Тем временем «Администратор» качался сам собой:

«Администратор» — 1 уровень

Прогресс до следующего уровня: 4,41%

Причём качался он долго, муторно и в час по чайной ложке, — то есть по одной сотой процента, — но зато постоянно. Что невольно подталкивало меня к мысли: ветка «Админа» — это тупо счётчик обслуженных гостей «ОЛЕГа».

И ещё: надо бы будет потом, когда всё устаканится, подтянуть «бармена». Дюже мне теперь интересно, что за способность может следовать за «Душевным Другом».

А вот каким образом раскачивается ветка «Хранитель», мне пока что совершенно непонятно. Хотя бы потому, что она не раскачивается. Как был ноль процентов, так ноль процентов и остался.

— Фу-у-ух, — выдохнул Лёха, присаживаясь на табуретку, когда запара закончилась. Однако тут же подскочил обратно, как только Даша Лёвушкина спросила его насчёт еды для персонала. — Проголодалась, да?

— Есть немного.

— Сейчас всё будет!

И что мне показалось интересным в этом эпизоде:

Обычно задолбанный повар, — а Клыканов, безо всякого сомнения, сейчас был задолбан в чепуху, — на вопрос официанта про кормёжку просто обязан съязвить. Что-нибудь типа: «вот нож, вот холодильники, иди готовь», — или: «да сколько можно, вы ведь вчера уже ели».

Однако здесь и сейчас не было никакого сопротивления, и я начал следить. Следить и замечать. Как-то подозрительно томно мой дружище-поварище поглядывал на Дашу. И как-то подозрительно надолго задерживал на ней взгляд. Раздувал в её присутствии грудь на манер голубя и общался совершенно не так, как с остальными — слишком уж как-то по-доброму.

Что ж… лезть не буду. Всё, что мне нужно знать, Лёха и сам прекрасно расскажет. Ну влюбился, может. Ну с кем не бывает? А тем более что Дашка-то девка хорошая. И на личико симпатичная, и по характеру — образцовая жена.

— Виталий Саныч! — тут на кухню ворвалась Марина. — Танцуй!

— Чего? — оторвался я от разделки мяса.

— Танцуй, говорю!

Внезапно я понял, что «Память Поколений» хранит в себе не только навыки шаолиньских монахов. И что чисто технически я могу сейчас бахнуть хоть балет, хоть твёрк, хоть джигу с элементами чечётки. Благо тут же пришло осознание, что мир пока к такому не готов, и на первый раз я решил ограничиться латиноамериканской программой: энергично подвигал бёдрами, стоя на месте, и всё на этом.

— Так пойдёт?

— Ага, — кивнула Марина. — Виталь Саныч, ты талант, — а следом выпалила: — Отличные новости!

— Ну-ка, ну-ка.

— ЖК напротив заселили! Прямо сейчас у меня сидел один импозантный мужчина и рассказывал, что всему его подъезду выдали ключи. А поскольку отделка там чистовая, то многие уже завезли мебель и уже живут.

— Угу…

— Мужчине очень понравился нисуаз и борщ, а я ещё сверху чуть расхвалила заведение и уговорила его фоточки в домовой чат послать, — продолжила Марина. — Мол, у нас тут вкусно, весело и это… как его? Нишево, во! Так что в скором времени можем ждать ещё гостей.

— Я чота не понял! — заорал Серёжа, уперев руки в боки. — Что ещё за «импозантный мужчина»⁈ Марина, ты ничего не хочешь мне сказать⁈ — и, как только умел, принялся разыгрывать ревность.

Я же сказал официантке, что она молодец, а сам задумался… хорошо, конечно. Но эдак ситуация рискует выйти из-под контроля в самое ближайшее время. Редко кто даёт ресторану второй шанс. И если мы накосячим в момент первого касания с гостем, то просто-напросто угробим репутацию.

Значит, вопрос с персоналом нужно решать как можно скорее. Например, первым же делом завтра поутру.

— Да-а-а-а, — выдохнул я. — Делов громадьё…

А тем временем уже наступил вечер. До ужина с тестем оставалось полтора часа, и потому я спросил у ребят, справятся ли они без меня.

— Иди-иди, — отмахнулся Лёха. — Дальше мы сами.

— Гхм… вообще-то, я надеялся на что-то типа: «Виталик, миленький, не покидай нас, как же мы тут без твоего чуткого руководства», — вздохнул я.

Короче говоря, никто не возражал. К тому же поток гостей по какой-то непонятной мне причине резко схлынул. Дачный сезон начался, что ли?

