость всегда выводила Гизелу из себя.

Ощущение, что тот, кто находился рядом, мог внезапно напасть без всякой причины.

Но она не видела ничего, что заставило бы её подумать, будто Заудин был одним из таких людей.

А ещё...

Жить с чувством сожаления было тяжело.

Она знала это, потому что сожалела о многом в своей жизни.

«И о чём я буду жалеть завтра?»

Едва этот вопрос промелькнул у неё в голове, как она поняла, что непременно пожалеет об одном.

«Заудин».

Он был на расстоянии вытянутой руки.

Но испытывал ли он к ней какие-нибудь чувства?

Это был ещё один важный вопрос.

Он был таким же замкнутым, как и она.

Невозможно было понять, что он чувствует или о чём думает.

«Есть только один способ это выяснить...

И он страшит меня не меньше, чем сам Заудин».

В основном потому, что у неё никогда прежде не было отношений с мужчиной.

Не потому, что у неё не было возможности или никто не пытался навязаться ей, а потому, что она никогда ими не интересовалась.

Совсем.

Но всё изменилось с появлением Заудина.

Он пробудил в ней желание попробовать что-нибудь для себя.

Узнать, каково это — разделить ложе с мужчиной.

Она не думала об этом уже много лет.

В юности Гизела пыталась представить, какой мужчина мог бы её заинтересовать.

Как женщину...

Никто не приходил ей на ум.

До тех пор, пока Заудин не ворвался в её жизнь.

Уже за это она должна была быть благодарна своей матери.

«Нет».

Это единственное слово не давало ей покоя.

Если она на это решится, то навсегда изменится.

А возможно, даже зачнёт от него дитя.

Беременная убийца.

Мать точно выгнала бы её из дома.

Или казнила.

Скорее всего, казнила.

В конце концов, её мать была непревзойдённой лицемеркой.

Но в конце концов именно любопытство и желание взяли верх.

Мать всегда говорила, что однажды это приведёт Гизелу к погибели.

Сегодня вечером это привело её прямиком в объятия мужчины, который должен был быть её врагом.

И всё же иного она не желала.

— Займись со мной любовью, Заудин.

Заудин был ошеломлён неожиданными словами Гизелы. Это была женщина, которая пришла сюда, чтобы убить его. И он до сих пор не был уверен, что она этого не сделает, если он даст ей такую возможность.

Конечно, последние несколько дней были...

Особенными — не совсем подходящее слово. Другими, но и это звучало неправильно.

Не существовало слов, которые могли бы описать то, что их объединяло.

Он недоверчиво посмотрел на неё.

— Я не знаю, что на это ответить.

Её щёки заалели.

— Прости. Забудь, что я только что сказала.

Когда она хотела отойти, он схватил её за руку.

— Гизела...

— Всё в порядке, Заудин. Я пошутила.

Ему не нужны были способности брата читать мысли, чтобы понять, что это ложь. Она определённо говорила серьёзно, а сейчас злилась на него.

Гизеле хотелось разозлиться. Более того, ей хотелось наброситься на него.

Но он был прав.

С его точки зрения, её просьба прозвучала совершенно неожиданно. Она никак не дала ему понять, что испытывает к нему подобные чувства. Или что он её хоть немного интересует.

Заудин медленно поднялся со своего тюфяка, чтобы посмотреть ей в лицо.

— Ты правда этого хочешь?

Это казалось глупым, но она не знала наверняка. Она видела множество мужчин и женщин, ведущих распутный образ жизни. Ими управляла похоть. Она не хотела быть похожей на них. Пешкой, движимой гормонами.

Желательно с тем, кто ей нравился.

— Это будет приятно? — Собственный вопрос показался ей глупым.

На его губах появилась очаровательная улыбка.

Он медленно приблизился к ней. Несмотря на то что она не могла видеть его с закрытыми глазами, она чувствовала каждый дюйм его тела.

Он нежно отвёл её руки от лица и обхватил ладонями её щёки. Приподняв её подбородок, он наклонился и прошептал ей на ухо:

— Всё зависит от тебя. Ты очень красивая, и для меня было бы честью быть с тобой, но я никогда не стану навязываться или к чему-то тебя принуждать.

Мысли метались в голове Заудина, когда он провёл кончиком пальца по изгибу её губ, прежде чем приоткрыть их и глубоко поцеловать.

Он закрыл глаза и вдохнул сладость её дыхания. Чувствуя, как её гибкое тело прижимается к нему, он расстегнул корсаж на её блузке.

— Ты уверена, Гизела? — спросил он в последний раз, давая им обоим шанс остановиться, прежде чем они совершат какую-нибудь глупость.

Она кивнула, прежде чем снова прижаться губами к его губам.

— Я никогда не пожалею о близости с тобой.

Он чувствовал то же самое.

— Тогда ни один из нас не будет ни о чём жалеть.

Сердце Гизелы затрепетало, когда он одарил её искренней улыбкой.

Это было неожиданное и захватывающее зрелище.

Его тёмные глаза были полны голода и страсти, а его жар окутывал её. Никогда прежде она не чувствовала ничего подобного, когда он подхватил её на руки и понёс к кровати, где она собиралась спать одна.

Его жар и сила окружали её.

И ей хотелось большего.

Он уложил её, а затем лёг рядом на кровать, которая, казалось, сразу уменьшилась в размерах. Хотя она и знала, какой он крупный, сейчас он казался ей ещё массивнее.

Но всё это перестало иметь значение, когда он снова прильнул к её губам в поцелуе.

Она даже замурлыкала.

Никогда прежде к ней так не прикасались. Никогда она не думала, что простой поцелуй может быть таким невероятным.

И когда его тёплая, мозолистая рука обхватила её грудь, она вздрогнула от нервного возбуждения. Боль и удовольствие пронзили её тело, а жар разлился внизу живота.