Передо мной оказалась короткая толстая стрела, а вернее, арбалетный болт. Эльфы и не думали отставать. Вот уроды ушастые! Всегда подозревал, что внешняя красота соседствует с дурным характером.

После этого я перемещался ползком. За следующий день в меня стреляли ещё раз пять, и разок даже попали. Однако снова не смогли меня убить, моя суперкольчуга спасла меня.

К слову, наконечники эльфийских стрел были сделаны из всё того же, тускло светящегося синим металла. Думаю, не будь на мне бронежилета, мне бы не жить, но тут эльфам не повезло. Ночью с помощью бинокля я быстро обнаружил, что обложили меня знатно.

На всех наиболее крупных деревьях сидели ребята в рунных плащах. Даже край плеши патрулировали. Оставлять меня в живых они явно не собирались.

В книжках обычно кто-нибудь бывает благодарен за спасение одного из своих и помогает герою. Ну, так то в книжках. В них и больные не забывают доктора, который их спас, а в жизни пациент нередко строчит жалобы на тех, кто ему помог. Плавали, знаем.

Меня беспокоило совсем не агрессивность эльфов, а то, что я мог отвезти Лину к её врагам. Именно этим легко можно было объяснить её неуверенность.

Ко мне-то она относилась откровенно плохо и вряд ли бы расстроилась, тому, что со мной что-то случится. И тут я её тоже не осуждал. Это ведь я убил любимцев и разрушил дом эльфийки. Хорошо, волков прикончил Петрович, но он-то помогал мне.

Вот что интересно любимым обзывательством Лины было: «глиняный». Выходит, Эльдары знали, что Бог вылепил нас из этого материала.

Вам интересно а из чего он создал их?

Не буду вас томить мои дорогие читатели. Ауле создал своих старших детей из воды. Естественно речь шла о мистической стихии, а не жидкости губящей много больше людей, чем пиво.

Ладно, возвращаясь к нашим баранам, дела мои были плохи.

Как я смог сбежать? А очень просто: в гараже одного из особняков я обнаружил электрический квадроцикл. Он был огромный, трёхместный! А если потесниться, так и впятером можно ехать. Рундуки у него тоже оказались весьма вместительны.

Вот вы скажете, и что в нём интересного, электричества-то нет. Ну, это у вас может, и не было бы, а у меня очень даже нашлось. Всё просто, если сунуть светящийся кристалл в катушку, присоединив к ней потребитель тока, то он не взрывается, а даёт электричество, и много. Отличным вариантом такой нагрузки оказался аккумулятор.

Я присоедини его к волшебному камню с вечера и к утру он полностью зарядился. Теперь у квадроцикла был запаса хода километров в сто.

На моё счастье, на палёной плеши имелась относительно широкая полоса, относительно свободная от бурелома. Что ж, я загрузил рундук своего алюминиевого коня, открыл дверь гаража, и пока мои враги не очухались, вскочил в седло, а потом выкрутил акселератор на максимум.

Ветер ударил мне в лицо, машина бешено понеслась по свободной полосе в сторону деревьев.

Бах!

Стрела ударила меня в грудь, вышибив из меня дыхание, но не выбив из седла.

Бах!

Стоило мне чуть приподняться, как меня словно молотом жахнула ещё одна. Она прошла по касательной, распоров бронежилет.

Бах!

Стрела ударила в мою единственную поножу, и нога слетела с педали. Твари! Я её не чувствовал.

Эльфы стреляли в меня, я должен был отвечать, но не хотел. Что-то мне подсказывало: с ними ещё удастся найти общий язык.

Вдруг вокруг резко стемнело, я оказался в лесу. Деревья здесь стояли редко, однако сосны не в пример моему миру были просто огромны. Я выкручивал ручку акселератора до упора. Скорость оставалась единственной надеждой.

Увы, совсем скоро я оказался в ельнике. Ветви хлестали меня по лицу, кровь струилась из оставленных ими ран. Во рту растекался мерзкий солёный вкус. Если бы не очки, я бы остался без глаз.

Бах!

Стрела прошла по касательной, разбив кевларовую каску. Я на мгновение потерял сознание. Каким-то чудом я удержался в седле, лишь немного сбавив скорость. Стоило мне чуть прийти в себя, как я снова выкрутил акселератор до упора.

Голова раскалывалась. К горлу подступал комок тошноты. Видел я мутно. Эльфы не смогли меня убить, но сотряс я получил знатный.

