— Я… — Я хотела сказать, что не знаю, как его назвать, но в его глазах было столько эмоций, что я не решилась, и ляпнула первое пришедшее в голову: — Тимошка. Я назову тебя Тимошка.

Наверное, я пожалею об этом имени, и, вероятно, не раз.

— С этого момента, я Тимошка, твой дух-хранитель. — Былую смущённость как корова языком слизала, милый кролик стал строгим и уверенным в себе. Я даже испугалась, что, может, не стоило так быстро соглашаться и вестись на няшность.

«Теперь ты сможешь вызвать меня мысленно, когда я тебе понадоблюсь. Для этого тебе нужно будет подумать о моём имени, и я откликнусь», — прозвучало у меня в голове. И на этот раз мохнатик действительно не двигал ротиком, он молчал.

— Круто. — Я глядела на кролика, и меня одолевали различные чувства — от восторга до страха, однако определить, какие преобладают, не было времени, ведь утро незримо приближалось. — С тобой очень приятно общаться, Тимошка, но мне пора баиньки.

— Со мной необязательно общаться так, будто я глупый малыш или живая игрушка, — оскорбился ушастик. — Я дух-хранитель, моя задача — защищать тебя и помогать с учёбой, моя внешность не должна вводить тебя в заблуждение.

— Ой, прости, я не хотела тебя обидеть, — тут же извинилась я. — Просто я…

— Ты из другого мира, я знаю. Я поэтому тебя и выбрал, с тобой интересно, ты не такая, как они, — загадочно произнёс фамильяр. — Но ты права, Светлана, тебе пора спать.

И на этих словах он растворился в воздухе, оставив после себя ворох снежинок, которые исчезли через несколько секунд, так и не растаяв. Магия.

Эмин Дибьен

Я уже собирался отправиться в свои апартаменты, расположенные в левом крыле административного корпуса, когда на пороге кабинета возник лир Мишель Флок. Мы с ним не были друзьями, так как у меня априори не имелось друзей, да я и не верю в дружбу как таковую.

Самопожертвование, искренность и общие идеалы — залог настоящей дружбы… Кто вообще придумал этот бред? Есть только нужные связи и удобные люди, всё остальное — фарс. Но тем не менее я считал лира Мишеля чем-то вроде приятеля, товарища, с которым можно провести время за пределами рабочей обстановки. Он намного младше меня, но, как и я, единственный кто жил в административном корпусе, не считая обслуживающего персонала, таких как повар и горничные.

— Господин ректор, вас желает видеть адепт Лунье, — отрапортовал эльф, и я мысленно взревел, потому что этого принца мне меньше всех хотелось бы сейчас видеть.

— Пусть заходит.

Работа есть работа, а у меня, по сути, нет рабочего графика, я из тех людей, которые на службе круглые сутки.

— Добрый вечер, — произнёс наследный принц, зачисление которого в академию тоже было не совсем законным, хотя тут можно поспорить: дар у него и впрямь сильный, просто ещё не до конца раскрытый. — Мне необходимо с вами поговорить.

— Я так и понял. — Вольготно откинулся на спинку кресла, показывая, что в моей академии он не более, чем букашка, и всю свою коронованную спесь он может засунуть себе в одно место.

— Я хочу покинуть академию.

Почему-то именно это я и ожидал услышать.

— Боюсь, это невозможно, ты знаешь правила академии. — Я специально сделал акцент на слове «ты», потому что в стенах «Дестини» он не наследный принц, привыкший, что ему все попку целуют с рождения, а адепт, который ничем не отличается от остальных.

— Но вы ведь ректор этого заведения, и достаточно вашего личного распоряжения об отчислении, — напомнил парень один из пунктов устава академии.

— Верно, но я не буду этого делать. — Я редко кладу ноги на стол перед собеседником, потому что это самая наглая и неуважительная поза из всех возможных, однако сейчас я пренебрёг правилами и закинул ботинки на столешницу, скрестив лодыжки.

— Почему? Что вам стоит поставить всего одну магическую подпись? И я навсегда покину стены академии, избавив от проблем не только себя, но и вас тоже.

