В течение часа несколько помощников шерифа взяли мои показания (мои измененные показания, не касающиеся защиты дома от демонических сил) и обыскали территорию в поисках улик. Сам шериф постучал в дверь, чтобы сообщить мне и Вен о результатах своих поисков.

— Боюсь, дамы, ничего особенного найти не удалось, — протяжно произнес он. — Мы обнаружили свежеупавшее дерево неподалеку. Вы упомянули, что слышали грохот. Остальное, вероятно, было просто дракой диких животных.

— А что насчет другого звука? Кто-то пытался войти через парадную дверь? — именно это я им и сказала, а не то, что сработали защитные механизмы дома.

— Это могли быть и животные. Медведи сильно шумят, когда пытаются добраться до мусора или учуять еду. Вы ничего не оставляли на улице?

Я сдерживаюсь, чтобы не дать ему пощёчину. В лучшем случае он просто игнорирует нас, в худшем — обвиняет в неряшливости и привлечении медведей.

Возможно, выражение моего лица заставило его пожалеть о своих словах.

— Послушайте, дамы, я полагаю, вы испугались, но нет никаких признаков преступления. Мне нужно отправить своих людей обратно на место преступления, которое мы обнаружили сегодня утром.

— Какое место преступления? — спрашивает Вен, скрестив руки на груди. Похоже, она чувствует себя такой же дерзкой, как и я.

Он опускает взгляд.

— Какой-то рыбак позвонил и уже выложил видео в интернет, так что, полагаю, это не секрет. — шериф делает глубокий вдох и выдыхает. — В лесу нашли обгоревшее тело.

Я вздрагиваю, и Вен меня обнимает.

— Это был несчастный случай? — спрашиваю я шерифа.

— По всей видимости, это не так, — говорит он, нахмурившись.

— Итак, ещё одно убийство. — я не могу поверить своим ушам. Сердце замерло в груди.

— Совсем не то же самое, что твоей тетей, Роуэн, — быстро говорит он. — Примерно в двадцати милях отсюда. Насколько мы можем судить, они совершенно не родственники.

Мы с Вен, стоя там, потеряли дар речи.

— Мне лучше поторопиться, дамы. — он жестом указывает своим людям, и все они садятся в машину и уезжают.

— Не могу поверить, — говорю я, глядя им вслед. — Еще одно убийство?

— Мария и другие Старейшины будут здесь с минуты на минуту, — говорит Вен. — Они собираются установить защитные обереги на всей территории. Никто со злыми намерениями не сможет даже приблизиться к дому. — она ободряюще сжимает мою руку. — Я пойду приготовлю завтрак. А ты иди занимайся своей магией.

Даже несмотря на то, что мой мозг сейчас измотан, я не могу отрицать необходимость практиковать свою магию. Я не собираюсь сидеть дома всю оставшуюся жизнь, и, если вдруг что-то сможет прорваться сквозь защитные заклинания, нужно быть готовой.

Мысль о новой встрече с рогатым чудовищем меня ужасает, но быть беззащитной еще страшнее. Раньше я никогда не позволяла страху встать у меня на пути и сейчас не собираюсь начинать.

Я возвращаюсь в библиотеку. Она успокаивает меня больше, чем любая другая комната в доме. Возможно, потому что именно там сильнее всего чувствую присутствие Сибил. Я подхожу и несколько минут сижу у орхидей, делаю успокаивающие вдохи и пытаюсь сосредоточиться. Я закрываю глаза и думаю о своей тете. О жизни, о которой я никогда не знала, потому что выбрала другой путь. Почему она никогда не делилась ею со мной?

В моей голове всплывает образ Сибил, а вместе с ним и аромат магнолии, который она всегда носила.

— Иногда нам нужно пережить то, что неправильно, чтобы понять, что правильно, — говорит в моей голове её ясный голос. Мои глаза распахиваются. И тут я слышу странный звук позади себя, похожий на шорох бумаги.

Я оборачиваюсь и вижу, что гримуар Сибил открыт, страницы развеваются на невидимом ветру. У меня перехватывает дыхание, и я медленно подхожу к нему. Словно притягиваемая магнитом, моя правая рука скользит по страницам. От книги начинает исходить ослепительное свечение. Страницы вращаются все быстрее и быстрее, а затем книга резко захлопывается.

