— Да, — произнесла я, стараясь сохранять профессиональный вид. — Стоимость проживания составляет сто пятьдесят золотых за ночь.

Ответ вырвался сам собой, прежде чем я успела его обдумать.

Сто пятьдесят золотых?!

Это сколько вообще в рублях? Сто пятьдесят тысяч? Или больше?

Ничего себе расценочки! У нас тут не отель, а элитный курорт для сказочных миллионеров!

— Как вас зовут? — продолжила я, удивляясь тому, что слова будто сами складываются в правильные фразы.

— Ганс.

Я замерла.

— Простите?

— Храбрый портной, — с гордостью пояснил парень. — Семерых одним махом убиваю! Великана одолел, свирепого кабана победил!

Он говорил с таким воодушевлением, что я невольно представила, как он расправляется с семью мухами одним движением руки.

Но, судя по всему, речь шла о ком-то гораздо более серьезном.

Ганс?

Храбрый портной?

Неужели тот самый?!

Я еще пыталась переварить информацию, когда мой рот снова заговорил без моего участия:

— Номер 203. Это один из лучших номеров отеля. Думаю, вам понравится.

Я мысленно возмутилась.

Эй! Вообще-то, я еще ничего не решила!

Но тело продолжало жить собственной жизнью.

Ганс важно кивнул и приложил к регистрационному листу небольшую металлическую пластину, висевшую у него на поясе.

Раздался короткий звон.

Телефон в моем кармане тут же завибрировал.

Я достала его и увидела уведомление от банка.

Зачисление: 150 000 рублей.

Я едва не выронила телефон.

Сто пятьдесят тысяч?!

За одну ночь?!

Да у меня тут не гостиница, а золотая жила!

— Лоренцо, проводи нашего гостя, — быстро сказала я, пока не успела окончательно потерять дар речи.

— С удовольствием, хозяйка!

Портье важно выступил вперед и жестом пригласил Ганса следовать за ним.

— Прошу за мной. Ваш номер находится на втором этаже.

— Благодарю, — ответил портной.

И они скрылись за лестничным пролетом.

Я осталась одна.

Несколько секунд просто смотрела им вслед, а затем медленно опустилась на стул.

Так. Давайте подведем итоги.

Сначала я получила дом, который оказался магическим отелем. Потом познакомилась с говорящим котом. Затем едва не стала обедом для огромного волка. А теперь зарегистрировала сказочного персонажа и заработала сто пятьдесят тысяч рублей.

И это только первый гость!

Я посмотрела на стойку регистрации.

— Так-так-так. А ну-ка, рассказывай, что ты со мной делаешь.

Стойка невозмутимо поблескивала полированными боками.

— Я знаю, что ты не простая мебель!

Разумеется, ответа не последовало.

Но я уже начинала подозревать неладное.

Стоило мне встать за стойку, как слова сами вылетали изо рта, а тело выполняло какие-то заранее определенные действия. Будто я стала персонажем игры, который обязан произносить заученные реплики.

---

Ганс осторожно переступил порог и замер.

Перед ним открылась огромная комната, залитая мягким светом. Под потолком висели странные стеклянные шары, излучавшие сияние без единой свечи.

— Что за колдовство? — пробормотал портной.

Он прикрыл дверь и вздрогнул от щелчка.

Звук напомнил ему лязг засова в башне великана.

Ганс настороженно огляделся.

Посреди комнаты стояла широкая кровать с горой подушек. На ней лежало покрывало, гладкое и ровное, словно сотканное руками эльфов. Рядом находились стол, кресла и массивный шкаф с блестящими ручками.

Портной медленно приблизился к кровати.

Осторожно провел пальцами по ткани.

Потом еще раз.

— Ни единого шва! — восхищенно выдохнул он. — Да тут же целая армия портных без работы останется!

Он задумчиво почесал подбородок.

— Хотя… если узнать, как изготовлена эта ткань, можно было бы разбогатеть.

Профессиональная привычка брала свое. Даже в незнакомом волшебном месте Ганс первым делом оценивал качество материалов и работу мастеров.