Я вылетел на берег. По моим расчётам, я двигался вдоль озера Красного, а значит, ехал на юг.

Мне нужно было в другую сторону, но там деревья стояли намного гуще. Хуже того, пару раз я замечал свечение рун на плащах.

Я проехал уже несколько километров и попытался сбавить скорость, когда очередная стрела ударила меня вбок, чуть не выбив из седла. Я снова вывернул акселератор и гнал по редколесью вдоль озера. Я еле огибал деревья, поднимал тучи брызг, проносясь через ручьи. Кровь стекала по лицу. Меня мутило, но я не останавливался. Страх гнал меня вперёд.

Только километров через тридцать я решился отдохнуть в развалинах каменного здания. Ничего примечательного — серый выветренный гранит. Следы колдовских знаков на стенах. В одном углу был круг-замок, такой же, как в подвале музея или доме Лины, только поменьше. Квадроцикл я закидал ветками, поставив аккумулятор на зарядку. Потом приложил руку к вязи рун, та погасла.

Ворочать камни, чтобы достать что-то из тайника, я поленился и, забившись в какой-то угол, принялся осматривать себя.

На щеках и лбу у меня были несколько глубоких ран. Ещё на первой плеши мне удалось разжиться лидокаином. Я обколол обезболивающим их края и принялся зашивать. Разобравшись с этим, я перевязал оставшиеся порезы и стал похож на мумию.

Потом проверил свою броню и кольчугу. Ту изрядно потрепало. Пластины покрывали вмятины и царапины, но они остались целы. Чего никак нельзя было сказать о бронежилете, его я просто выбросил.

Меня самого всего покрывали синяки. Хотя бы кости не переломал. Я получил только сотрясение.

Я вколол себе набор витаминов и ноотропил. Это, конечно, мёртвому припарки, но лучше, чем ничего. Покончив с лечением, развесил вокруг нитки с бубенцами и завалился спать.

Однако сон не шёл ко мне. То ли из-за ноотропа, то ли по причине пережитого страха, но я не мог уснуть. Чтобы хоть немного расслабится, я взялся изучать то место стены, где нашёл магический круг. Мне удалось быстро обнаружить тайник. Всё просто — один из камней повернулся, стоило на него нажать.

Внутри оказалась бижутерия, мгновенно рассыпавшаяся в прах, и несколько осколков тускло светившегося синим металла. Ещё нашлось что-то вроде медальона из того же материала. На нём неизвестные выгравировали крест, рыбу и какие-то письмена. Безделушка была инкрустирована прозрачными камешками, тоже синеватого цвета.

А ещё наруч с перчаткой, укреплённой массивными пластинами на тыльной стороне ладони всё из того же синего металла. При этом наруч имел заглушку, закрывавшую паз шестиугольного сечения.

Всю конструкцию украшали такие же прозрачные камушки, как и те, что нашлись на медальоне. Сходства добавляли и несколько совсем блёклых знаков. Они чуть заметно переливались голубым. Вот странно, перчатка была вроде как магической, но не рассыпалась у меня в руках.

Я сунул всю добычу в рюкзак. Что-то мне подсказывало, что мне всё это ещё очень пригодится. Сон по-прежнему не шёл. Меня потряхивало от пережитого, а ещё в голову бесконечно лезли мысли, что я не помог Лине, а отвёл её к врагам.

Я говорил себе, что она, конечно, взбалмошная ещё почти девочка, но не дура и не пошла бы в западню. А даже если бы повела, то постаралась бы свалить, оставив меня одного разбираться с проблемами. Я промучился так несколько часов, а потом всё-таки забылся беспокойным сном.

— Семён, ты точно уверен, что он сутки находился на палёной плеши? — в десятый раз спрашивал Прохор Фёдорович, неустанно бегавший из конца в конец своего тесного кабинета. — Ты точно уверен…

— Да, вы же сами всё наблюдали…

— Видел, брат, видел. Дальше что? — начальник уставился на своего серого от грязи и усталости подчинённого. — Какова вероятность ошибки? Вы всё-таки с дирижабля работали. Расстояние приличное. А то, что он трое суток бежал, как угорелый. Шутка ли, без малого шестьдесят вёрст отмахал, а? Почти к самой Ладоге! Да если бы так мог, давно бы до Выборга добрался. Что он там вообще забыл? Это уже никакой не отрог — это самая настоящая великая пустошь, понимаешь! Оттуда и раньше-то никто не возвращался, а уж теперь…