От анекдотов к реальной жизни нас вернула Лена.
— Ваня, ты хотел что-то о Бахаровых спросить?
Правильно, супруга, как-никак, совладелица фармацевтической фирмы. Поэтому, доложил четко и коротко:
— Узнал, что братья Бахаровы аптеку в Москве открыли, рядом с Николаевским вокзалом. Отсюда вытекает вопрос — графине Чернавской что-нибудь причитается от московской прибыли?
Про то, что вокзал — место бойкое, покупателей в достатке, можно не говорить, это и так ясно.
— Если прибыль имеется, то причитается, — твердо сказала супруга. — Мне про московскую аптеку ничего неизвестно, но выясню.
— Моя помощь нужна? — деловито поинтересовалась Анька.
— Нет, не нужна, сама справлюсь, — махнула рукой Леночка. — Я все равно приходные книги собиралась смотреть. Если какая-то прибыль из Москвы поступила, ее не спрячешь.
Уже не спрашиваю, когда супруга успела обучиться бухгалтерскому делу, не сомневаюсь, что Анна Игнатьевна уроки давала. А то и с отцом, управляющим казенной палатой, могла консультироваться.
— А если они московскую прибыль мимо здешней кассы пустили? — хмыкнула Анька.
— Я съезжу, спрошу, документы проверю, а уж потом и решать станем, — твердо сказала Лена. — Но не думаю, чтобы они от нас что-то спрятали. Бахаровы, люди умные.
Логично. Если прятать прибыль от компаньонов, есть риск, что это станет оным известно. Но компаньон компаньону рознь. Мы, например, можем обидеться, если нас кинут.
— Лена, давай-ка я с тобой все-таки съезжу, — сообщила Анна таким тоном, что стало ясно, что поедет и она. — Ты документы посмотришь, а я с братьями потолкую о том, как нам с ними выходы на компанию резиновых изделий найти. Иван интересную идею подсказал — наладить собственное производство тонких резиновых перчаток, в которых хирурги операции проводить станут.
— Ань, а еще и толстые можно выпускать, — вмешался я. — В ближайшее время электростанции появятся. Вон, Зимний дворец уже освещают, до остальных домов скоро доберутся. А толстые резиновые перчатки защищают от электрического тока.
Вроде, проблему обсудили, можно бы нам с Леной и к себе уходить, но мой взгляд упал на тоненькую книжку, лежавшую на столе.
«De la Terre à la Lune, Trajet direct en 97 heures 20 minutes». Автор Jules Verne.
Если книга французская, точно, что Полина читает. У Аньки времени на беллетристику почти нет, мы с Леной втихаря пересказываем ей краткое содержание известных романов. Правда, после того, как я пересказал «Анну Каренину», сестрица обращается лишь к невестке.
Надеюсь, не что-нибудь фривольное?
Что за автор такой, Юлиус Верней? Господи, что же я ерундой-то маюсь, это же Жюль Верн. Кажется, я с этим уже сталкивался. Название книги громоздкое, но попытаюсь перевести. Ага, так это «Из пушки на Луну».
Мои действия, разумеется, не остались незамеченными барышнями.
— Ваня, а ты эту книгу прочел? — поинтересовалась Полина.
— Прочел, — кивнул я. — Написано интересно, жаль, что с научной точки зрения невыполнимо.
— А почему?
Да, а почему? Хороший вопрос. Физик на него бы моментально ответил, а мне придется вспоминать литературную критику.
— Потому что на всех начало бы действовать огромное ускорение. В точных цифрах не помню, но нагрузка вырастает до тысячи раз. — Подумав, уточнил. — Нет, больше, несколько тысяч. Весь экипаж попросту расплющило бы по стене снаряда. А еще при выстреле создается огромная температура, а потом еще и трение… Все сгорят заживо. Так что, фантастика все это.
Чтобы уйти от скользкой темы, которую сам же начал, спросил:
— Полина, а ты читала книгу Жюля Верна о том, как на землю падал золотой метеорит?
Выяснилось, что барышня эту книгу не читала, поэтому я принялся коротко рассказывать, как астрономы установили, что на Землю летит золотой болид, из-за чего началась паника и шумиха, крах биржи, а еще едва не началась мировая война. Но все завершилось благополучно, если не считать небольшого наводнения.
