Одиночество всё это время не облегчало жизнь. В мире тысячи ведьм, и хотя я, конечно, не единственный оборотень-дракон, поблизости от меня таких нет. Время сильно изменило ведьм и всё было тихо… до недавнего времени. Убийство Сибил потрясло Общество, потрясло всё.

Похоже, я не единственный, кто ненавидит ведьм.

Но убийство это не выход. И призыв древнего зла тоже.

Я ненавижу это жгучее любопытство во мне… Хочу знать мотивы убийцы. Может, они похожи на мои собственные? Может, кто-то погиб от ведьм? Меня тошнит от мысли, что у меня есть хоть какая-то связь с таким человеком, но она есть.

Я понимаю его ненависть, даже если мы не согласны в методах борьбы. Было бы так легко сидеть сложа руки и наблюдать, позволить тем, кто это делает, разрушить Общество, как я всегда и хотел.

Однако поступать так — трусливый выход, а я никогда не был трусом. Жизнь ничего не значит без чести, правды и достоинства. И хотя в целом презираю ведьм, я признаю, что среди них есть невинные, женщины, подобные Роуэн, которые не понимают, во что ввязались. Я не могу просто стоять в стороне и позволять какому-то извращенцу с демонической одержимостью убивать людей, не имеющих никакого отношения к прошлому.

Что возвращает меня к моей нынешней дилемме — как мне защитить Роуэн, не находясь рядом? Мне нужно держаться от неё подальше, это совершенно очевидно. Мой дракон становится всё более неуправляемым каждый раз, когда я вдыхаю сладкий аромат её волос, чувствую пульсацию её магии на своей.

Я знаю, что завтра у них похороны Сибил, а теперь, судя по всему, ещё и принятие Роуэн в Общество. Все ведьмы в одном месте? Это было бы идеальное время для нападения. Если, конечно, демону удастся прорваться сквозь защитные чары.

Я буду наблюдать из леса, как и раньше, на всякий случай. Роуэн решила, что убила демона, но я знал лучше. Она временно его победила. Он далеко не мертв. Может быть, если мне повезет, он снова появится, и я смогу положить этому конец.

И как только это произойдёт, я обязательно больше никогда не увижу Роуэн Стоункрофт.

Дождь лил весь день, предшествовавший прощанию с Сибил. Не просто легкий весенний дождь, а настоящий ливень с громом и молниями. Небо скорбит по ней, как и я. Как и все мы.

Вен, Мария и я несколько часов заняты подготовкой всего необходимого в Поместье Ворона. Координируем прибытие кейтеринговой компании и флориста. Украшаем атриум за домом. Встречаем ведьм, многие из которых прилетели из самых разных уголков мира. Всего нас будет около двухсот человек.

Это хорошее отвлечение от того, что произошло накануне с Ксандером. С тех пор, как он выдал шокирующую новость о своем отце и ушел, меня переполняют эмоции. Гнев самая легкая из всех. Как он смеет говорить такое, а потом уходить? Неужели так сложно обсудить все как цивилизованные люди?

А если он считает Общество Ворона таким ужасным, то зачем вообще нам помогает? Если, конечно, дело не в этом. В конце концов, все пытались мне это объяснить. Шериф. Мария. Даже сам Ксандер говорил мне, что ненавидит ведьм.

Возможно ли, что за всем этим стоит он и использует меня для осуществления своего плана?

Я не хочу в это верить, иначе придется признать, что я самая большая идиотка на планете. Снова. Меня обманул и предал другой мужчина. И это будет означать, что я была в интимной связи с убийцей моей тети, больным ублюдком, который убивает ведьм самым ужасным образом. Я никогда не прощу себя, если это правда.

Неужели мир действительно настолько жесток?

Потому что дело не только в стыде за то, что я сделала с Ксандером в физическом плане. Дело в том, какие чувства он во мне вызывает. Чувство, которое, как мне казалось, даже невозможно. Эта сказочная чушь, которую рассказывают маленьким девочкам в детстве, тот огонь и страсть, которые могут победить всё.

Вот что я чувствую, когда мы вместе. Взрыв. Непобедимость. Бесконечность. Это не имеет смысла, потому что я его почти не знаю и мы большую часть времени ссоримся. Но с ним есть что-то… что-то, чего я никогда раньше не испытывала. Даже близко.

