Состряпать эту историю для меня не проблема, один из магистров целительского корпуса — мой должник, а другого ничего не стоит припереть к стенке шантажом.

— И что мне делать весь день? — Человечка выглядела очень соблазнительно с этим прижатым к обнажённому телу одеялом.

— Всё, что захочешь, главное не покидай особняк, — пожал я плечами. Здесь много комнат, как минимум можно устроить экскурсию. — Подружись с горничными, всё же они тоже бывшие выпускницы бытового факультета. — Это я уже добавил у дверей, и предсказуемо в меня кинута подушка. — До вечера.

Вечера, в котором всё пошло не по плану.

После окончания занятий я отправился в административный корпус, чтобы дать указания лиру Мишелю, однако не нашёл того на рабочем месте. Это показалось мне подозрительным, этот эльф, даже когда мы были в ссоре, исправно выполнял свои обязанности. А тут вдруг такая халатность?

В груди недобро ёкнуло, когда Голиц сообщил, что нашёл секретаря без сознания в тайном хранилище.

Склянки с эликсирами и листы ламнетной бумаги раскиданы по полу, стеллажи сдвинуты, стол перевернут, а Мишель лежал в груде стеклянных осколков. Всё вокруг свидетельствовало о драке, которая закончилась явно не в пользу моего секретаря.

— Лир Мишель? Лир Мишель! Ты жив?

Пожалуйста, только будь жив. Я начал проверять пульс, и он был, хоть и слабый.

Несмотря на полный кавардак в хранилище, я смог найти эликсир, усиливающий жизненные силы. Мне необходимо привести в чувство остроухого, чтобы расспросить его о произошедшем. Я приподнял лира Мишеля за плечи и аккуратно влил жидкость ему в рот. Знаю по себе, она была очень вязкой и горькой на вкус, противная, одним словом, как и любое лекарство, но хорошо действовала.

Уже спустя пару минут Фок пришёл в себя и смог самостоятельно сидеть, без поддержки.

— Вот же урод, башка раскалывается. — Он потёр затылок, на котором его белоснежные волосы были алого цвета от крови.

— Кто это был? Что здесь произошло? — Я окинул взглядом эльфа, у него потрёпанный вид, ему сильно досталось.

— Лир Мантор Вэспери. — Это имя словно молния ударило по моему сознанию. — Он каким-то образом узнал о вашем тайнике и проник сюда. Я попытался остановить его, однако он оказался сильнее.

— Глупый поступок, лир Мишель. Вэспери превосходит тебя по возрасту и силе, ты бы при любом раскладе не смог у него выиграть. Почему не послал за мной фамильяра?

Спрашивать его или осматривать помещение на предмет похищенного не требовалось, я и так знал, что он взял недавно приобретённые мною у гнома на Краумоне три запрещённых артефакта.

— Я не успел. Когда понял, что уступаю, он меня оглушил. — Эльф потирал затылок, с него ещё сочилась кровь, и наложил запечатывающее плетение.

— Ладно, главное, что с тобой всё в порядке.

Проблемы нужно решать по мере их поступления.

— Зачем он приходит?

Стоило догадаться, что Мишель задаст этот вопрос. Сказать правду или солгать? Эльф в ожидании смотрел на меня своими искренними глазами, а я не знал, что мне делать. Однажды я уже открылся ему и… и потом неправомерно обвинил в предательстве. Мишель за годы службы мне ничего плохого не сделал, всегда старался угодить…

— Мы друзья? — Этот вопрос вырвался сам собой, вероятно и в моей жизни пришло время произнести эти слова.

— Да, — без малейшего раздумья ответил секретарь.

— А если я скажу, что алчность затмила мне глаза и я хотел плохо поступить? — Я продолжал смотреть на него, сейчас для меня важно отметить любое изменение в выражении его лица.

— Ну раз вы говорите в прошедшем времени, получается, вы передумали так делать, — заключил он.

— Передумал, — подтвердил я, и уголки губ приподнялись. — Света наделена даром «Соулдфаер», первая за многие века. Этот факт затмил мне разум, я хотел отобрать у неё способности любой ценой и сам стать обладателем холодного огня.

— Не хило, господин ректор, — с неподдающимися расшифровке эмоциями произнёс Мишель.