Сердце бешено колотится в груди. Неужели гримуар меня отверг?

Но затем он вновь светится, по краям и между страницами. Происходит вспышка и драгоценный камень на обложке меняет цвет с черного обсидиана на бледно-нефритовый, того же цвета, что и мои глаза.

Книга снова распахивается, но на этот раз страницы не двигаются. Они открыты в определенном месте, и мой взгляд скользит по страницам, читая слова, напечатанные там витиеватым каллиграфическим шрифтом.

Слезы наворачиваются на глаза. Гримуар не отверг меня — он дал мне защиту. Вен говорила, что гримуары работают только на одну ведьму, но очевидно, что Сибил и ее гримуар выбрали меня.

Я постоянно вспоминаю её слова. По какой-то причине я раньше не была готова к волшебству в своей жизни. И мне пришлось пережить десять лет с бывшим, чтобы понять, что я заслуживаю лучшего.

Последний год я убеждала себя, что все эти годы потрачены впустую, хотя на самом деле это было сродни получению университетского диплома — я многому научилась и теперь пришло время перейти на более высокий уровень. Я не начинаю все сначала, я опираюсь на все, что было до этого момента.

В груди нарастала легкость, чувство свободы, которого я не испытывала очень давно. Несмотря на всю ту безумную чушь, что произошла, на моих губах появляется улыбка.

Вен кричит, что завтрак готов, и вскоре, после того как мы заканчиваем есть, в поместье прибывает дюжина ведьм. Следующие несколько часов я провожу, следуя за ними, пока они устанавливают защитные заклинания вдоль границы участка, впитывая ощущение их магии и техники, которые они используют для ее призыва. После их ухода Вен поднимается наверх, чтобы вздремнуть, а я полна энергии. Я бы не смогла уснуть, даже если бы попыталась.

Я выхожу во двор, чувствуя себя в безопасности так, как не чувствовала с момента встречи с рогатым зверем в лесу. Ощущение силы дюжины старейших ведьм каким-то образом укрепляет уверенность в себе. Они установили защитные заклинания от начала подъездной дорожки до самой северной стороны участка, примерно в четверти мили от дома, на территории около пяти акров.

В итоге я оказываюсь в саду. Это не аккуратный и ухоженный сад, а настоящий ведьминский. Клумбы, заросшие травами и цветами, каскады ароматных лиан, свисающих с шпалер.

В центре стоит статуя богини, возможно, Гекаты, возвышающаяся над небольшим каменным бассейном с водой. Я стою у центра, наслаждаясь запахом различных растений и теплом заходящего солнца на своей коже. Я закрываю глаза. Неподалеку слышу щебетание птиц.

Я внезапно осознаю, что чувствую, как растут растения. Чувствую, как их листья тянутся к солнцу, как корни уходят в землю. Ощущаю вкус солнечных лучей. Вокруг каждого растения сияют цветные ауры. Я вижу их так же ясно, как если бы мои глаза были открыты. Это волшебство — каждое растение обладает своей собственной магией.

Меня переполняет чувство удивления, и вместе с ним в моей груди раскрывается моя собственная магия. Она теплая и игристая, словно смесь шампанского и солнечных лучей. Я открываю глаза и тоже вижу это.

От моей кожи исходит мягкое золотистое свечение, поднимающееся в воздух вокруг меня. Цветущая лиана, ближайшая ко мне, дрожит и тянется ко мне, и вдоль нее распускаются несколько новых цветков.

Я медленно прогуливаюсь по саду, и куда бы ни пошла, повсюду расцветают цветы, растения тянутся всё выше к небу. Меня охватывает пьянящая радость, я смеюсь и кружусь. Чувствую себя невесомой. Могущественной. Словно могу вырваться из земли и взлететь.

Обернувшись, я замечаю движение в лесной полосе в нескольких футах от себя. Останавливаюсь, и мое сердце замирает. Это Ксандер.

Его золотистые глаза встречаются с моими. Я на мгновение задумываюсь, почему он здесь, но слишком опьянена магией, чтобы обращать на это внимание. Он выглядит так, как я себя чувствую: хмельной, очарованный, заколдованный. И тут я совершенно внезапно понимаю, что напоминают мне его глаза. Дракона в лесу. Того, кто меня спас.