В его словах, бесспорно, была логика, но я обещал его родителям, что вытрясу из него всё дерьмо и сделаю нормальным, а если точнее, будущим сильным и праведным правителем королевства Лунье.

— А я люблю трудности, они меня веселят, — растянув губы в улыбке, произнёс я, видя, как парень закипает внутри, но всё ещё старается сохранить самообладание. — Да и вообще, что это вы так скоропалительно решили нас покинуть, неужели уборка библиотеки, так ударила по вашему высокородному высочеству? Так тебя за язык никто не тянул, сам решил хвост распушить перед девушкой, как иномирный павлин, а за все свои поступки надо платить.

Мне докладывают обо всём, происходящем в академии, и этот инцидент не остался незамеченным. Тот факт, что он вступился именно за безродную человечку, свалившуюся в мой портал, задел меня, даже принц к ней благоволит. Кто же она такая?

Резкий разворот, громкий хлопок дверью… В моём кабинете это недопустимое поведение, но я сделаю вид, что ничего не было, пусть побесится, ему это будет полезно. Король Эдуард Лунье лично дал своё разрешение делать с его сыном всё что мне захочется, только бы выбить всю дурь. Что ж, пяти лет в «Дестини» вполне хватит.

— Мишель, как насчёт по стаканчику глинтвейна?

Желание идти и скучать в одиночестве в своей комнате как-то сразу улетучилось.

Светлана

Первая неделя для первокурсников была теоретической, а вот со второй начиналась практика. К счастью, пока только пробы пробудить магию, потому что среди адептов немало тех, кто ещё не знал, как пользоваться своими способностями. И я относилась к ним, а вот моя соседка — нет. Я видела, как она взмахом руки подвинула к себе чернильницу поближе. Каждый раз, видя это, я огорчённо вздыхала, мне придётся больше учиться, чтобы догнать тех, кто ходил в магическую школу.

В такие моменты в моей голове возникал голос Тимошки, которого, как оказалось, далеко не всегда нужно вызывать, чтобы поговорить. Он и сам неплохо проявлял инициативу и вторгался в моё сознание.

— Сегодня мы с вами попробуем создать плетение «Кимариана», это первое базовое плетение, которое позволит вам создать свет.

Магистр Клау была одной из моих любимых преподавателей, эта молодая эльфийка никогда не повышала голос и выглядела самой уравновешенной, но при этом немного холодной, ибо она не улыбалась. Но своё дело знала хорошо, материал доносила до адептов чётко, даже я, ничего не зная о магии, особо не переживала о предстоящей практике.

— Все выучили теорию?

— Да, магистр Клау, — вдоль рядов студентов пронёсся дружный хор голосов.

Преподаватель базовых плетений никогда не возражала против таких высказываний и даже, наоборот, поощряла их. Эльфийка вообще была за любое взаимодействие, она говорила, что хорошая атмосфера в группе — залог успеха.

— Отлично, тогда приступим. Адепт Прэти, вы, как староста, начинаете. — Женщина отошла в сторону, к рабочему столу, освободив место студенту возле доски перед всем классом, и тот незамедлительно его занял.

Винкс выглядел взволнованно, хотя он как раз являлся одним из тех, кто учился в магической школе на протяжении семи лет. Магшкола и магакадемия совершенно разные вещи, как объяснил мне лир Кристиан, в школе они действительно изучили основы и уже применяли ряд плетений, к слову именно базовые, но, в зависимости от расы и своего мира, все строили их по-разному, а здесь, в «Дестини», все учатся одинаково.

Именно поэтому на первом курсе и изучают базовые плетения по новой, но, стоит отметить, снежные эльфы учили именно их, ведь их магические школы также расположены в Сноуфоресте, и для них академия — это лишь продолжение обучения, а никак не начало. Наверное, поэтому меня слегка смутила нерешительность Винкса Прэти, ведь он, как никто другой, должен знать, что делать. Возможно, волнение вызвано слишком уж разным уровнем образования между школой и лучшей академией всех сопредельных миров. Как оказалось, «Дестини» не единственная академия магии в Сноуфоресте, помимо неё, на материке есть ещё три, но их уровень образования значительно ниже, и там нет такого строго отбора адептов при поступлении.