По иронии судьбы, в какой-то момент между тем, как я стала девочкой, и тем, как стала женщиной, мое мировоззрение исказилось. Сказка перестала быть историей о рыцарях, замках и приключениях. Я искала кого-то стабильного, подходящего по характеру, с хорошей работой и инвестиционными счетами. Кого-то, кто хорошо выглядел бы на бумаге.

А потом мы бы превратились в идеальную пару, купившую подходящий дом в подходящем районе и обставившую его подходящей мебелью. Поверхностный образ счастья, лишённый настоящей любви. С каких это пор принц на белом коне превратился в человека с членством в загородном клубе и пенсионным счётом? В какой именно момент я решила довольствоваться чем-то меньшим, чем захватывающая дух, питающая душу, страстная любовь?

Не то чтобы я любила Ксандера. Это было бы нелепо.

— Мне нужно кое-что у тебя спросить, — говорю я Марии, когда мы начинаем расставлять цветы в атриуме.

Она поднимает взгляд от раскладывания ваз.

— Конечно, что?

Я делаю глубокий вдох.

— Мне нужно знать, какое отношение Общество Ворона имело к смерти отца Ксандера.

Мария выпрямляется, ее брови взлетают к небу.

— Кем тебе является Ксандер, Роуэн? — медленно спрашивает она.

— Просто ответь на мой вопрос, — говорю я, скрестив руки на груди.

Мария вздыхает и так долго колеблется, что я задаюсь вопросом, откажет ли она.

— Тьма повсюду, — наконец начинает она. — Даже среди ведьм. У Общества не безупречное прошлое. Были совершены прискорбные поступки. Ведьмы, причастные к смерти отца Ксандера, в конце концов, были привлечены к ответственности, как за это, так и за другие совершенные преступления. С тех пор мы стараемся загладить свою вину и убедиться, что никогда больше не окажемся на неправильной стороне истории.

Я киваю.

— Спасибо, что сказала мне правду. — мне ужасно не нравится, что ведьмы были виновны в таких чудовищных преступлениях. Но я всё равно рада, что знаю правду. И знаю, что Общество Ворона теперь олицетворяет добро, потому что Сибил была его главой.

— Ксандер, похоже, не заметил этих попыток, — продолжает Мария. — Вот почему я тебя предупреждала о нем. Он давно затаил обиду и, кажется, не собирается от нее отказываться. — она на мгновение опускает взгляд, а затем снова поднимает его на меня. — Он что-то знает об этих убийствах. Возможно, даже причастен к ним. Ты взрослая женщина, Роуэн, поэтому я не буду тебе указывать, что делать, но настоятельно советую тебе держаться от этого человека как можно дальше.

Я снова киваю и возвращаюсь в дом за цветами. Марии не о чем беспокоиться. Ксандер ясно дал понять, что не поддерживает мое вступление в Общество, и я ни в коем случае не готова от этого отказаться. Мы зашли в тупик.

Вскоре день подходит к концу, и Вен находит меня в столовой, где кейтеринговая компания расставила серебряные подносы с едой вдоль всего огромного стола из красного дерева. По всей видимости, они тоже ведьмы: название «Очарованная Кейтеринговая Компания»- это завуалированный намек на их узкую целевую аудиторию.

— Пора одеваться, — говорит Вен, беря меня за руку и ведя к лестнице. — Этот вечер для тебя очень важен и не только в одном смысле.

Мы поднимаемся по лестнице, проходя мимо Минервы и Цирцеи, которые отдыхают на полпути. Они отмахиваются от пыли в лучах солнца, падающих сверху. Весь день я старалась не думать об этом: о моем последнем прощании с Сибил. И о первом шаге в совершенно новую жизнь.

Я останавливаюсь перед своей комнатой и делаю глубокий вдох.

— Думаю, я не готова её отпустить. — слезы подступают к глазам, в горле перехватывает дыхание.

— Всё будет хорошо, — говорит Вен, шагая вперёд и обнимая меня. Она гладит меня по спине. — Мы все скучаем по ней. Её отсутствие будет причинять боль ещё долгое время. Но она всегда будет рядом с тобой в магии. Каждый раз, когда ты произносишь заклинание или используешь свой гримуар, она там, в этом пространстве, в той энергии, которая тебя окружает. Навсегда.