— Вообще-то лучший исход — я выхожу из дворца с четырьмя толстыми Камнями Гильдии в кармане, — высокомерно заметила я.

Рен посмотрел холодно.

— Это безумие.

— Вовсе нет. Смотри. — Я развернула планы, открывая чертеж дворца. Он был неполным, однако благодаря исследованиям мне удалось восстановить множество деталей. — Корона не будет на королеве весь день. После утренних торжеств ее поместят сюда, потому что надевают только для церемонии. Леондра сама сказала об этом прессе два года назад, когда была в ней на похоронах дяди. — Я постучала по комнате, где будет храниться украшение. — Более того, корону выставят в стеклянной витрине, ведь избранным представителям публики разрешат пройти экскурсию по дворцу. С двух до четырех она будет прямо здесь…

— Несомненно, под защитой сильнейшей магии и в окружении стражи, — перебил Рен.

— Он прав, — нахмурилась Берди.

— Сама корона не будет защищена, — возбужденно возразила я. — На стеклянной витрине будет магический замок, признаю, очень сильный, но ловушек на украшении не окажется. — Я развернула еще одну газетную вырезку, двадцатипятилетней давности. — Во время коронации Леондры во Дворце Душ случился пожар. Эта корона и многие драгоценности Вега находились на выставке. Стражникам пришлось отключить замки на витринах и вынести сокровища. Но защитные заклинания на украшениях были настолько сильными, что один стражник погиб, спасая их. Готова спорить на задницу, что с тех пор при выставлении магией защищают только витрины, а стражники должны уметь их открывать. Значит, используется подпись прикосновения. И поэтому…

— Слишком много догадок, Фи, — прорычал Рен.

Я мрачно на него посмотрела.

— Это логично, — вмешалась Мэриголд, прежде чем я успела защититься. — После смерти во дворце правила наверняка изменили. Я тоже, как ты выражаешься, готова спорить на задницу, что витрины теперь активируются подписью прикосновения. Однако сигнализация там будет.

— Разумеется. Поэтому мой план такой гениальный, ведь…

— Фи.

— Рен! — огрызнулась я. — Хватит меня перебивать.

— Тогда перестань говорить безумные вещи.

Я зарычала. Он ответил тем же, звери внутри нас рвались к поверхности.

— И зачем тебе вообще камни? — потребовал он. — Ты победила Сайруса. Со временем победишь и Айлу, нужно лишь усерднее тренироваться.

— Этого мало, — горячо возразила я. — Я никогда не стану достойной, пока не докажу право носить фамилию. Если я отниму Камни Гильдии у Вега, как семья посмеет снова усомниться в моей силе?

— Тебе не нужно доказывать им свою ценность, — тихо сказал он. — Для нас ты бесценна. Для меня.

Горло сдавило. Я посмотрела на остальных — все кивали. Кроме Берди, которая по-прежнему разглядывала корону на фотографии.

— Думаю, ты справишься, — медленно сказала она. — Я видела, как искусно ты научилась воровать, Фи. Мы все видели.

Она поискала поддержки у Уилбура и Мэриголд, и сердце воспарило.

— У тебя легкие пальчики изящной феи, дорогая Фелисия, — согласился Уилбур. — Но я… — Он запустил ладонь в густые кудри. — О мои одуванчики, теперь, когда моей семье оказали великую честь служить королевскому роду, я оказался между канарейкой и дыней.

— Ты в идеальном положении, чтобы помочь нам добыть камни, Уилбур. — Я поспешила вперед и села на журнальный столик перед ним. — Мне нужен всего один билет и еще пара крошечных одолжений. И все! Остальное сделаю сама.

— Лопни мой жирок, — сказал Уилбур и потянул воротник, словно ему стало жарко.

— Ну пожалуйста. Клянусь, ни ты, ни твоя семья не попадете в беду. Дважды, трижды клянусь.

Мэриголд листала планы. Уилбур встретился с ней взглядом.

— Это флановый план или лишь свернувшиеся сливки несбыточной мечты?

— Как сказал бы ты, Уилбур, это шоколадная точка хитроумного замысла, — откровенно ответила Мэриголд. — Безупречного, если все пройдет хорошо.

— Если все пройдет хорошо, — безрадостно повторил Рен. — Безумие.

— Я верю, что она справится. Чем помочь, Фелисия? — возбужденно спросила Берди, облизнув губы. — Дай мне роль. Я сделаю все, что смогу, чтобы мы получили эти камни.