Впрочем, долго любоваться покрывалом он не стал.

Внимание привлекло большое зеркало на стене.

Ганс подошел ближе и осторожно наклонил голову влево.

Отражение повторило движение.

Он наклонил голову вправо.

Отражение снова последовало за ним.

Портной отшатнулся.

— Да это же шпион!

Он подозрительно прищурился, затем медленно поднял руку. Отражение подняло свою.

— Хм…

Ганс приблизился и внимательно осмотрел поверхность.

— Ладно, сгодится для того, чтобы пуговицы ровно пришивать.

Он еще немного походил по комнате, разглядывая диковинки, пока взгляд не зацепился за черную коробочку с множеством маленьких кнопок.

— А это еще что?

Ганс осторожно протянул руку.

Кнопки выглядели подозрительно. Возможно, одна из них открывала потайную дверь, другая вызывала демонов, а третья запускала проклятие, от которого не спасали даже самые крепкие штаны.

Но ведь если не попробовать, не узнаешь!

Портной нажал на одну из кнопок.

В тот же миг стена напротив словно растаяла, открывая огромную темную панель.

— Святые ножницы!

Ганс отскочил назад, прижав руку к груди.

— Потайная дверь!

Однако дверь не открылась. Вместо этого из панели вырвался яркий свет, а на ее поверхности замелькали картинки.

Лица незнакомых людей. Всадники на странных животных. Огромные города с башнями, уходящими в облака. Какие-то механизмы, огни, машины…

Ганс попятился, споткнулся о край ковра и едва не рухнул на пол. В последний момент ему удалось ухватиться за спинку кресла.

— Это… колдовство? — прошептал он.

На темной поверхности один пейзаж сменялся другим, словно невидимый волшебник перелистывал страницы огромной книги.

Потом изображение остановилось.

На портного смотрел мужчина в строгой одежде. Он шевелил губами, что-то говоря на незнакомом языке.

Ганс нахмурился.

— И чего ты от меня хочешь?

Он осторожно протянул руку и коснулся панели.

Поверхность оказалась холодной и гладкой.

Ни нитей, ни ворса, ни единого шва.

— Никак стекло… Только очень толстое.

Изображение снова изменилось.

Теперь на экране кружились люди в ярких одеждах, а внизу пробегали непонятные значки.

Ганс почесал затылок.

— Ладно, раз не кусаешься, посиди пока.

Он отошел к окну, решив, что с этой загадкой разберется позже.

Ведь даже самому храброму портному иногда требуется передышка.

А еще ему хотелось увидеть, куда он попал.

И именно тогда Ганс отдернул штору.

За окном простиралось море.

Бескрайнее, величественное, сверкающее в лунном свете.

Портной замер.

Он никогда прежде не видел ничего подобного.

И вдруг все, что он старательно прятал глубоко в сердце, поднялось со дна памяти.

Восемь лет назад он перехитрил великанов, прославился благодаря своей хитрости и смелости, женился на прекрасной принцессе и стал королем.

Он старался править честно и справедливо. Заботился о подданных, помогал бедным и не забывал, что когда-то сам был простым портным.

Старая швейная игла, принесшая ему славу, хранилась в особой шкатулке. Он берег ее как самое дорогое сокровище.

Но счастье не бывает вечным.

Несколько лет спустя его королевы не стало.

С того дня дворец словно погрузился в бесконечную зиму.

Советники переглядывались и вздыхали за спиной короля. Он перестал смеяться, перестал шить, перестал сидеть вечерами у камина и рассказывать детям сказки.

Даже музыка, которую прежде так любили в королевском дворце, теперь казалась ему невыносимой.

Все напоминало о ней.

Ее любимая чашка. Книга на прикроватном столике. Платок, забытый на подоконнике.

И самое страшное — воспоминания.

Однажды в начале марта, когда снег все еще укутывал королевство до самых крыш, Ганс сидел у окна и держал в руках старый наперсток, который когда-то подарила ему мать.

Он долго смотрел на него, перебирая пальцами потертую поверхность.