Я посмотрела на карту, которую мне дал Роберт с обведёнными на ней местами.

— Мы вот до этого мостика не дошли.

— На мостике и без того все фотографируются. Ник просил без клише.

— А мы не на мостик. Вот здесь, — я указала пальцем на точку чуть в стороне, — шикарный вид. А потом предлагаю перекусить. Мороженое снимет все нервности.

— Ему можно?

— У него нет такой проблемы, как у меня.

Улыбнувшись, я взяла сына за руку, и мы поспешили к озеру.

Там, прижавшись между деревьями, стояла старая деревянная скамейка, о существовании которой, кажется, забыли даже смотрители парка. За ней укрылся небольшой участок берега, с которого открывался изумительный вид. Озеро блестело под солнцем, за водой виднелся каменный мост, стилизованный под старину, а деревья обрамляли всё это так, будто кто-то специально расставил декорации из сказочного леса.

Я подошла к кромке воды и достала фотоаппарат. Вывела для себя несколько точек и довольно кивнула самой себе.

Щёлк.

Глаза закрылись от осознания, что Роберт снова снимал меня.

Если у нас всё получится, его-то уж я точно не буду ругать за чудовищные снимки, как делала это с Лёнькой.

Какой плюс в пользу Роберта!

Я стояла, вдыхая тёплый воздух, в котором смешались запах воды, нагретых листьев и травы. На фоне жары озеро казалось почти прохладным. Ветер шевелил волосы, солнце ласково грело плечи, и на несколько секунд я позволила себе просто раствориться в этом спокойствии.

Из состояния мечтательности меня вывел самый главный мужчина моей жизни.

— Ма-ам, ну вы закончили?

Я развернулась. Васёк сидел на скамейке с лицом человека, которому уже лет двести, и он неимоверно встал от сложности бытия.

— Я сделаю ещё пару кадров, и мы пойдём. Обещаю.

Васька закатил глаза. Роберт посмотрел на него и, кажется, понял, что ситуация становится критической. Темы динозавров себя исчерпали. Про машинки тоже поговорили, но Васек ими интересовался лишь поверхностно.

Роберт переставал быть для него человеком, с которым интересно. И как я мечтала сейчас потискать Бобина в этом уединённом месте, так мой сын мечтал оказаться на детской площадке и испытать на прочность какую-нибудь конструкцию.

Нужно было срочно спасать ситуацию...

— Вась, а ты знал, что Роберт не просто мой коллега и отличный фотограф? — я подмигнула Бобину.

— А кто он ещё? — он покосился на парня, который слегка напрягся.

— Роберт еще и мой большой друг и... Вулканолог. То есть человек, изучающий вулканы.

Глаза Васьки округлились.

— Ты покоритель вулканов?

— Не совсем, — усмехнулся Роберт. — Пока пытаюсь покорить только один.

Он подмигнул мне, а у меня закружилась голова.

Ну разве можно быть настолько милым?

— А ты любишь драконов, Васек? — вдруг спросил Роберт, присаживаясь рядом.

— Конечно! Они большие! И тоже огненные! Как наши с мамой волосы.

— Да, ни один уважающий себя вулканолог не пройдет мимо такой красоты, — Роберт смущённо опустил голову и бросил на меня взгляд.

Я зарделась окончательно.

Он кого сегодня должен покорять?

Меня или Васька́?

Я кивнула в сторону своего мальчика, едва сдерживая улыбку.

— Кстати, говорят, что вулканы — могилы драконов, — продолжил Роберт.

— Да?!

— Чистая. В пламени извергающегося вулкана греки узнавали огненное дыхание дракона. Ты знаком с мифами Древней Греции?

— Я знаю только Геракла и Зевса, — нахмурился Васька.

— А большего и не надо. Зевс, бог неба, молний и грома, был одним из самых могущественных. И однажды победил самого сильного и страшного дракона Тифона.

Роберт говорил спокойно, но с таким увлечением, что даже я заслушалась.

— Это чудовище считалось символом хаоса, вулканической активности, ураганов и землетрясений.

— Такое страшное? — искренне спросил Васек.

— Очень. Так вот, Зевс его победил, — Роберт хлопнул руками, — потом бросил и прижал огромной горой. Говорят, этой горой стала Этна на Сицилии, один из самых известных действующих вулканов. Очень злой, как и Тифон.