— Интересно, если бы болид и на самом деле на Землю упал, так какие бы последствия были? — задумчиво изрекла Анька.
Ну, сестрица, интересные ты вопросы задаешь. Я, до попадания в прошлое, прочитал несколько романов в жанре апокалипсиса, поэтому мог дать достойный ответ:
— Если бы на Землю упал такой метеорит, то начались бы землетрясения, наводнения, пожары.
Подумалось, что Англию бы сразу затопило, но почему-то стало жалко Британские острова. Англов я не люблю, но Стоунхендж жалко, да и Тауэр тоже. Еще я в Эдинбурге в прошлой жизни мечтал побывать, посетить места, связанные с Вальтером Скоттом и Джонатаном Свифтом.
— Народу бы тьма-тьмущая погибла, — вздохнула Аня.
— Вот-вот, — поддакнул я. Подумав, решил внести предложение: — А давайте мы нашу Землю спасем? — Уточнил: — Повесть напишем, или роман. Кто за?
Все мои девчонки дружно подняли руки.
— Тогда нужно сделать набросок, — твердо сказала Аня, открывая бювар с писчей бумагой и раздавая листы всем барышням.
Методика работы у нас отработана. Девчонки станут записывать мои идеи, потом вносить собственные, потом мы сядем, обсудим и у нас получится повесть.
— Представим себе, что из одной далекой-далекой Галактики на Землю летит огромный астероид, — начал я. — Столкновение его с нашей планетой повлечет такие последствия, что и Тунгусскому метеориту не снилось…
— Ваня, какому метеориту? — встрепенулась Анька.
М-да, ляпнул.
— Н-ну, — заметил я с расстановкой, взяв паузу, — некоторые ученые считают, что в очень глубокой древности — миллионы лет назад, по тому месту, где нынче река Тунгуска, ударил метеорит, из-за чего вымерли мамонты…. Нет, мамонты позже вымерли, а вымерли динозавры. Ладно, не отвлекайтесь, — позволил я себе повысить голос, потом продолжил: — В общем, астероид летит, распарывая своей металлической тушей космический вакуум…
— Подожди, — остановила меня Полина. — Звучит некрасиво — вспарывая тушей…
— Полина, ты записывай за Ваней, потом откорректируем и поправим, — вмешалась Лена. — Сама придумаешь, чтобы литературно звучало.
Моя супруга, в отличие от барышень, предпочитавших делать записи карандашом, писала пером, умудряясь и писать быстро, и клякс не оставлять.
— Конечно поправим, — кивнула Анька.
Пока девчонки обменивались репликами, я успел вспомнить сюжет одного известного фильма, а теперь лихорадочно думал — как бы его подогнать к нашему времени?
Про метеориты, падающие на поверхность планеты, и уничтожающих города не стоит писать. В фильме это красиво смотрелось, а на бумаге пугать читателя не стоит. Буровиков, за которыми охотятся, описывать личную жизнь и дочек героев — тоже не стоит.
— Ваня, время идет, — постучала Анька карандашом по столу. — Не отвлекайся, вываливай идеи, потом разберемся и рассортируем.
Вот, кто бы говорил. Первая же станет вмешиваться и уточнять. А то я Аньку не знаю?
— Значит, никто не знает, что нашей планете суждено погибнуть… И только один провинциальный астроном из какого-нибудь захолустья, который сидит и смотрит в телескоп, заметил это странное небесное тело. И он сумел определить, что размеры астероида соответствуют размерам Луны… Или поменьше? Ань, какой размер у Луны?
— Завтра Полина выяснит, — отозвалась Анька, посмотрев на сестренку, а та кивнула: — У нашей арифметички спрошу.
У арифметички, это правильно. А я продолжил:
— В общем, при ударе астероида такого размера нашей планете придет конец. И астроном отправляется в Петербург, объяснить, что астероид опасен. Эта небесная штука войдет в пределы нашей Солнечной системы уже через год, а так как скорость у него огромная, то через полгода он столкнется с Землей. И явится астроном в Академию наук…
— А в Академии наук над ним посмеются, — решила Лена, и мы согласились.
Правильно, маститые ученые всегда смеются над дилетантами, потом жалеют об этом, и нехотя признают заслуги
— После неудачного визита к ученым, астроном попросит аудиенцию во дворец. Государь император его примет, и прикажет построить корабль, который полетит на тот астероид.