— Эмин, просто Эмин, раз уж мы друзья, — сказал я, а секретарь тут же ухватился за тон голоса и мой тяжёлый вздох, который вообще относился не к этому.

— Сказано так, будто бы делаете мне одолжение.

— Прости.

Оказывается, это очень простое слово, и иногда его следует произносить, независимо от того, тяжёлая на тебе вина или нет.

— Значит, он забрал всё необходимое для ритуала передачи силы? — догадался Мишель.

— Да… — подтвердил я и… — Света! — Быстро вскочил на ноги и направился к порталу, а поймав недоумевающий взгляд Мишеля, пояснил: — Зачем Вэспери артефакты и схема ритуала, если у него не будет девушки?

Эмин Дибьен

И вот все мы трое стоим в холле моего особняка, где вид лира Мориза ничем не лучше Мишеля. Почему трое?

Удивительным образом нам навстречу из портала вышла Ивоника Ваник и наотрез отказалась оставаться, увязавшись за нами. Её не остановила даже холодная зима, учитывая, что девушка одета лишь в академическую форму, а нам необходимо от центрального портала Мирана отправиться в имение на санях. Оказывается, сирены могут покрывать свою кожу очень плотной чешуёй, тем самым оставаясь в тепле в холодной воде. На суше почти так же, только вместо рыбьего хвоста соседка моей невесты покрыла ею ноги и всё остальное тело. Вид зрелищный…

Но, судя по взглядам, которые на сирену бросал Мишель, видели мы с ним сейчас абсолютно разные вещи.

— Он забрал её, — заключил я, когда Голиц по моему приказу обследовал весь дом.

— И где нам её искать? — Сирена переживала за подругу.

Не знал, что они так близки, мне докладывали, что у этой морской дивы отвратный характер. Хотя если Света смирилась с моим, то остальное для неё вообще ерунда.

— Допросим её фамильяра. — Я щёлкнул пальцами, и Голиц исчез в ворохе снежинок, вскоре вновь появившись, но уже с белоснежным кроликом в лапах. — Ну привет, Тимошка.

— Добрый вечер, — пролепетал намертво зажатый в когтях волшебный дух.

Для мага поймать фамильяра практически невозможно, а вот один дух с лёгкостью поработит другой, если тот слабее.

— Где Света? — Я старался иметь победоносный вид, хотя был в полной… передряге.

— Я… я… я не знаю. — Ушки опущены на глаза, он явно что-то от меня скрывает.

— Не знаешь? Или не хочешь говорить? — рявкнул я так, что сирена аж вжала голову в плечи. — Фамильяры всегда знают, где их владельцы в пределах мира. Исключения, конечно, бывают, но что-то мне подсказывает, что сейчас явно не тот случай.

— Я … я… я не… — Кролик весь дрожал, но, видимо, всё же напугал я его недостаточно. — Я не знаю.

— Голиц.

И моя белоснежная сова сильнее сжала кролика в когтях.

— Пожалуйста, не нужно, — пролепетал пушистик. — Я всего лишь трусливый зайка… пожалейте меня…

— Ты не заяц, а кролик, — напомнил я ему, показывая, что он перегибает палку. — Последний раз спрашиваю, где Света?

— Он меня убьёт, если я скажу. — Ушки совсем закрыли мордочку, ему было страшно и стыдно за свой поступок.

Дайте-ка вспомню, кажется, снежный барс — фамильяр Вэспери. Такой, безусловно, может нагнать страху.

— Он это сделает когда-то, а я прямо сейчас, — рявкнул я.

— Заброшенный королевский домик у водопада, — сдался кролик, и Голиц отпустил его, после чего ушастик тут же исчез.

Королевский домик… Неплохой выбор, Вэспери, там уже давно никто не живёт, и, не зная, никогда бы не подумал, что ты туда отправишься. Когда-то там кипела жизнь, бурлил водопад, и пару месяцев в году королевская чета проводила там время, уединившись с семьёй, подальше от городской суеты. Но, когда Сноуфорест изменился и пришла вечная зима, жизнь у водопада потеряла смысл, тот домик забросили.

— Предатель. — Меня просто распирало от злости. Дух-хранитель даётся адепту, чтобы помогал в учёбе и по жизни, выручал, когда это необходимо, а Тимоша пошёл на поводу у своего страха и, вероятнее всего, сказал моему врагу, где искать девушку.