— Ух ты! А еще были? — у ребёнка горели глаза, точно жерло вулкана.

— Конечно! Боги часто боролись с разными чудищами и великанами. А побеждённых бросали в море и придавливали гористыми островами. Есть, например, такой остров Нисирос.

Васька захохотал.

— Что за нисинос?

— Можно и так! — рассмеялся Роберт. — Согласно мифу, морской бог Посейдон отколол часть другого острова, бросил её в гиганта Полибота и тоже придавил горой. С тех пор гигант якобы вздыхает, а вулкан «дышит».

Васька слушал, как заворожённый, не отрывая взгляда от Роберта, который сопровождал свой рассказ богатыми жестикуляциями.

Я уже давно не снимала. Просто делала вид, что смотрю в видоискатель, а на самом деле косилась в их сторону и наслаждалась.

Тревога постепенно отступала, а напряжение, которое весь день сидело где-то в плечах, наконец, отпускало. Похоже, они всё-таки нашли свой язык. Значит, самое главное между мной и Робертом может получиться.

— Нет, мам, ты слышала? — воскликнул Васек.

— Да, мой хороший, — я подошла к своим мужчинам и бросила на Роберта благодарный взгляд.

— А ты сам видел дракона? — задумчиво поинтересовался Васька.

Я уже приготовилась к очередному сравнению, но Бобин лишь покачал головой.

— Если бы я его увидел, то очень испугался бы.

— А я наоборот! — Васька подскочил и принял воинственную позу. — Я бы схватил его, оседлал и приручил!

— Ты очень храбрый, — тепло рассмеялся Роберт.

— Папа говорит, что я мужчина, поэтому должен быть таким. И защищать маму.

— Твой папа абсолютно прав. Девушек нужно защищать, тем более маму.

Васек вдруг наклонился к нему и что-то тихо прошептал. Слов я не разобрала.

— Я с радостью возьму на себя часть твоих обязанностей, — Роберт широко улыбнулся.

— Что это вы там секретничаете? — возмутилась я такому раскладу.

— Я просто сказал, что ты слишком многого боишься, и я боюсь, что устану защищать тебя. Предложил Робу помочь мне.

— А-а-а... — нахмурилась я и посмотрела на Роберта.

По его лицу было совершенно очевидно, что маленький заговор удался.

— Так, а не пора ли нам поесть? — вспорхнули слова Васьки деловитым тоном. — Как укрощать дракона без мороженого?

— Согласна, милый, — я чмокнула его в щеку, хотя сын усердно уворачивался, и взяла за руку. — Пойдёмте. Я знаю здесь место, где продаётся просто фантастическая кукуруза.

Роберт ничего не сказал. Он встал и пошел вслед за нами. Когда мы двинулись по дорожке, его рука на мгновение скользнула по моей спине.

Короткое, почти невесомое прикосновение. Трепетное и ласковое.

Как будтонавсегда.

До ларька мы добрались минут за пятнадцать. Всю дорогу Васька засыпал Роберта вопросами о древнегреческих героях, подвигах Геракла, о драконах и богах. И Роберт рассказал. Так увлеченно и страстно. С таким искренним интересом, будто сам получал удовольствие от каждой минуты разговора.

Мне нравилось наблюдать за ним. Особенно сейчас, когда он совершенно естественно оказался рядом с моим сыном.

— Мам, ты посиди, а мы сРобетом сходим. Мужчина же добытчик.

На этих словах Васька подтолкнул меня к скамейке, а сам взял Роберта за руку и потянул в сторону, откуда уже доносился сладкий запах ванили, шоколада и горячей кукурузы.

Этот день окончательно решил побить всевозможные уровни милоты. Сердце колотилось как сумасшедшее. Я не удержалась и быстро сделала несколько кадров любимых мужчин.

Перекусив, пришлось тащиться еще и на площадку, потому что обещания нужно выполнять.

Васька сразу скинул рюкзак мне и понесся в сторону играющих детей. Роберт сел чуть ближе и мимолетно коснулся руки.

— Знаю, о чем ты думаешь, но сегодня никак. Ты же хвалился своей выдержкой.

— Держусь из последних сил, — усмехнулся он. — Ты невероятно хороша в природной среде.