Второе сословие включало исключительно силовиков. Вернее так, по идее, должно было быть. Увы, жизнь, как всегда, оказывалась сложнее.

Во втором сословии существовало понятие родовой собственности, к доходам от которой имели доступ все члены семьи. По сути, они натурально сидели на пособии, в стиле американских негров. Всё это порождало самую настоящую беззаботицу. Жертвами которой становились многие знатные семьи.

Среди бояр, которые и правда бояре, были как бойцы ближнего боя, так и те, кто использовал дальнобойные плетения. Встречались и специалисты по поддержке — усилению, созданию щитов, лечению и так далее.

Кстати, самыми опасными бойцами оказались мыслевижители или, как мы сказали бы телекинетики, мыслезнатцы или менталисты и лекари. Первые с помощью своего искусства могли увеличивать собственную силу и скорость или пережать вам сонные артерии. Также эти ребята умели направлять метательное оружие, почти никогда не промахиваясь. Вот я и узнал причину периодической Лининой слабости.

Вторые не только лечили себя по ходу боя, но и могли мгновенно снимать утомление, управлять своим обменом веществ и ростом мышц. К тому же они могли оказать помощь товарищам, а потому подразделение, в котором имелся такой боец, было сокрушительно эффективно.

Ну а менталисты просто дезориентировали противников, потом подходили и резали как свиней.

В третьем сословии обретались все подряд: ремесленники, чиновники, купцы, рабочие, крестьяне, сталкеры и, конечно же, наёмники. Кстати, именно к третьему сословию относились зачарователи. При этом они здесь были чем-то вроде высшей касты.

Как это вышло? Да очень просто.

Когда-то давно, ещё до монголов, в каждой деревне было по воину и чаще всего одному боевому магу. В селе нужно было иметь уже троих, двое из которых могли привлекаться для войны.

По мере развития обоих искусств во́ин и маг стали одним человеком. Только вот смертоносно эффективный боец всё время должен был тратить на тренировки свои и сыновей. Такую семью крестьяне с радостью готовы были содержать, ведь мир этот буквально полнился всякими опасностями.

Дальние походы и ратные подвиги — дело, весьма прибыльное, и бояре очень прилично зарабатывали. А разбогатев, решили не воевать сами, а собирать себе дружины. Дальше я проскачу всю историю развития и формирования феодализма.

Так вот, Фёдор I, брат нашего Петра Великого, здесь не умер, а царствовал долго и успешно, очень сильно урезав права крепостников. По факту крестьяне платили за аренду земли и в Юрьев день легко меняли место жительства. Попытка препятствования им каралась жестоко и неотвратимо. Самим боярам вновь вменили в обязанность служить лично и участвовать в войнах.

За исполнением законов аристократами следила опричнина. Это был исключительно репрессивный орган, полностью состоящий из представителей третьего сословия.

Брат Фёдора, Пётр, стал чрезвычайно успешным государственным деятелем, но всё-таки не правил и не наломал столько дров своей нездоровой любовью к Европе. Он победил в Северной войне, построил флот, основал Петроград, учредил кучу всего нового и полезного.

Как и в нашем мире женился на крестьянке, правда, не немецкой, а чухонской, то есть финской. К слову, помнили именно Петра, а Фёдора незаслуженно забыли. Саму эпоху несправедливо называли Петровской, хотя тот был всего лишь великим князем и кем-то вроде премьерминистра.

Впрочем, крепостники из второго сословия таки смогли взять реванш к началу двадцатого века. Эти ребята расслабились и проводили жизнь в праздности и лени. Почти никто из них к тому времени не служил в армии и, конечно же, постоянно не тренировался. Нечему удивляться, что вскорости произошло восстание и резня.

Возглавлял всё это некто Александр Романов, происходивший из императорской фамилии. Ему не было и пяти, когда в какой-то разборке убили его родителей, а самого выбросили на улицу.

