— Смотри глиняный, что тебе на память оставили — сказала эльфийка. Эту штуку она держала в незнакомом хирургическом зажиме. — Исцеление на тебя не действует — спокойно продолжила она, — придётся шить. Будет больно.

Во второй раз за всего лишь один час мне соврала эльфийка. Правда, в этот раз не Лина. Нет, конечно, боль я чувствовал, но совсем не так, как ещё недавно. Так покалывание. Всего за несколько минут они закончили.

— Тебе лежать здесь три дня, — сказала всё та же эльфийка. — Лучше не вставай.

Я вытащил тряпку изо рта, а потом меня отпустили и проскрипел:

— Спасибо, я не забуду вашей доброты.

Я их на самом деле благодарил

— Эй — меня кто-то тряс за плечо, — я повернул голову и увидел Эноэ. Он протянул мне фляжку, — пей! — я стал глотать горькую гадость. — Твоё оружие протянул он мне весь обвешанный АКМ, который я затрофеил у Боярышника.

Чуть помедлив, он спросил:

— Ты где его взял?

— У того урода, который меня порезал, — проскрипел я. — Хорошая машина.

Эноэ сноровисто отомкнул магазин и оттуда посыпалась серая пыль. Тут только до меня дошло, что Боярышник использовал магические пули. После его смерти, они стали моими и рассыпались. Эльф вытащил из разгрузки, лежавшей рядом, магазин и примкнул его к автомату.

— На держи, нормальный.

— Спасибо — прохрипел я.

— Слышь, парень, а ты сможешь нам такого оружия достать? — Эноэ, кажется, встал передо мной на корточки. Он, прищурившись, смотрел на меня.

— А что мне за это будет? — спросил я. — Я спас твою дочь, вы спасли меня. Мы квиты. Сейчас мне нужна помощь, если умру не смогу ничего вам принести.

Нечто в нем было не так. Эноэ, Лина, та эльфийка с акцентом. Они чем-то, что я бы не смог описать, но ясно замечал в них, отличались от А́львейн и остальных.

Это обстоятельство не шло у меня из головы. Потому я не спешил рассказывать ему о намечающемся возрождении. Говорить об этом, наверное, стоило с А́львейн. Могу поклясться, она какая-то важная шишка.

— Ты видел, у нас есть многое чтобы благополучно жить в пустошах — спокойно ответил Эноэ. — Вкусная еда, одежда, мы можем лечить, — продолжал он, — мы больше похожи на тебя Репей, чем здешние глиняные.

— Договорились, — прохрипел я — достану оружие и научу им пользоваться. Но вы ответите на мои вопросы. И ещё, я хочу поговорить с госпожой А́львейн и Юльви.

Последнее требование почему-то не развеселило Эноэ. Он сильно задумался, а потом спросил:

— Зачем они тебе?

— Юльви спас мне жизнь и помог уничтожить тех ублюдков, а А́львейн просто хорошая девушка. Я не буду помогать тем, кто причинит им зло.

Мой ответ явно поставил эльфа в тупик.

— Ты уверен в том, что знаешь, кто они? — он говорил, задумчиво, словно перекатывая слова на языке.

— Они те, кто помогли мне, а я никогда не забываю доброты, — прохрипел я. Тут я не врал, но было ещё кое-что, я очень рассчитывал на магию А́львейн. Скорее всего, без неё она не может жить, а значит, в пустошах ей будет очень плохо. Совсем скоро она обезумит, как и Лина.

— Хорошо, но ты заберёшь их и будешь нянчиться с ними сам, — холодно произнёс эльф.

— Как скажешь, — ответил я. — Напоминаю, кто-то должен остаться со мной и постеречь пока я буду спать.

— С этим трудно, — ответил эльф, — но мы сделаем так, что никто не придёт сюда, в эти три дня.

— Хорошо, — просипел я, — и ещё. Сможете пригнать сюда мою машину, я тебе дам ключи и расскажу, как управлять. А-а, да и как зарядить её энергией тоже. Пройдёте по следам там есть машины допельгангера. Можете её забрать. Там кстати в сумке много полезного.

Эноэ задумался, и ответил:

— Как дешево ты готов продать столь ценные знания…

— Я дёшево продаю то, что дешево мне досталось, — пожал я плечами в ответ.

Я довольно быстро уснул и проспал тот момент, когда Эноэ пригнал квадроцикл.

Меня вновь разбудила Лина. Только теперь без пощёчин и прочего. Просто потрясла за плечо. Когда я проснулся она резко отстранилась и сказала:

— Прощай…

Ага… так и я поверил!