— Ты ей не нужна, — сказала Мэриголд. — В плане тебя нет.

— Почему? Я могу помочь, — настаивала Берди. Ее лицо помрачнело от обиды.

— Ничего личного. Я просто не хочу навлечь беду ни на кого из вас, — серьезно сказала я. — Если Уилбур проведет меня внутрь и выполнит пару совершенно незначительных задач, остальное я сделаю сама. И принесу награду домой.

— Кто сказал, что ты не оставишь камни себе? — обвинила Берди.

Сердце скрутило.

— Мы друзья. Я делаю это для нас, а не только для себя. Мы уже достаточно хлебнули дерьма на самом дне. Эти камни… они могут изменить все.

Я оглянулась на Рена. Больше всего на свете хотелось, чтобы камни помогли и ему вновь доказать обществу свою ценность. Тогда ему не придется уезжать. Они решат все наши проблемы, и ради шанса на лучшее будущее для всех я охотно рискну шеей.

— Уилбур? — с надеждой спросила я. — Достанешь мне билет?

Он заметно сглотнул, затем кивнул, взял мою руку и крепко пожал.

— Мы лишь цветы, вместе расцветшие в тени, дорогая Фелисия. Все мы. Мы создали «Дерзкую организацию непризнанных гениев». И клянусь своей Нелли, я никогда не забуду связь, которую мы выковали в темной долине «Донга».

— Нам и правда нужно еще раз обсудить название, — раздраженно сказала Берди.

Я рассмеялась.

— Я принесу их домой, — пообещала я, глядя на Рена. — Изменю наши судьбы. Клянусь.

Разум вырвало из воспоминания. Я вновь стоял перед зеркалом на корабле Фелисии, а она ухмылялась мне.

— На сегодня все. Половина сейчас, половина, когда выплатишь свою долю, старый король.

— Это вообще к чему-нибудь ведет? — потребовал я. — Пока ты показала лишь дурацкую предысторию.

— О да, еще как ведет. К огромному и страшному всему, — промурлыкала Фелисия. — А теперь ступай. Я приду за платой, когда буду готова.

Я нахмурился и посмотрел на Азриэля. Тот кивнул, заверяя, что сила здесь не лучший выход. Прайд Фелисии выпроводил нас наверх. Только когда я вышел в коридор и дверь за спиной захлопнулась, понял, что Марселя с нами нет. Как и кусочка аметиста, который я сжимал в кулаке.

Что ж. Се ля ви.

Мы с Азриэлем направились к лестнице и вполголоса обсуждали увиденное. Но он уже перешел в режим аналитика: положил блокнот на предплечье и между репликами исписывал целые абзацы.

— Ты правда думаешь, что это поможет? — вздохнул я, все еще ощущая грубый толчок рук Сайруса и грязь под собой. Я никогда не находился в самом низу пищевой цепи и ни разу не чувствовал себя настолько бессильным перед противниками в Академии Зодиак. Я всегда побеждал, а Фелисию с друзьями раз за разом втаптывали в грязь. От этого мне было не по себе.

— Уверен. Камни Гильдии необходимы близнецам для победы в войне. Если мы сумеем их отыскать, а затем каким-то образом поможем детям найти камни в мире живых, судьба наконец может склониться на их сторону. — Азриэль посмотрел на меня с полуулыбкой, пока мы спускались рядом. — Я запишу все, пока воспоминания не померкли, и скоро тебя найду.

Я кивнул. Он свернул в коридор к своим комнатам, а я продолжил путь на первый этаж, желая проверить семью в Зале Знаний. Я не представлял, сколько реального времени провел в плену этих воспоминаний, и боялся, что слишком надолго отвернулся от близких.

— Заблудился… сюда или туда? Где его найти? — Голос Марселя донесся снизу.

Я замедлил шаг, обнаружив, что он едва не выплывает через открытое окно в ночное небо. Хотел позволить ему улететь, словно потерянному воздушному шарику, но в последний миг схватил за руку и стянул вниз.

Он медленно моргнул, словно почти меня не замечал.

— Куда ты исчез? Ты был с нами в воспоминании Фелисии.

— Был, а потом перестал. Вспомнил, что должен оказаться где-то… — Он вновь потянулся к окну.

Рама исказилась, и в тишине возникла зияющая дверь в запредельное, манившая Марселя ближе.