В начавшейся революции он быстро всплыл, став одним из лидеров настоящей махновщины. Этот парень обладал экстраординарным талантом. Совмещал в себе телекинетика, целителя и огневика.

Единственной мотивацией Александра была месть. Он лично и с особой жестокостью вырезал не только Строгановых, убивших его родителей, но и всех Романовых, которые не помогали ему.

С этого начало́сь десятилетнее смутное время, окончившееся приходом к власти Василия Пятого. Это был боевой офицер из третьего сословия, женатый на девушке из императорской фамилии.

Он убил Александра, когда тот пришёл расправиться с его женой. Просто парализовал и зарезал, как свинью — так, по крайней мере, писали в исторических книгах. Как это у него получилось? Да очень просто — он был выдающимся менталистом.

Именно Василий смог создать собственную армию и, в конце концов, созвать учредительное собрание, перезапустившее Российскую государственность. Тут сто́ит сказать, что Василий, как и большинство тогда, не питал никаких тёплых чувств к аристократии.

Условия на которых ей позволил сохраниться были под стать тому жестокому времени. Скрипя сердцем выжившим и закалившимся в гражданской войне боярам вернули права. Причина была всё та же: аристократы были фантастически дешёвыми и очень мощными бойцами.

Представьте себе сверхпроходимый танк, которому не нужны ни ГСМ, ни боекомплект, а только гречневая каша с тушёнкой три раза в день. Ну, ещё добрый конь. Ну, может быть, ещё рюмка водки по воскресеньям.

Тут же в полном объёме была восстановлена опричнина, а её права порядком расширили. Теперь фактически любое преступление, совершённое представителем второго сословия, каралось ссылкой в Медногорск, а то и лишением имени. При этом привилегию лёгкой смерти получали лишь единицы.

Попытка невыдачи представителя рода, или помощи преступнику, равно как и совершение преступления главой боярской семьи, означало уничтожение всех членов клана. Все представители воинского сословия, а теперь оно именовалось только так, учились в специальных академиях. Отказ от этого лишал их принадлежности к боярам и доступа к родовой собственности.

Более того, все они обязаны были раз в год являться людно и оружно, на тренировочные сборы. По результатам учений они легко могли лишиться своего положения.

Примерно тридцать лет спустя законы сделали мягче, в Медногорск теперь отправляли только за убийства и преступления против личности, а воинскую повинность ограничили. В армию стали отправлять только треть детей, остальные получили возможность выбрать дело себе по душе.

Самое фантастическое, что крепостное право здесь никто не отменял, просто владелец был обязан обеспечить рабу высоченный уровень социалки. В результате тот, скорее всего, жил бы много лучше своего хозяина.

Если же у помещика этого не получалось — его ждал Медногорск. Потому даже мысли о том, чтобы сохранить холопа, ни у кого из аристократии не рождалось.

Тут надо сказать, что среди бояр нашлось несколько родов не просто примкнувших к восставшим, но фактически организовавших возрождение государства. Крупнейшими из них были Демидовы, Шереметьевы, Онегины, Волхонские и, конечно же, Юсуповы. Последние владели Медногорской каторгой и получали прямую выгоду от драконовских законов.

Так вот, что ещё важно, Демидовы производили на своих заводах зачарованные арбалеты и болты, с помощью которых и убивали всех подряд. Вместе с Юсуповыми они получили запредельные барыши от всего произошедшего кошмара. Таким образом, вроде бы проигравшая сторона, получила кучу преференций. Впрочем, они оказались уравновешены, жестокостью наказаний.

Здесь уместно будет сказать ещё пару слов о первом сословии. В этом мире не было никаких проблем в том, чтобы, выйдя зимней ночью по нужде, обнаружить возле своего дома жердяя — огромного невероятно тощего мужика, греющего руки над трубой. Это ещё самый безвредный из всех видов нечисти, которая тут водилась.

Что интересно в пустошах её не встречалось от слова совсем, ведь тела всей этой гадости состояли из концентрированной волшебной силы. Появись там какая-нибудь русалка, её бы тут же сожрали.