— Ладно…

Из ресторана я вышел в приятные тёплые сумерки и сразу же направился в винный. Был у нас тут в двух шагах магазинчик с клиентоориентированностью уровня «Бог». Почему? Да потому что водку премиального уровня здесь держали прямо в морозильнике. А морозная водка — это пусть и не ключ к сердцу Геннадия Михайловича, но хотя бы робкая попытка «сделать хоть что-нибудь нормально» в его понимании.

Дальше — путь домой через дворы. Шуруя мимо знакомых пятиэтажек и детских площадок, где когда-то играл сам, я ожидал увидеть целую россыпь разного рода паранормальщины. Однако сегодня меня, видимо, пронесло. КИПЕР молчал, и все встреченные по пути люди оказывались просто людьми.

Итак! Добравшись до дома, я вошёл в подъезд, поднялся на третий этаж и открыл дверь своим ключом. И сразу же растаял. Ольга крутилась в прихожей у зеркала — с уложенными в нехитрую причёску волосами, накрашенная и в чёрном платьишке «на выход», которое я так любил. Красивая до невозможности.

— Оль, — тут я решил попытать счастья. — А может, в ресторан пойдём, раз ты уже при параде? Я всё оплачу! Шоты, устрицы и весь вечер только для нас двоих! Потом в караоке переберёмся, Ваенгу поорёшь…

— Виталь, прекрати, — ответила жена, сосредоточенно докрашивая ресницы. — Всё будет нормально. И папа вовсе тебя не ненавидит.

— Ага! — я щёлкнул пальцами. — Заметь! Я ни слова не сказал про то, что он меня ненавидит!

— Виталь, пожалуйста, — Оля отвлеклась от зеркала и посмотрела на меня виноватым взглядом. — Просто перетерпи. У папы всё-таки новоселье, и зайти нужно обязательно.

— Только давай ненадолго, ладно?

— Обещаю.

И чего только не сделаешь для любимой жены? Ладно. Закинув бутылку в морозилку, чтобы не растаяла, я наскоро сполоснулся и переоделся в чистое. Затем попытался надышаться перед смертью, созвонившись с Лёхой и узнав, как идут дела в «ОЛЕГе», и мы наконец-то вышли.

В гости. В соседнюю, блин, дверь. И что хочется сказать напоследок? Капитан Калюжный — отнюдь не плохой человек. Серьёзный, основательный и склонный к правильным мужским поступкам. Как минимум, он умудрился обеспечить обеих своих дочерей жильём, что как бы уже ничего себе.

И даже более того! У Оли было весьма себе солидное приданое, потому как все четыре однушки на нашем этаже принадлежали Геннадию Михайловичу. В те далёкие времена, когда квартиры были доступны для покупки простым смертным, он взял их в ипотеку на этапе котлована. Да, Калюжным потом несколько лет пришлось помыкаться по съёмным хатам и во многом себя ограничивать, но зато сейчас их тылы были надёжно прикрыты.

Короче говоря, Геннадий Михайлович — молодец. Для своих. Вот только я, несмотря на четыре года законного брака с его дочерью, в число этих самых «своих» так и не попал.

— Ну что, звоню?

— Звони…

Дверь распахнулась практически сразу же. В нос ударил запах чего-то жареного, послышался смех Алиски и бубнёж телеканала «Звезда», а на пороге перед нами стоял он. Капитан Калюжный, мужчина в самом расцвете сил с идеальной осанкой и образцовыми пышными усищами. Разумеется, в тельняшке.

— Оленька! — Геннадий Михайлович обнял дочь и крепко чмокнул её в щёку. Тут же выдал тапки и тут же повёл её вглубь квартиры, по пути увлечённо рассказывая о своём увольнении с флота.

Я же так и остался стоять в подъезде, протягивая непонятно кому руку для рукопожатия. В пакете замороженная водка, а в голове мысль: кажется, сегодняшний вечер обещает быть ещё тяжелее, чем вчерашняя ночь…

Интерлюдия. Даша Лёвушкина

Уже переодетая в «штатское» Дарья сидела в пустом зале и ждала, пока переоденутся другие. Как у самой ответственной, у неё были свои собственные ключи от «ОЛЕГа», и именно она зачастую открывала-закрывала ресторан. Вот только сегодня она не додумалась взять у Виталия Александровича новые ключи от нового замка в приёмку, и потому покидать заведение пришлось через вход для гостей.