— Экий вы Прохор Фёдорович подкаблучник! — произнёс Василий Ардалионович, жуя пирожок. — Поговорили бы с женой, объяснили бы, что вам полнеть доктора не разрешают, а вы… вместо этого, нас этими пирогами закармливаете. Чтоб и мы тоже толстели. — Он откусил очередной кусок расстегая с треской и запил ароматным чаем.

Его собеседник только рукой махнул.

Порохор Фёдорович успел задним числом оформить целую гору самых разных бумаг. И не просто оформить, вложить их в архивные папки. Они с Василием Ардалионовичем, даже во всевозможные списки и ведомости изменения внесли.

Теперь в истории третьего отделения официально имелась операция особой важности, под кодовым названием «Чудь». В рамках неё в пустоши отправляли агентов, завербованных среди заключенных, приговорённых к лишению имени. Их задача была проста: любой ценой найти остатки некогда существовавшей цивилизации элдьфи.

Так же в рамках этой операции собирались все возможные косвенные свидетельства существования бессмертных. Это, кстати, оказалось совсем не трудно. Отдел Прохора Фёдоровича и так рутинно занимался этим, со времен своего основания. То есть уже около века.

Павел IV скончался два дня назад, и теперь Прохор Фёдорович и Василий Ардалионович подготавливали справку об этой операции, как, впрочем, и об остальных операциях особой важности, которые вело северо-западное управление третьего отделения, для пока ещё царевны Анастасии.

Тут стоит сказать, что в отличие от многих в государстве, они с самого начала признавали именно её будущим монархом. Увы, некоторые желали видеть в этой роли её младшего брата шестилетнего Алексея. Регентом при нём в таком случае должен был стать Георгий Юсупов. Не самая устойчивая конфигурация…

В случае победы сторонников царевича Алексея, и Прохору Фёдоровичу и Василию Ардалионовичу, скорее всего, было несдобровать. Ведь они работали с Анастасией с самого начала тяжелой болезни её отца.

— Вернёмся-ка мы к нашим баранам — устало произнёс Прохор Фёдорович. — Я правильно понимаю, что вы подготовили всё для вербовки нашего парня?

— Да, — ответил Василий Ардалионович. — Ваша помощь пришлась очень кстати, — он посмотрел на третий за этот вечер пирожок и отложил его в сторону. — Честно говоря, не то чтобы легко было объяснить причины его вербовки по нашей линии, а теперь… А теперь, у меня серьёзный вопрос к вам, Прохор Фёдорович: готовы ли вы идти до конца?

— Мы уже эту ситуацию с вами обсуждали, — спокойно ответил тот, — и тут уж вариантов у нас с вами нет.

— Так вот у меня второй вопрос — деловым тоном произнёс контрразведчик. — Сколько вы завербовали сталкеров. Только не прибедняйтесь, ради Бога. Мы же знаем, что почти все кто ходят в пустошь, так или иначе, работают на вас. Вопрос другой, сколько из них боеспособны и хорошо экипированы?

— Девяносто четыре — спокойно ответил Прохор Фёдорович. — Это внештатные бойцы. Они знают, на кого работают, и верны нам. Сейчас в пустоши хлынул поток самого разного народа. Наши возможности контроля, увы, значительно снизились, — вздохнул он. — Та банда, которую уничтожил, наш парень была не единственной. Штатные группы расправились ещё с одной. Внештатные бойцы сообщают ещё о двух. По самым приблизительным прикидкам они убили уже до ста человек.

— Нуу-с в этом есть и свой плюс, — с громким хрустом размял пальцы Василий Ардалионович. — Мы ведь теперь знаем, кто убил Тоцкого и его людей. А то, сколько шума. Самый молодой архимаг! Успешный ректор магической академии… Как он мог пропасть в пустошах?.. Куда смотрит третье управление?.. Все Юсуповские кликуши, того и гляди, глотки надорвут.

— Скажите, насколько можно доверять Громову? — спросил Прохор Фёдорович. — Он хоть и архимаг, но с таким прошлым…

Эноэ оставил ключи рядом со мной, на ровном камне, посреди каких-то развалин. Здесь меня оперировали и здесь оставили. Так сказать, в чём есть, накинув сверху китель. Впрочем, погода была ещё вполне июльская, так что я не замёрз. Да и, эльфы к тому же были так добры, что у меня имелась вода. Много воды, в обыкновенных стеклянных бутылках. Скорее всего, они собрали их в пустошах.